Костяной Скульптор. Часть 4 (СИ) - Розин Юрий - Страница 18

И точно знал, почему. Рактачесарцев было куда больше, чем нас, четверо в отряде сборщиков против наших троих, а стражей и вовсе было семеро, когда Ядгар, Лахик и остальные были лишь впятером. И, насколько я понял, такая тенденция в целом была характерна для двух враждующих городов и в целом. Вот только там, где Падсонитар проигрывал в численности, он брал качеством своих бойцов. Все трое наших сборщиков были шестнадцатого уровня, тогда как у противника двое из четверых — лишь пятнадцатые. Трое из пяти стражей — восемнадцатые, тогда как у Рактачесар лишь двое, а один вообще шестнадцатый.

Несмотря на то, что казалось, города могут разбрасываться бойцами уровня боссов, словно разменными монетками, это было вовсе не так. Часть, причем часть вовсе не малую, нужно было обязательно оставлять прикрывать тылы на случай внезапных атак, так что, то количество, что отправилось на захват сокровищ было максимальным для обоих городов, а новички такой силы просто так не появлялись. И если раньше отряд Ядгара был бы немного слабее Тамил и ее стражей, то с добавлением в уравнение моих не упокоенных костей Падсонитар неожиданно начал выигрывать у Рактачесар и в отряде приманок, и в отряде стражей.

Следить за происходящим было довольно сложно, но момент, когда стрела Борга, третьего восемнадцатого уровня в отряде Ядгара, прошила насквозь череп бойца Тамил, я все-таки поймал. И с этой секунды все начало сыпаться.

— Убейте дракона! — Крик прекрасной зомби-убийцы разнесся под сводами пещеры и приманки Рактачесара тут же перешли от обороны к активному наступлению.

— Защищайте тварь! — Этот голос принадлежал уже скелету-личу. И вместо того, чтобы всем вместе продолжать сдерживать босса, приманки вступили в бой уже друг с другом.

С учетом меня, даже без воспламенения энергии бывшего сильнее среднего семнадцатого уровня, успеха рактачесарцы в краткие сроки не добились, вот только это было не важно. Умный зомби-змей, воспользовавшись склокой между своими противниками, смог проскользнуть мимо нас и в праведном гневе устремился к сражающимся вокруг его сокровищ мертвецам, желая покарать позарившихся на его добро наглецов.

Переглянувшись, мы вшестером устремились следом, трое чтобы прикончить змеюку-переростка, трое — чтобы спасти, по крайней мере пока. Однако, вполне очевидно, что когда дракон добрался до центра пещеры, к пытающимся убить его присоединились вообще все рактачесарцы, которых к тому моменту стало еще на одного меньше, каменное копье Ядгара прочно засело в глазнице единственного шестнадцатого уровня стражей Тамил.

Вот только стабильности в ситуацию это вообще ни капельки не внесло. Наоборот, разделенные беснующейся тушей огромного змея, кажется, пришедшего в бешенство при виде разбросанного тут и там барахла, мы уже не были в состоянии нормально координировать свои действия и, как бы не старались, на шкуре босса начали появляться уже не символические, а вполне серьезные повреждения. Тамил и второй восемнадцатый уровень Рактачесар, похоже, тоже специализирующийся на быстрых и точных атаках продолжали атаковать дракона, параллельно внося как можно больше хаоса в происходящее.

Носильщики уже давно сбежали из эпицентра происходящего обратно к входу в пещеру, где начали свой мини-бой за уже присвоенное добро. «Мини» — естественно лишь в сравнении с основным сражением, само по себе это сражение было в разы разрушительнее, чем то, что я когда-то устроил в городе Черной Зари. Один из наших сборщиков и один пятнадцатый уровень рактачесарцев уже были мертвы.

В настолько хаотичной битве я не сражался, наверное, со времен четвертого уровня и нападения на спираль Львиное Логово. Избегать одних атак, отражать другие, направленные как в меня, так и в падсонитарцев и в самого босса, самому успевать наносить удары… что сказать…

Давно мне не было так весело! Я даже сам не заметил, как туман Усиления вокруг меня сгустился до такой степени, что воспламенение запустилось само по себе и лишь уже знакомое ощущение боли в правой руке от начавшего поглощать мою энергию Гуйара дало понять, что я перебарщиваю. И не только потому, что в таком режиме я не смогу продержаться и пяти минут. Постоянно увеличивающаяся сила и кроваво-красный шлейф длиной в полдюжины метров, что я оставлял за собой, не могли не привлечь ко мне внимание.

Момент, когда за моей спиной словно из пустоты материализовалась Тамил, я не пропустил лишь благодаря тому, что Усиление дополнительно давало ощущение окружающего пространства. Извернувшись всем телом, я подставил под удар свой новенький щит, вот только окутанные тьмой кинжалы зомби-ассасина прошили его насквозь, словно горячий нож — масло и остановились лишь когда в поверхность щита уперлись гарды клинков. При этом, пусть сами лезвия меня не достали, их продолжения, сотканные из клубящегося мрака, вошли в грудь доспеха на десяток с лишним сантиметров и точно разорвали бы мне сердце, не будь моя грудная клетка пуста.

Не дожидаясь, когда ощерившийся акульими клыками Гуйар достанет ее голову, Тамил рванула клинки в разные стороны и мне оставалось лишь наблюдать за тем, как только-только купленный щит разрезается, фактически, на две половинки вместе с моим нагрудником и ребрами.

Однако, пока Тамил пыталась прикончить меня, Лахик своим кристальным клинком умудрился прикончить одного из отряда приманок Рактачесара, а Борг всадить стрелу в голову другого и хотя второй восемнадцатый уровень противника все-таки умудрился прикончить нашего бойца, нас стало семеро против шести. И это при том, что из семерых наших четверо, если считать меня, были восемнадцатыми уровнями, а у противника из шести таких было лишь двое. Для Рактачесар ситуация явно начала стремительно ухудшаться, даже несмотря на то, что поймать парочку их сильнейших ловкачей нам никак не удавалось.

И, естественно, они это тоже прекрасно понимали. На какие-то краткие секунды бой замер, Тамил и пятеро ее оставшихся подчиненных резко разорвали дистанцию, и я уже было подумал, что они собираются бежать, но крик Ядгара: «В рассыпную!» — и появившиеся у рактачесарцев в руках столь знакомые по проведенному с Веском времени амулеты дали понять, что на последок противник решил устроить шоу.

Скелет-лич и пятеро его подчиненных тут же бросились к стенам пещеры, как можно дальше от дракона и готовящейся атаки, но я не собирался так просто отдавать свою добычу. Пока я не получил грех обжорства, чья урезанная версия отвечала за поглощение энергии убитой нежити, я мог впитывать силу лишь тех живых мертвецов, что убил лично. И рисковать, проверяя, работает ли то же правило на захваченных душах, я не собирался. Я должен был прикончить зомби-дракона, я, а не Тамил и ее амулеты.

Отбросив в сторону почти располовиненный щит, я, наплевав на отчетливое ощущение смертельной угрозы, бросился к боссу, уже серьезно раненному и не способному двигаться также активно, как в самом начале. Авок, повинуясь невысказанному приказу, разом высвободил столько энергии Усиления, сколько я не использовал, кажется, вообще никогда и мое тело окутал уже даже не туман или дым, а поток практически жидкой энергии. Сейчас, на краткие мгновения, я, наверное, даже достиг девятнадцатого уровня, вот только продержаться в таком состоянии я бы не смог и пяти секунд.

Удар Гуйара по черепу босса и последовавший за этим колоссальной мощности взрыв, разметавший и гору драконьих сокровищ, и тело самого крылатого змея по сторонам, произошли практически одновременно. Но все-таки я был чуть-чуть быстрее. И прежде чем словно пушечное ядро отлететь к потолку пещеры, я ощутил втекающий в тело поток энергии смерти и душу дракона, проникающую в запертую дверь греха жадности.

— Ты все-таки отказываешься говорить, зачем ты это сделал? — Ядгар, недовольно скрестивший руки на груди, стоял надо мной, словно строгий учитель над нашкодившим учеником.

— Отказываюсь, — с трудом кивнул я.

Мои кости после перегрузки энергией и последовавшего сразу за этим взрыва едва не развалились, покрывшись сетью трещин и сейчас я бы даже с боссом десятого уровня не справился. Просто сидел, прислонившись к стене тоннеля между пещерами шестнадцатого уровня и делал вид, что оплакиваю потерю своей брони, после всего случившегося пришедшей в совершенную негодность.