В огне (СИ) - Опсокополос Алексис - Страница 43

— Я же объяснил: вы будете сидеть дома! Выходить вам будет запрещено.

После чего посмотрел на Соломоныча, Генриха и Сибиряка. Как ни крути, но в любом из них я меньше всего видел помощника Шамана, а с кем-то ситуацию обсудить было необходимо. Джинн вырвался из бутылки, все уже знают, что убили Калгана, и все, кто был на последнем собрании, понимают, один из нас к этому причастен. В том, что этот вопрос поднимется через полчаса, можно было не сомневаться. А поднимать его ой как не хотелось.

— Я надеюсь, ты ограничишься тем, что высказал это предположение нам и не станешь повторять его на собрании? — на всякий случай поинтересовался я у Сибиряка. — Очень уж не хотелось бы разборок по этому поводу.

Прокопенко или Осипов? Или сразу оба? Но зачем тогда они передали мне информацию про СМС? Или предателем был лишь один из них, и поэтому второму не осталось ничего другого, как смириться с фактом передачи столь важной информации? Но надо признать, что ценность информации о предателе была настолько велика и наносила такой вред интересам Шамана, что будь один из них этим самым предателем, ему имело смысл ликвидировать товарища, но информацию мне не передавать.

Колян в процессе разговора изучил характеристики каждого из ребят и условным сигналом дал мне понять, что среди них нет ни одного орка. После чего я принял их всех в клан, сказав, что это уменьшит их шансы сменить игровую расу. Хотя, конечно, сам я в этом уверен не был.

— Это да, — согласился я с коммерсом. — Но теперь работа нашего штаба, считай, что парализована. Я не представляю, как обсуждать что-либо хоть немного важное в присутствии человека Шамана. Поэтому надо его как-то вычислять. Пока не поймаем, нормальной жизни не будет.

— Живёте вы где сейчас? — спросил я ребят после принятия их в клан. — Вы ведь с больницы съехали. Может, помощь нужна с жильём?

— Каких ошибок? — я всё ещё не мог понять, о чём говорит мой старший товарищ. — Ты знаешь, где Мирон?

Мы ещё некоторое время поболтали о Шамане, орках и ситуации в свободном Городе, а потом Боб привёз перебежчиков с Южной Точки. Я решил лично с ними переговорить, прихватив с собой Коляна для выявления среди ребят орков.

— Ну здесь ты нам тайны не открыл, — улыбнулся Соломоныч. — Чтобы нормальную жизнь обеспечить, надо не только помощника Шамана поймать, но и самого психа.

— Я думаю, сделать это стоит, — сказал Соломоныч. — Предателя мы этим не обманем, он явно на дно теперь заляжет. А вот от поисков крота здесь и сейчас нас твоё откровение спасёт.

— Мне не защита нужна была, — ответил Соломоныч. — Мне надо было определить, кто из коммерсов уже стал орками. А тут, кроме Мирона, никто не поможет.

— Максим, что с тобой? — спросил он, глядя мне в глаза. — Может, тебе поспать? Конечно, я знаю, где Мирон. Ты его искал, что ли? На улице он. На скамейке сидит. Его бы в больницу отвезти. Ему действительно очень плохо. Считай, три часа со мной торчал на переговорах с моим бывшим альянсом.

— А зачем ты его с собой взял? — удивился я. — Какая от него защита? Попросил бы Смолякова, он бы тебе дал ребят.

— Ну, давайте я сейчас на сходке зачешу, что разбазарил ещё и братве про Калгана. — предложил Сибиряк. — Ну, типа не факт, что от нас восьмерых ушла инфа.

Смоляков? Человек, которого безумный адепт Магии Крови превратил в Погонщика Зомби, должен был иметь очень вескую причину, чтобы простить Шамана и начать ему служить. И опять же, Смоляков почти круглосуточно отдавал все силы на создание и обеспечение безопасности Свободного Города и охраны его периметра. Однозначно лишь новое влияние Магии Крови могло заставить его пойти на предательство.

Соломоныч, Генрих, Смоляков, Ринат, Сибиряк, Савков, Прокопенко, Осипов — я должен был взвесить шансы каждого из них на предательство и даже не знал с кого начать. Хорошо, хоть Катя с Коляном не присутствовали на тех встречах. В итоге решил начать с исключения тех, кого знал дольше и лучше остальных.

Мои слова произвели эффект, удивились и даже немного напугались. И я быстро продолжил:

— И много кто стал? — поинтересовался я.

— Тут к бабке не ходи, — согласился Соломоныч. — Только не крыса, а крот.

После этого я решил наконец-то проверить список клановых квестов, так как задачу прокачать Червякова никто не отменял. Несмотря на важность этого дела, у меня до сих пор не было лишних пятнадцати минут, чтобы хотя бы ознакомиться с этими заданиями. Но и в этот раз мне было не суждено посмотреть на клановые квесты, едва я вызвал интерфейс общения с Системой, в штаб вошёл Соломоныч. Первая же его фраза произвела на меня эффект ледяного душа.

Так или иначе, вопрос был решён, а Сибиряк даже проявил чудеса вежливости и извинился перед Мироном за то, что его подозревал. Арбатов к тому времени, разве что не падал в обморок. Ему было плевать как на извинения Жоры, так и на то, что его, вообще, кто-то в чём-то подозревал. Он хотел как можно быстрее добраться до больницы и получить медицинскую помощь.

Отложив на время в сторону эту проблему, я задумался о Мироне и остальных беженцах с Южной Точки. С Арбатовым всё было одновременно и сложно, и просто. Сложность заключалась в том, что его надо было как-то поймать, зато потом всё было бы просто — допрос, если придётся с подключением Коляна. А вот что делать с остальными, я не знал. По большому счёту они не совершили ничего ужасного. Но просто так разрешить им болтаться по Свободному Городу, допуская, что среди них тоже есть люди Шамана, я не мог. Имело смысл пока временно ограничить им свободу передвижения и держать под контролем до прояснения ситуации.

— Не всё так просто, — Соломоныч немного замялся. — Я тебе позже расскажу. Давай с машиной для Мирона решим!

— Да, — ответил Соломоныч. — Совсем ему хреново. Но он молодец, очень помог. Без него, боюсь, я мог бы наделать ошибок.

Соломоныч? Сама мысль, что мой старший товарищ и наставник мог меня предать, отказывалась формироваться в моей голове. Даже если это допустить теоретически, то ради чего? Ради денег? Так он несколько дней назад отдал мне все свои запасы, причём немалые. Запугали? Как можно запугать человека, ушедшего с Точки на верную гибель? Пообещали что-либо ценное? Самое ценное для Соломоныча — это жизнь за пределами Точки, которую мог обеспечить лишь я иммунитетом к пострезервационному синдрому. Влияние Магии крови? Это было единственное, что, на мой взгляд, могло заставить пойти на предательство как Соломоныча, так и любого другого члена нашей команды.

Сибиряк? Он ненавидел Шамана едва ли не сильнее Генриха. К тому же у Жоры единственного из всех было практически железное алиби. Будь он человеком Шамана, просто спокойно бы «убрал» Калгана ещё ночью в больнице. Если бы была причина это сделать. Скорее всего, он действительно всего лишь хотел проверить Мирона.

И с проверкой откладывать не стоило. Во время утреннего приёма в клан Колян отлично справился с определением орков, поэтому надо было лишь придумать причину, по которой после собрания в подвале я вывел бы всех в полном составе на улицу.

— Всё же я предпочёл бы использовать слово «самоизоляция», учитывая, что это всё делается для вашей безопасности!

— О какой проблеме Вы говорите? — с некоторой настороженностью спросил один из ребят.

— Большая проблема вырисовывается, — поделился я своей тревогой. — И я думаю, вы догадываетесь какая.

Савков? С риском для жизни перебежал к нам во время штурма, передал множество ценной информации, помог в разработке плана по очистке Точки. С оружием в руках её освобождал. Во время штурма проявил исключительную храбрость, был ранен, пусть несильно, но всё же. После победы оказал неоценимую помощь, приютив всех у себя в доме пока не нашли место для штаба.

— Ну если пошёл, то надо их быстрее всех принимать в клан!

— Мирон? — удивлённо переспросил я. — Еле ходит?

— Красные! — безапелляционно ответил Сибиряк. — Кто ж ещё?

Генрих? Представить, что блатной авторитет мог прислуживать тому, кто уничтожил почти весь его альянс, а самого Генриха выгнал с Точки на верную гибель, я тоже не мог. Как и с Соломонычем оставалась лишь версия влияния Магии Крови.