Тропа до звезд (СИ) - Лепехин Александр Иннокентьевич - Страница 58

— Это не м-мы… — ученый снова задрожал и осел на ближайший стул, чудом не перевернутый во время боя. — Это в-все…

— Ну? Имя?! — Саймон понял, что надрывается в крике. — Все имена, под запись и роспись!

Воздух рванула сирена, со стен полыхнуло кровавыми вспышками. «Халат» застыл, потом еле слышно пробормотал — так, что пришлось наклоняться ближе, чтобы расслышать:

— П-поздно. Система самоуничтожения…

В тот же момент ожили каналы остальных групп:

— «Зеро», у нас тут врубилась тревога! Гражданские в панике, рвутся к спаскапсулам!

— Волчица, их сеть блокируется! Станция отключает системы одну за другой, я теряю контроль!

— Это «Фогель-четыре», я еще подключен к сенсорным массивам станции. Тут какой-то бедлам на подступах к системе, вы подтверждаете?

— Подтверждаю, «четвертый», — ровный голос Микко перекрыл шум. — Я же говорил: флот прикрытия не задержится. И вот, собственно, он.

— Внимание всем группам, — Ла Лоба взяла непосредственное командование на себя. — Корабли ООН вывешиваются по всему периметру системы. Мы делаем переход ближе к станции и отключаем противоподавитель, чтобы они не могли достать нас сразу. Дайте персоналу покинуть станцию: напоминаю, мы не палачи. Остальным — подобрать раненых и собраться на ангарной палубе. К сожалению, «живую» трансляцию разведданных придется прервать… Стой, куда?!

Слева от Саймона тихонько хлопнуло. Назар, чье лицо на глазах обретало здоровый оттенок, смущенно кашлянул:

— Я ведь все равно там больше не нужен. Вот, подумал, нашим эвакуироваться помогу.

— А его по макушке не лупишь, — нашел в себе силы пошутить Саймон, когда Магда со всхлипом набросилась на бородача и обняла, чуть не отрывая от пола. — Ну, какой у нас теперь план?

— Надо как-то зам-медлить отсчет до в-взрыва, — пришел в себя пленный ученый. — Это реактор станции! Если рв-ванет — в системе появ-вится новый астероидный пояс!

— Реактор… — Назар прислушался к чему-то, потом пошевелил пальцами, настраивая связь. — «Фогель-три», Ахмед, дайте мне доступ к сети, пожалуйста. Я попробую ее… уговорить. Может, и до реактора доберусь.

В этот момент пустота снова взорвалась у Саймона в голове, заставив пошатнуться. Значит, Encarnacion сбежал от ооновского флота и включил собственный подавитель. Но тут же прокатилась еще одна волна: похоже, андроид и техники нащупали источник поля станции, вырубив его для пущего контроля над ситуацией. Голова лоцмана закружилась, он почувствовал, что падает…

И уже стоя на коленях, Саймон вдруг осознал, что в последний момент уловил некую неправильность. Изъян в конструкции зала. Да, он успел провести в нем от силы несколько минут, и поначалу ощущение списывалось на новизну обстановки, на иную, чем в рубке «Группера», гравитационную картину. Но теперь, когда мир снова перестал петь в прифронтальном неокортексе, неправильность проступила ярче. Словно убрали пестрый фон, мешавший различить главное.

Лоцман прикрыл глаза. Все верно, в той стороне. Он развернулся и медленно пошел. Натыкаясь на столы с оборудованием и бойцов Фогельзанга, запинаясь о парализованных и раненых, Саймон следовал по стрелке внутреннего компаса. По выстроенной в памяти картинке. Не стараясь прислушиваться к мирозданию, а восстанавливая его рисунок усилием воли.

Он шел так, пока не уткнулся в стену. Да, именно здесь: где-то не за, а даже, скорее, внутри мощной, надежнейшей на первый взгляд переборки. Память о последних перед включением подавителя ощущениях тихо шептала: «Что-то здесь не то». А если не то — значит, надо проверить.

«Танцевать не только ногами, но и головой». Но голова недоумевает. Голова сомневается. Голова тупо и банально боится. Что, если не выйдет? Что если сказанное верно — но лишь в отношении сказавшего? В конце концов, где он, обычный лоцман, справившийся с подавителем всего один раз, на злости, на адреналине, на истерике — и где андроид, специально задуманный и разработанный быть лучше, быстрее, одареннее во всем?

Саймон Фишер, наследник Семьи Фишер и потомок знаменитого Абрахама Фишера, стоя перед монолитной с виду стеной и надеясь на чудо, осознал, что боится. Страшно боится опозориться. Оказаться не самым лучшим из всех.

«Глупости, — шепнул чей-то голос, интонациями подозрительно схожий одновременно с Назаром, дядей Анджеем и почему-то старым ооновским библиотекарем. — Ты знаешь, что надо делать. Ты сможешь проделать это, накачавшись дешевым пойлом и разбив собственное лицо об чужой кулак. Андроид же никогда не сможет быть лучше человека. Просто потому что человек создал андроида, а не наоборот».

— Так что хорош ныть — и поехали, — пробормотал Саймон уже вслух. Он сосредоточился, восстановил в памяти схему зала и заорал: — Все в стороны! За результат не ручаюсь!

— Какого…

Магда не успела договорить. Здоровые инстинкты возобладали над любопытством, и девушка прыгнула в укрытие. Фэннинг, которому эзоскелет мешал проделать то же самое, активировал щит и сжался за ним, насколько смог. Остальные порскнули кто куда, кроме Назара, не глядя сдвинувшегося вбок на пару метров.

А Саймон шагнул. Прямо через поле подавления, совсем недалеко. Там же, где он стоял до этого, на пол грохнулся здоровенный пласталевый шкаф с набором замков. «Халат», выглянувший из укрытия, словно опасливая белка из дупла, благоговейно отвесил челюсть.

— Но как в-вы… Ведь п-подавитель… — он взял себя в руки и ткнул пальцем. — В-вся документация п-по проекту — здесь. Ее вели т-только на бумаге, никаких электронных копий. Забирайте, п-пожалуйста!

— Вот почему в сети пусто, как в кастрюле у нашего кока, — хмыкнул по связи Ахмед Новак. — Назар, ты добрался до реактора? Или нам пора валить со страшной силой?

— Он не хочет разговаривать, — грустно сказал андроид, глядя в пустоту перед собой. — Ему прошили кодекс бусидо: «у самурая нет цели, только путь». И путь этот ведет к смерти. Я пытаюсь удержать, но он сильнее. Саймон, уводи всех: теперь ты сможешь.

— Да, — пробормотал лоцман, все еще приходя в себя и зачем-то рассматривая собственные ладони. — Теперь смогу.

Пол дрогнул, с одного из столов скатилась пробирка из небьющегося стекла. Магда подобралась.

— Что, уже началось? Назар?

— Нет, это пока по нам, но промахиваются, — сержант Джавад в командном канале словно даже повеселел. — Тут такая компания, хорошо, что вы не видите. Если мы не уйдем в переход минут через пять…

Он вдруг поперхнулся. Ла Лоба на соседней частоте высказалась определеннее и энергичнее, но совершенно непечатно. Даже Моди, до этого благоразумно не влезавший в эфир, вскрикнул на незнакомом Саймону языке.

— «Зеро», что там у вас? Прием, — «Фогель-раз» вспомнил, что он вообще-то старший в этой группе, и попытался выйти на связь. В ответ на весь зал прозвучало изумленное:

— Ребята, вы не поверите. Прибыл еще один флот, и он… Perkele, это те самые корабли, которые навешали «Гарпиям» в прошлый раз! Хотя стоп, не те же. У них тут и крейсера, и мониторы… Matka Boska, это что, линкор?!

— Подтверждаю, — вклинился голос кого-то из БИЦа Encarnacion. — Представлено большинство классов боевых кораблей — в незнакомых модификациях. На связь не выходят, но… Волчица, они — они атакуют флот ООН!

— Вижу, — рыкнула Ла Лоба и снова выругалась. — Всем группам, отход! Я не знаю, кто это и зачем они влезли в заваруху, но шанс упускать нельзя! Саймон, Назар — переносите всех на точку сбора. А потом делаем отсюда ноги, пока их нам не оторвали!

В этот момент смарт Саймона пискнул входящим сообщением. Отправитель сказался анонимным, но прочитав текст, лоцман не удержался от широкой ухмылки.

«Удачи вам, Саймон. Удачной работы». Единственная строчка. И еще один кусочек паззла стал на свое место. Лоцман отвернулся ото всех, продолжая ухмыляться, и быстро набрал ответ.

«Спасибо. На этот раз вы не опоздали».

А потом снова вызвал в памяти схему станции — и шагнул в главный ангар, где собралось уже довольно прилично народа. Десантные команды, персонал, которому не хватило спаскапсул, несколько разоруженных сотрудников безопасности — и сейф, который снова с грохотом выпал из воздуха, перепугав окружающих. Не хватало одного человека. Точнее, не совсем человека.