Похоже, игра подходит к концу (СИ) - Новиков Николай Васильевич - Страница 20

– Нет. Но у меня будет ещё одна просьба, когда вы вернётесь.

Немногословный парень кивнул и улёгся в капсулу. Я же, за неимением дел, уселся на разваливающееся кресло и принялся наблюдать за бегающими крысками, вновь прокручивая в голове инструкции Доктору.

Сейчас внутри стационарного акселератора второй модели создаётся виртуальный мир, где мой приятель будет иметь полные права администратора. Туда же попадёт и Арцепальс, убеждённый в сохранности своего тела. Тридцать-второй, используя разницу в течении времени, с помощью пыток и цифровых аналогов наркоты будет деформировать сознание жертвы, прививая ему несвойственные мысли.

Первая – страсть к благотворительности. И-и-и какое же чудо, что нужный фонд он уже знает.

Второе – послушание чёрному господину Артуру. Если вдруг что понадобится, он беспрекословно меня послушает.

Третье – никто никого не пытал, естественно.

Ну и дальше по мелочи, которые нужны Альберту для комфортного существования.

Я верю в способности Доктора. О чём тут говорить, если он даже умеет намеренно оставлять прорехи в изменённом сознании, давая возможность вернуть всё назад?

И, собственно, способности прекрасно подтвердились – через сорок минут ржавая скрипящая капсула открывается, и парень с кряхтением оттуда выползает.

– Ох-ох…, – он потирал копчик.

– И сколько?

– Три с чем-то года.

Представить только – три года непрерывных пыток. И если Доктор может сменять свои личности, то Арцепальс прожил их сполна. Даже как-то его жалко.

Хотя, на то и расчёт.

– И что, получилось? Он будет переводить деньги? Ничего не вспомнит?

– Если бы не получилось, ноль-второй, я бы не вышел, – он вздохнул и присел на второе скрипящее кресло, – И что там другому тебе, который главврач, я тоже всё сделал. Теперь не позволяй богачу проснуться до поездки обратно, и всё будет как надо.

– Да что вы все меня за дебила-то считаете? Я разве когда-то давал повод?

– Ну-у-у…

– Тс-с.

– Ладно…, – закивал парень и впервые за три года расслабился, прикрывая глаза и запрокидывая голову на спинку кресла.

Ну вот и всё. Теперь, если не облажаюсь, меня обеспечат деньгами до исполнения плана. И от понимания этого факта, расслабился уже я, также прикрывая глаза и вслушиваясь в тихий треск работающего акселератора.

Не знаю, сколько мы так просидели. Минут двадцать, примерно. Наслаждаясь простым моментом отдыха, мы лишь сидели в креслах и наблюдали за бегающими крысками-мамами и крысками-ребятишками.

– Ладно, нельзя здесь долго находиться, – подал голос приятель, – Что ты ещё хотел?

– Акселератор. Я хочу использовать его мощность.

– Для чего?

– ЭндГейм…, – вздохнул я, – Как ты знаешь, конкретно я создан для получения человеческого опыта. Я – ключевое звено плана. Именно на мне висит анализ всех человеческих ошибок, и именно от моих знаний зависит будущее всего мира. И виртуальная реальность – лучший способ этот опыт получить. В реальности уже не прочувствуешь весь спектр эмоций, потому что светлых здесь осталось самый минимум. И в ЭндГейме…, – я сжимаю кулак, – В ЭндГейме я нашёл способ, как получить необходимое «понимание» человеческих пороков. Но случилось так, что я должен находиться в игре едва ли не круглосуточно, чтобы не привлечь внимание Атараксиса.

– Я понимаю, к чему ты клонишь, – потёр глаза парень, – Но почему реальностью не займётся одна из твоих копий? Ты же не должен был вообще соваться в проблемы реальности.

– Потому что она умерла. Из пяти десятков копий осталось всего семь. Помимо той личности, необходимыми знаниями и планом действий обладал лишь я.

– Хорошо, и к чему ты клонишь?

– Акселератор, – указываю на работающий аппарат, – Я хочу себя скопировать. Я текущий – продолжит дела в реальности. Моя копия – навсегда останется в ЭндГейме и «понимание» ошибок человечества будет лежать уже на нём. Потом, когда план придёт к завершению, мы сольёмся воедино и передадим друг другу воспоминания.

– Так и думал. Но ты же понимаешь, что он тогда перегрузится, а новый мы уже не создадим?

– И не потребуется. Мы на финальной черте, дружище. Осталось немного. В Энде время идёт в шесть раз быстрее, и я верю, что Он справится к завершению дел здесь, в реальности, – я посмотрел в глаза парню, – Я помню, о чём ты меня попросил. Поверь, больше не придётся никого пытать. Я сдержу обещание, и когда всё закончится, твоё желание будет исполнено. Ты наконец заживёшь спокойной жизнью, как всегда того и хотел.

Тридцать-второй, опустил взгляд и задумался.

Когда мы прощались уже здесь, на земле, он попросил меня всего об одной услуге – о мирной жизни где-нибудь в тихой деревушке, окружённой зелёными лесами.

Созданный лишь с целью приносить страдания, он испытывал их больше всех. И теперь мой друг желает лишь обычной человеческой жизни в мире, который не исчезнет из-за отключения электричества. Ни больше, ни меньше.

– Ладно, – вздохнул парень, – Только прошу – когда всё закончится, не забудь про меня, – он открыл капсулу, – Я устал. Сильно устал. От всего этого.

– Не забуду, дружище, – ложусь в капсулу, – Ты не забыл спасти меня, я не забуду тебя. Так оно и делается, верно? Каждый получает по заслугам, – подключась к аппарату, – И ты заслужил спокойной жизни.

– Тогда удачи… тебе виртуальному, – кивнул он и закрыл стеклянную крышку.

Капсула загудела. Послышался писк сопряжения двух акселераторов и чувство, словно свет в голове разделяется надвое.

Ровно в ту же секунду зажглись огни ещё одной капсулы, на сей раз стоящей в пустой комнате богатой квартиры.

Я открыл глаза и увидел висящий на стене Хронокомпас. Слышится гоблинская речь, а на лице ощущается прохлада каменной маски.

Пытаюсь выйти. Не получается.

Значит, всё получилось. Валир в игре и Артур в реальности – теперь это два разных человека.

Валир - 1

Чувство, как всегда, странное. Если в иных случаях мне казалось, что телом неудобно управлять, то сейчас кажется, словно неудобно мыслить. В голове всё какое-то медленное, неповоротливое, ржавое и заторможенное. Очень неприятное чувство.

Я встал в позу буквы «Т» и начал крутиться на месте. Когда сознание привыкло к новому телу, пришлось без анимации упасть на кровать и продолжить разминать затёкший мозг. А единственная доступная разминка — думать.

«И что… теперь это родной для меня мир?», – я осмотрелся вокруг.

Качество местных текстурок ничуть не изменилось, чувство пространства тоже. Вокруг как была средневековая комната, так и осталась. Ожидаемых невероятных ощущений из-за переноса сознания в игру почему-то не появилось, хоть сотня прочитанных книг твердило иное.

— И где то самое «вау»? – освоившись со странным мозгом, я поднимаюсь с кровати и щупаю покрывало, – Нде, текстурки девяносто восьмой год.

Ощущение было настолько обычное, что даже странно. Кажется, будто я просто проснулся и… всё. Взял, открыл глаза и приступил к очередному обычному дню.

Странно. Не вяжется с фактом, что теперь игровой мир – родной для меня. Именно здесь я буду просыпаться, именно здесь мне придётся жить и здесь же испытывать весь спектр эмоций.

А про реальный мир можно забыть — им теперь займётся Артур.

Да, мы будем связываться, но в остальном — мы теперь разные люди, ведь даже один прожитый день может кардинально нас поменять. Хоть сейчас мы и две капли воды в личностном плане, но пройдёт неделя и, скорее всего, это изменится.

Странно. Всё ещё не могу привыкнуть. Мне что, можно забыть о сестре, девочке из приюта, наказании работорговцев? Что, можно и нужно забыть о Вайолет?

Теперь эти моменты проживёт другой человек, хотя должен был прожить я.

Как и я проживу моменты, что должен был прожить он.