Похоже, игра подходит к концу (СИ) - Новиков Николай Васильевич - Страница 40

Удобно! Но, всё же, дай мне выбор, я бы послал к чертям такую жизнь, даже в обмен на такую силу. Никакое могущество не стоило той цены, что мне пришлось заплатить.

Но не пользоваться этим тоже глупо. Раз уж есть, то чего пропадать. Так, например, я узнал о приходе богача. И мне крупно повезло, ведь приходит он ровно через десять минут.

В то же время детишки в комнатах успокоились и, похоже, обменяли интерес к незнакомцу на страх перед мычащими воспитателями. Они разбрелись подальше от выходов из общих комнат и всеми силами пытались вести себя тихо, оборачиваясь на взрослых при любом громком звуке.

Это даже не запугивание. Это цирковая дрессировка, где животное боится каждого взмаха хлыста. И наблюдать за этим – не самое приятное занятие, даже учитывая, что теперь им ничего не угрожает. Просто больно смотреть.

Подумать только, они ведь так всю жизнь провели!

«Херово всё это…», – вздохнул я, – «Ну ладно, Авенир наконец отрастил себе яйца. Авениру не нравится этот мир – Авенир с ним разберётся»

Тем временем с улицы послышались громкие разговоры и топот. Наша золотая свинка, очевидно.

«Хоть бы с охранниками, хоть бы с охранниками, хоть бы…», – молил я всех мыслимых и немыслимых богов.

Дверь со скрипом отворилось, и в здание зашло три человека – мужчина в строгом синем костюме и два сопровождающих его лысых амбала, одетых в майки и джинсы.

– Добрый вечер, уважаемый, не могли бы позвать…

– Ура! Мало того что двое, так ещё и аугментаты! – обрадовался я.

Да, те охранники – два напичканных аугментациями человека. А если выражаться точнее, то трансчеловека, ибо людьми их назвать уже сложно. Быстрое сканирование показало, что «своего» у двух охранников от силы процентов сорок.

– Извините? – опешил богач, – У вас какие-то вопросы к моим сопровождающим? Если хотите, могу приказать подождать снаружи.

– О, нет-нет-нет, они мне ещё понадобятся.

– Вам?

– Ну да. Теперь это мои сопровождающие.

– Извините, но я не могу понять, о чём…

– Кстати, мужик, мне вот интересно, – я наклонил голову и обеими руками опёрся о трость, – Ты знаешь, почему в этот детдоме нет ни одного ребёнка старше тринадцати?

– Понятия не имею.

– Хм? Уверен? А если я скажу, что в ближайшее время собираюсь принять участие в аукционе? Как тебе такой прикол, бородач?

– Откуда вы…, – прошептал он и огляделся по сторонам, – Ох, так вы тоже приглашённый? Извините за мои манеры, – он улыбнулся, – Не думал, что увижу здесь своего коллегу по интересам. Тоже за товаром пришли?

– Да-а-а-а, за товаром. Я новенький, на самом деле. Впервые в таком участвую, и немного запутался.

– Да, понимаю. Когда отец отправил меня за первым экспонатом, я тоже полдня разобраться не мог.

– Товар… экспонат…, – с каждой секундой мне было всё труднее сдерживать ярость, – Ты вообще о чём?

– О детях конечно! -он улыбнулся ещё шире, – Чем ещё на аукционе торгуют? Ха-ха-ха, а вы и впрямь новенький в этом деле!

– Да…, – сжимаю трость, – Новенький. Так скажите, почему здесь нет детей старше тринадцати?

– Неликвидный товар, – он удивился столь тупому вопросу, – Для секса можно и на улице найти, можно в борделях, а на еду – ещё проще. Подростки третьего круга буквально сами предлагают свои тела, и нет ничего проще, чем этим воспользоваться и пустить их на мясо. Но, опять же, это всем давно наскучило, тогда как дети в районе девяти лет – экзотика. Самый дорогой товар.

– То есть… хах… сука…, – глаз задёргался, – Здесь исключительно маленькие дети, потому что их трахать и жрать приятнее?

– Ну, получается, что так.

– Отлично! Эй, вы двое, отрубите ему яйца, – воскликнул я с широкой улыбкой на лице.

– Что? Что вы такое…, – он обернулся и едва не вскрикнул.

Лица охранников перекосились от нестерпимой боли. Их аугментации искрили, постоянно активировались и выключались, а вся операционная система их модуля покатилась к чертям, отчего потерявшие с ним связь протезы буквально сошли с ума.

А потом я закончил взлом.

– Как удобно, что у вас челюсть, позвоночник и конечности полностью протезированы, – порадовался я, – Даже биологический мозг можно не взламывать, достаточно сомкнуть челюсть, взять под контроль ноги-руки и вот у меня в подчинении два пожилых киборга.

– Ты что наделал?! – богач пятился назад., Эй..., ЭЙ, ВЫ ДВА ИДИОТА, ВЫРУБИТЕ…

– Так, а ты не ори, – я взмахнул рукой и перегрузил модуль мужчины, вызвав у него что-то вроде последствий инсульта.

Он с трудом удержался на ногах и опёрся о деревянную стойку, в тот же момент открывая напрочь онемевший рот. Всё, что из него выходило – нечленораздельные звуки и слюни.

– Хе-хе, а теперь отрубите ему член.

Охранники ещё сильнее сомкнули челюсти, несколько секунд попытались сопротивляться внешнему контролю и в итоге неумелыми движениями двинулись к работодателю.

Вернее, они-то и не двигались – это я ими управлял. На самом деле даже не представляю зачем мне понадобилось повторять приказы вслух. Всё равно максимум, что они теперь могут – замедлиться.

– Так, ты – держи ему челюсть, чтобы не орал. Ты, выпусти «жала» и отрежь ему колбаску.

Один грубо схватил мужчину за челюсть, а второй активировал протез предплечья, – который, должен признать, меня впечатлил, ибо в своё время я о таком только мечтать мог, – и, собственно говоря, взмахом рубанул по паху мужчины.

– М-М-М-М-М-М-М-М-М-М, – завопил он сквозь стиснутые зубы.

Послышался шлепок. Думаю, не стоит объяснять, что это упало.

– Каждый платит за все деяния. Ты продавал детей в рабство, и, возможно, сам ими пользовался как вещами – теперь ты будешь смотреть на свои раздавленные гениталии.

Один из амбалов шагнул в сторону и раздавил три ошмётка.

– Фе-е-е-е, – покривился я, – Мне нравится. Сделайте ему ещё что-нибудь.

Один из моих слуг вывернул его пальцы в обратные стороны, на что он заорал ещё громче и не сдержал мочевой пузырь, порождая на полу смесь мочи и крови.

– Здорово… приятный звук, – заулыбался я, – Ты понимаешь, насколько это омерзительно, насиловать десятилетних детей? Понимаешь, что они чувствовали? – я наклонился к его лицу, – Нет? Ладно, сейчас поймёшь. Отрубите ему кисти.

– М-М-М-М-М-М, – он замычал и со всей силы замотал головой.

– Что, не хочешь? А надо.

Ему отрубили кисти, а затем и уши, оставив по бокам головы две зияющие окровавленные дыры.

– Ты чувствуешь это? – прошептал я, – Чувствуешь, как невыносимо горит всё тело, а фантомная боль сломанных пальцев всё ещё отдаёт в твоей голове? Чувствуешь, как сочится кровь из твоего паха? – я взглянул в его закатанные глаза, – Поздравляю, на протяжении нескольких месяцев ты будешь жить с этим чувством. Прощай.

На самом пике болевых ощущений, за мгновение до шокового состояния, я вырвал его сознание, растянув последние секунды на многие месяцы. Его нейромодуль разорвался, окрасив стену позади ошмётками мозга, а сам он теперь будет ощущать всё то, что ощущал за секунду до смерти – полную боль отрубленных ушей, кистей и паха, приправленных соусом сгораемых внутренностей.

– Прекрасный рецепт. Специально для богатых гурманов. Конечно не запуганных детей жрать, но тебе понравится, – я улыбнулся и бросил взгляд на киборгов, – Продырявьте ему череп и вскройте горло. Двум девкам поблизости тоже. Скинем всё на ваш киберпсихоз, а не силу Бога Сознания. За работу!

Когда человек подключает к нейромодулю слишком много приборов, увеличивается шанс так называемого киберпсихоза – нарушения нервной системы в связи с невозможностью обработать огромный массив информации. И главная опасность аугментатов не в том, что они ходячее оружие, а в том, что это оружие никто не способен контролировать.

Кроме, конечно же, вашего покорного слуги – Бога Сознания. Мне такое не грозит.

Поэтому я просто подменю записи камер и скину всё на киберпсихоз двух аугментатов. Проще некуда.

– Закончили? – отрываюсь от размышлений и смотрю на лужи крови, – Здорово. Ну как вам, ребята, нравится осознавать свою беспомощность? Вы наверняка считали себя сильными. Наверняка многие вам и слова сказать не могли, не говоря уже о силовом сопротивлении. Наверняка вы упивались состоянием своей жертвы, – расправляю руки, – Ну, как вам истинная сила? Теперь вам нравится это состояние?!