Я тебя не хотела (СИ) - Малиновская Маша - Страница 11

Я встала и снова взяла Анатоля Петровича под руку. Мы прошли к зоне, где двигались другие пары. Мамаев развернул меня к себе и положил руку на спину. Вырез на платье быль глубоким, и я ощутила его мерзкие липкие пальцы кожей. Кажется, я всё же не смогла сдержаться, и меня слегка передёрнуло.

— Анна, — едва ли не интимно прошептал мужчина, обдав горячим дыханием, от которого меня покоробило. — Расскажите, как же вы попали в «Ситистрой»?

Я едва заметно пожала плечами и постаралась ответить непринуждённо.

— Мой дед — бывший преподаватель отца Романа Игоревича. Он рекомендовал меня, а Игорь Евгеньевич ознакомился с моим резюме и решил, что я подхожу на должность ассистента директора рекламного отдела.

— То есть, Роман не сам утверждал вас? — удивился Мамаев и как-то, как мне показалось, чуть сжал пальцы на ткани моего платья.

— Думаю, если бы он был против, то нашёл замену.

Мамаев ничего не успел ответить, потому что к нам подошёл Должанов.

— Анатолий Петрович, — улыбнулся он, — позвольте украсть у вас свою помощницу, а то ещё грешным делом переманите такого ценного сотрудника к себе.

— Что ж, — последний нехотя отлепился от меня и недовольно поджал губы. — Она ваша.

Мамаев ушёл в сторону нашего столика, а меня взял за руку и привлёк к себе Должанов.

— Я не помешал ничему важному? — спросил, иронично выгнув бровь, и медленно задвигался. Совсем не так топорно, как предыдущий партнёр.

— Отнюдь, — буркнула я.

Я ненадолго выдохнула, когда липкая ладошка Анатолия Петровича перестала прижиматься к моей спине, но снова ощутила дрожь, когда выреза коснулись горячие пальцы Романа. Чёртово платье!

Рома взял чуть более быстрый темп, который больше соответствовал мелодии романса, который исполнял музыкант. И мне было труднее, потому что твёрдо стоять на ногах не получалось, я будто немного заваливалась вперёд.

— Ань, — шепнул мне Должанов почти в самое ухо, — перестань.

— Что перестать? — непонимающе переспросила я.

— Вести. В танце. Это право принадлежит мужчине.

Что ж, может он и прав, и потому у меня и заплетаются ноги, потому что Роман не даёт мне вести.

— Ты так и не научилась танцевать. Помнишь, на выпускном я почти весь вальс протаскал тебя практически на весу. Иначе бы ты мне все ноги отдавила.

Ах ты ж! Попрекнуть девушку тем, что у неё грация не кошки, а картошки. Ну Должанов не был бы собой, если бы не выдал бы что-то подобное.

— Так зачем же ты тогда попросил хореографа поставить тебя со мной в пару? Танцевал бы с Максом, он профессионал. Гляди, и туфли бы целы остались.

Рука, лежащая на талии, напряглась. Рома притянул меня чуть сильнее, заставив глубже втянуть запах его терпкого парфюма.

— Ну ты и язва, — ответил спустя пару секунд. — Доиграешься, Аня.

Вот вроде бы в моём имени нет ни одного рычаще-гарчащего звука. А в сокращённом варианте даже ни одного твёрдого согласного. Так почему каждый раз это Ромино «Ань» выходит так, что мне от вибраций вздрогнуть хочется?

— Что вы, Роман Игоревич, — я высвободилась из рук Должанова. — С вами играть — себе дороже. Прошу меня извинить.

Я развернулась и направилась в уборную. Мне нужно было срочно освежиться. Дурацкое вино, никогда его не любила за то, что мои щёки становятся ярче галстука пионера. Хочется наплевать на макияж и засунуть лицо в ледяную воду целиком.

13

Я ополоснула щёки прохладной водой из крана, аккуратно подправила макияж и немного отдышалась. Не люблю вино, на него у меня всегда странная реакция — щёки горят, а руки ледяные. Исключение, пожалуй, составляет лишь дедушкино вино, которое он делал из сортового винограда, что сам вырастил на даче.

Немного остыв, я проанализировала вечер. Итак, нам удалось получить лучшие места для рекламы «Журавля» в бизнес-центре города. За адекватную цену и, в общем-то, на наших условиях. Осталось претерпеть совсем немного, и тогда можно будет поехать домой и, наконец, выспаться. И стяжать с Романа на завтра возможность прийти в офис хотя бы к десяти.

Я вышла из дамской комнаты и направилась вдоль узкого коридора в сторону зала, но вдруг перед самым поворотом натолкнулась на Должанова.

— Долго ты. Что там можно делать? — недовольно спросил он, поджав губы.

— Тебе с подробностями или в общих чертах? — я выгнула бровь дугой, а потом нахмурилась. — Зачем ты вообще пошёл за мной?

— А ты бы предпочла, чтобы за тобой сюда пошёл Мамаев? Он как раз был готов ринуться в бой. Сама же видела, что он на тебя глаз положил.

— О! А доблестный рыцарь Роман Игоревич решил защитить честь своей ассистентки и смело бросился наперерез?

Может, я слегка и перегнула. Определённо. Потому что Рома прошёлся по мне ледяным взглядом, а желваки на его щеках на секунду натянулись.

— Ты его не знаешь, Ирландо, — ответил жёстко. — И лучше пусть так и остаётся.

Мы перебросились острыми взглядами, и вышли в зал. Перед самым выходом Роман вдруг набросил мне на плечи свой пиджак и легонько подтолкнул вперёд.

— Это ещё зачем? — прошипела я. — Здесь не холодно.

— Так надо, — тихо в ответ шепнул Должанов.

Мы подошли к столику, за которым нас уже совсем заждался Анатолий Петрович. Тот было привстал, завидев нас, но сразу сел обратно. Он окинул меня недовольным взглядом, едва ли не скривившись. И тут я вдруг поняла, зачем Рома набросил мне на плечи свой пиджак, и чуть не задохнулась от возмущения его беспардонностью. Этот сукин сын меня пометил. Дал понять таким образом Мамаеву, чтобы тот не предпринимал поползновений в мою сторону. Не то чтобы я страстно желала, наверное, должна даже была быть благодарна Должанову, но меня возмущала его бесцеремонность.

— Вы, наверное, нас заждались? — попыталась вежливо улыбнуться я и вдруг поняла, что только что подлила масла в огонь своей фразой.

— Анатолий Петрович, боюсь нам уже пора прощаться. Анна Васильевна очень устала и хочет домой.

— Конечно.

Мужчина встал и кивнул, пожал Роману руку. Теперь он смотрел на меня иначе, словно я вдруг стала меньше в размере или потеряла цветность. Неприятно. Мало приятного было и в его липких взглядах, конечно, но и этот вариант меня не устраивает. Ну почему нельзя воспринимать меня как профессионала, а не перспективу скоротать вечер?

Мне хотелось возмутиться, сбросить Ромин пиджак, чтобы показать, что я здесь самостоятельная единица Но вдруг явственно ощутила, как налиты свинцом мои ноги, а в глазах будто песок. Я просто дико устала и хочу спать. И если эта выходка Должанова поможет нам быстрее покинуть это место и оказаться мне в своей постельке в пижаме с лисятами, то я и на неё согласна.

На улице было ветрено, и я пожалела, что купила пальто без капюшона. Обычно всегда предпочитаю верхнюю одежду с капюшоном, а тут повелась на скидку и купила без. Вообще-то, пальто замечательное, если не считать этого минуса, не продувается и сидит отлично, цвет приятный.

— Мне кажется, Мамаев остался недоволен, — высказала вслух тревожащие мысли.

— Ещё бы, — усмехнулся Роман, застёгивая пальто и поднимая воротник. — Ты же ушла не с ним.

Я поёжилась. Отвратительно.

— А если он теперь не подпишет сам контракт? Предварительная договорённость — это одно, а вот…

— Подпишет. Иначе это создаст ему в деловых кругах репутацию ненадёжного партнёра.

Логично. Отец Должанова был прав: Роман — профессионал. Достаточно молодой, но очень хваткий. Это делает ему честь.

Я достала телефон и набрала номер такси, через пару гудков мне ответила приятным голосом девушка.

— Такси «Шанс», здравствуйте.

— Добрый день, пришлите, пожалуйста, машину к ресто…

Но договорить я не успела, потому что телефон у меня из рук попросту выдернули.

— Ирландо, вот какого хрена? — возмутился Роман. — Я же привёз тебя, я и домой отвезу. Прям такая самостоятельная и независимая?

— Роман Игоревич, что вы себе позволяете?!