В огне (СИ) - Опсокополос Алексис - Страница 15

— Максим! — сказал он очень серьёзным тоном. — Мне надо поговорить с тобой с глазу на глаз!

— Говори при Соломоныче, я ему всё равно расскажу всё слово в слово.

— Не могу. Я должен передать тебе информацию без посторонних. Как ты потом с ней поступишь — твоё дело.

— Соломоныч не посторонний. Я могу что-то не сказать Генриху или Коляну, даже Кате, но от Соломоныча у меня секретов нет. Или говори, или извини, но разговора не получится.

Смоляков развёл руками.

— Ладно, как скажешь. Мне сейчас звонили из конторы. Они хотят с тобой встретиться и поговорить.

— Да ну? — я усмехнулся. — Это большая честь для меня.

Смоляков моё веселье не поддержал.

— Мне кажется, там всё серьёзно, — сказал бывший Распорядитель. — Не то, чтобы я даю тебе советы, но с ними стоит встретиться.

— У меня нет времени. Если хотят поговорить, пусть звонят. А если им нужна именно встреча, тогда пусть приезжают сюда. Я никуда не поеду.

— Хорошо, я сейчас передам им твой ответ.

Смоляков достал мобильный.

— Ты им прямо сейчас звонить собрался? — удивился я.

— Конечно. Они ждут ответа.

— Вот прямо сейчас сидят там в Питере и ждут ответа?

Я рассмеялся.

— В Москве, — ответил Смоляков, поднялся по лестнице к открытому выходу, чтобы телефон поймал сигнал и набрал номер.

Через некоторое время он сказал в трубку:

— Товарищ генерал-полковник! Седов готов встретиться, но не может покинуть сейчас Точку. Он предлагает вам приехать сюда. Так точно! Слушаюсь.

Несмотря на то, что Смоляков вроде бы решил бросить работу на КСК и присоединиться к нам, в разговоре с генералом он вёл себя как кадровый офицер. Привычки, выработанные годами, так просто не уходят. Либо он не собирался бросать работу в КСК.

— Они обсудят и перезвонят. В ближайшее время, — Смоляков спустился вниз, выдержал паузу, посмотрел по сторонам, на Соломоныча и добавил: — Я хочу тебе ещё кое-что рассказать.

— Если честно, у меня уже и так мозги кипят от полученных новостей, — признался я. — Но давай, а то ещё передумаешь.

Смоляков сочувственно улыбнулся и сказал:

— Всё, что произошло на Точке после твоего ухода — это не спонтанный конфликт красных с блатными, не месть и не стечение обстоятельств. Это единственный выход Шамана из сложившейся ситуации. Я ведь не Распорядитель.

Час от часу становилось не легче, и я прямо почувствовал, как открывается мой рот в нелепой гримасе удивления.

— А кто ты?

— Я ликвидатор. По легенде меня прислали сюда с Точки Н, чтобы я навёл тут порядок после твоего бегства. А по факту я прибыл лишь с одной целью — убить Шамана. Ситуация была очень удобная. Погиб старый Распорядитель, это означало, что к новому Шаман придёт сам, чтобы познакомиться и взять в оборот. И я должен был его в процессе налаживания контакта ликвидировать.

— Да уж, — сказал я. — Неожиданно. Но судя по тому, что ты стал зомби, а Шаман спокойно тут руководил, с заданием ты не справился.

— Формально да, — согласился Смоляков. — Но на то есть причины. Учитывая, что никому нельзя было доверять, о моей миссии знало лишь четыре человека. Все они из руководства КСК. Всего четверо! И всё равно кто-то из этих четверых меня сдал. И я до сих пор не знаю, кто. В моих планах было прибыть на Точку, буквально немного прояснить ситуацию, и ликвидировать Шамана. После этого я должен был взять ситуацию под контроль. Была договорённость с двумя красными кланами, состоявшими из бывших военных, что они поддержат. Но мы были уверены, после гибели Шамана, никто не станет со мной спорить и мешать наведению порядка. Красные кланы ослабли, воевать никому не хотелось, надо было лишь ликвидировать этого маньяка, чтобы всё стало налаживаться. Мы знали, что Шаман покинул Точку. Я должен был формально приступить к своим обязанностям и ждать его возвращения. Но в первую же ночь в мой дом вломились люди в масках и стали меня избивать. Потом туда же пришёл Шаман и, когда меня довели до очень ослабленного состояния, он стал начитывать заклинания. А потом я отключился. Пришёл в себя лишь в машине, когда ты снял с меня заклятие. Я даже не помню, что тут происходило, как всех выгнали и всё остальное.

Я ещё раз отметил, что очень многого не знаю о реальном положении дел вокруг меня. Информация с каждой минутой становилась всё интереснее и мрачнее. Но некоторые моменты у меня в голове не укладывались.

— Ты хочешь сказать, что прибыл на Точку не с другой такой же, а просто с воли? То есть, ты добровольно решил прожить тут остаток своих дней?

— Максим, — тон Смолякова стал максимально серьёзным. — Ты просто не знаешь очень многого. Ты даже не представляешь, каким маленьким может быть этот остаток жизни. И для тех, кто на Точке, и для тех, кто за её пределами. Ты очень многого не знаешь!

— Ну так расскажи!

— Не имею права. Завтра тебе всё расскажут. Просто поверь, когда я узнал о Шамане и о том, что он хочет сделать, особо и не раздумывал.

Мне стало интересно, что же такого собирается сделать Шаман, что ради того, чтобы ему помешать, Смоляков добровольно пошёл на Точку. Я решил не допытывать бывшего номинального Распорядителя, а подождать до завтра. Но уважения к Смолякову у меня прибавилось очень сильно.

— Ну а что ещё можешь рассказать?:

— Да особо ничего. Когда Шаман понял, что за его ликвидацию взялись всерьёз, он устроил на Точке восстание. Обстряпали это дело, как месть красным, а по факту Шаману нужно было просто окончательно взять Точку под свой контроль. Часть народа запугать, часть превратить в зомби, и с небольшой группой верных сторонников руководить поселением. В противном случае, он понимал, что рано или поздно мы его ликвидируем.

— Штурмом?

— Увы, Система не разрешает это сделать. Но мы бы и одиночными специалистами справились, если бы время было. Но Шаман его нам не дал.

— А мне казалось, что всё это было организовано, чтобы вытянуть меня назад на Точку, — немного разочарованно сказал я.

— Ну привыкай, что ты не центр вселенной, — усмехнулся Смоляков. — Хотя, откуда нам знать, какие планы были у Системы? Может, она это всё давно просчитала и мы при всех наших импровизациях отклоняемся от её плана Игры не боле чем на два-три процента. Не думал об этом?

— Думал. И не раз.

Я опять вспомнил про все пророчества, квесты на Червякова и различные подозрительные совпадения, и мне стало очень неприятно. Действительно, стоило поспать хотя бы полчаса.

Мы вышли из подвала, и тут же у Смолякова зазвонил телефон. Он взял трубку и ответил:

— Слушаю! Так точно! Принял!

Смоляков положил телефон в карман и сказал:

— Они приедут завтра в четырнадцать часов.

Глава 8

Смоляков отправился дальше наводить порядок на территории Свободного Города, оставив меня гадать, с кем я имею дело в его лице. Был ли он искренен, когда заявил, что переходит на нашу сторону, или же обманул меня и оставался верен своему служебному долгу? Этого я не знал. Но успокаивало, что при любом из этих вариантов бывший Распорядитель был заинтересован в наведении порядка и пресечении любых провокаций со стороны участников бывшего красного альянса Точки. И, конечно же, я прекрасно понимал, что полностью доверять ему не стоит. Как минимум, до встречи с представителями КСК.

Уже стемнело, было почти десять часов вечера, и сильно тянуло в сон. Я хотел посчитать, сколько часов я спал за последние трое суток, но заранее испугался и не стал этого делать. Попросил товарищей дать мне немного времени, чтобы проверить почту с мобильного телефона и наконец-то посмотреть свои обновлённые характеристики. Жена хозяина дома, активно помогавшая нам, предложила мне горячий ужин. Я отказался, но попросил кофе. Получив через минуту кружку любимого горячего напитка, я уединился в углу комнаты и, достав телефон, полез в почтовый ящик. Скрывать свои действия от Системы я не стал, так как не видел в этом необходимости. В почте обнаружил кучу спама и три письма от мамы. К моему сожалению, от кротов никакой информации не было. То, что они не могли меня обмануть и залечь на дно, я был уверен. В их ситуации злить меня было бы очень рискованно. Оставалось надеяться, что они ещё не добрались до Питера, или не успели купить чистую СИМ-карту.