Хранитель: в плену твоих фантазий (СИ) - Аверкиева Наталья "Иманка" - Страница 54

  От гнева Билл нашел обратную дорогу даже быстрее, чем ожидал. Пока они шли к обрыву, он не особо обращал внимание на их путь, шел и шел себе за Томом. Сейчас же он фурией несся по лесу, подмечая мелкие детали, на которые, казалось, не обращал внимания раньше. Ну и не хотелось опозориться перед Томом и постыдно заблудиться. Его терзали противоречивые чувства. С одной стороны - жгучая обида, что Том его так обманул. С другой - не менее жгучий стыд от того, что Том выставил его таким вот идиотом. С третьей - где-то очень отдаленно в самом дальнем углу сознания мелькнула мысль, что он сам его таким сделал и нечего теперь на зеркало пенять. Но пока обида и стыд доминировали над всем остальным.

  К платформе они с электричкой подошли одновременно. Билл ускорился, ловко заскочил в вагон в последний момент, двери тут же захлопнулись за спиной. Он прошел вглубь вагона и уселся напротив пожилой фрау. Ему сейчас нужны люди, иначе он сойдет с ума. Если уже не сошел. Достал телефон. Заблокировал номер Тома. Надо понять, как жить дальше и что делать. Он посмотрел на ладонь, которой касался язык рептилии. Как он это сделал? Дракон выглядел настоящим. Даже язык был мокрым, а нос дышал и кожа теплая. И куда потом дракон делся? Как Том так быстро его менял, убирал, прятал, вытаскивал? Зеркала? Но как? Иллюзия. Да, это определенно была какая-то иллюзия. Только не понятно, как она работала.

  - Вы верите в существование драконов? - спросил он у фрау, когда копошащиеся в черепной коробке мысли начали рвать ее на части.

  - Конечно, - улыбнулась фрау. - В каждом из нас живет дракон. Дракон - это недостатки человека...

  - А что бы вы сделали, если бы встретили настоящего живого дракона? - перебил ее Билл. Ему сейчас не до философствования.

  - Нууу... Я бы обратилась ко врачу, это однозначно. И бросила бы пить. Вот.

  - Я-то не пью, - пробормотал он. - Спасибо.

  - Тогда только ко врачу. Дать вам телефон моего психотерапевта?

  - Думаете, я видел живого дракона? - хмыкнул Билл и отвернулся к окну.

  - А я даже представить себе не могу ситуацию, в которой встречу дракона. Я бы обосрался, - захохотал мужчина, сидящий в кресле через проход. Билл обернулся. - Не, я даже гипотетически не могу этого представить. Бред какой-то! Что надо скурить, чтобы увидеть дракона? - Эта мысль его так развеселила, что мужик еще долго ржал и комментировал вопрос Билла. Сам Билл мрачно пялился в окно. Значит все-таки развод. Какой-то фокус. Игра с зеркалами, создающими иллюзию дракона. Да, скорее всего. Зря что ли Том притащил его именно туда. И этот переход... Фокус со шкафом, типа того? Если бы Билл повелся, то выглядел бы даже не лохом, а просто-таки распоследним олигофреном. Чертов Том его сделал, как мальчика. Господи, какой же он идиот. Билл достал телефон и забил в поисковик - список человек, погибших в Мюнхенской резне. Немного покопался в выпавших ссылках. Нашел нужное. Никакой фрау Трюмпер с сыном в списках не значилось. Интересно, почему он сразу не проверил? Магия? Он поковырялся на внутреннем университетском портале и нашел список студентов продюсерского факультета. Том Трюмпер, о чудеса, в списках тоже не значился. Забавно... Но в списках студентов, которые были у преподавателей, он есть. И его точно вызывали по списку, он отвечал, ему ставили оценки в ведомость... Завтра он пойдет и все выяснит. Зайдет в общагу и проверит комнату. Зайдет к продюсерам и спросит про Тома, Майка и Георга. Кстати, не мешало бы еще вспомнить фамилию Майка и подойти к нему. Завтра Билл разнесет всех этих воображаемых друзей к чертям. Он весь в предвкушении. А пока... А пока он напишет еще одну главу. Страшную. И посмотрит, как прекрасный Том, живущий в его рукописи, выкрутиться на этот раз.

  Билл вернулся домой злой, как сто собак. Быстрым шагом прошел туда-сюда, отмечая, что вещи Тома лежат, где лежали, когда они уезжали. Хотелось собрать их и выкинуть, но Билл справился с этим желанием, решив, что истерике сейчас не место. То есть вещи Тома существуют. Они реальные и вполне себе осязаемые. А если это не вещи Тома, а его собственные? Просто он не помнит, что покупал их? Да что он за ерунду какую-то думает? Том тривиально разыграл его с рукописью. Понять бы, как он технически это провернул, чем в лицо брызнул, как отвлек? Чертов ублюдок! Зачем он так? Во рту от всего этого пересохло. Он вышел на кухню. И тут внезапно в окне нарисовался Кот, как лохматый страшный черт. Билл даже подпрыгнул от неожиданности. Чертыхнулся - этот урод опять открыл окно! Убить его не жалко! Стоп... Том заходил на кухню? Но зачем? Он же и близко к ней не подходит... Мейн-кун потоптался по чистому подоконнику и, оставив следы грязных лапок, спрыгнул и отправился в комнату. Билла подобное возмутило до глубины души. Он решительно последовал за животным, намереваясь устроить ему хорошую взбучку.

  - Я тебя больше лечить не буду! - орал он ему вслед. - Сколько раз говорил, чтобы ты не шлялся по улице! Как ты смеешь?! Задолбал со своими гуляниями! Какого черта я вообще с тобой связался, если ты ни черта не понимаешь по-человечески? Я отрежу твои чертовы яйца, если они не дают тебе покоя и тянут задницу за приключениями!

  Кот обернулся. Билл готов был присягнуть в суде, что взгляд животного был абсолютно разумен, и Кот понимал каждое его слово. Словно прочитав мысли хозяина, Кот изящно потянулся, сел и начал самозабвенно вылизывать бархатные яички. От гнева Билл даже дар речи потерял. Он схватил первое, что попалось ему под руку, и с воплем:

  - Тварь неблагодарная! - швырнул в Кота.

  Не попал. Книга пролетела мимо.

  Кот еще раз потянулся, распушил хвост... Как маленький дракон... Если бы у него были крылья...

  В голове у Билла словно пазл сложился... Он ни разу за эти месяцы не видел Тома рядом с Котом. Кота отдельно видел. Тома отдельно видел. Даже когда они якобы были вместе в одной квартире, Кот всегда был заперт на кухне, а Том сидел в комнате... Так может быть, дело-то не в пресловутой айлурофобии, а совсем в другом? Хранитель может быть кем угодно. И сейчас одно из двух: или Том - это Кот, или Кот - это Том.

  Кот изящно запрыгнул в кресло. Длинный пушистый хвост свисает с подлокотника, как хвост дракона в лесу. Черный кот. Иссиня-черный Хранитель. Кот физически не мог быть другого цвета. Только черным.

  - Томариэль... - неуверенно сорвалось имя с губ.

  И Кот вскинул голову, прислушиваясь к слову.

  - Томариэль... - повторил Билл. - Тебя зовут Томариэль! Том! Томариэль! Ты не кот, ты дракон! Хранитель! И ты снова меня обманул?

  Злость накатила на него волной. Лютая, испепеляющая, уничтожающая злость и обида. Томариэль!

  - Обернись немедленно! - завопил он на Кота. - Я тебе приказываю! Немедленно стань человеком!

  Кот даже ухом не повел. В его огромных глазах не было страха, лишь интерес и ехидство.

  Билл подлетел к нему вплотную. Схватил за шею и затряс, громко крича в мордочку:

  - Я приказываю тебе обернуться! Томариэль! Немедленно стань человеком! Ты меня слышишь, мерзкий ублюдок!

  Кот, не издав ни звука, выпустил когти прямо в кожу запястий. Нет, он не драл ее, не порвал в лоскуты, он не причинил никакого вреда своему хозяину. Просто весьма ощутимо всадил когти в кожу, проколов ее. Билл отшвырнул Кота в сторону. Приземлившись, животное уставилось на него. И снова этот совершенно осознанный, понимающий взгляд.

  - Я приказываю! - проорал он жестко.

  Кот прижал уши и ощерился, продемонстрировав большие белые клыки. Шерсть вздыбилась, усы стали топорщиться. Казалось, он увеличился в объеме вдвое. Одна лапа приподнята. Когти наружу.

  - Я приказываю тебе обернуться, Томариэль. Ты обязан меня слушаться. - Каждое слово, словно брошенный и попавший в цель камень.

  Кот зашипел. Хвост бьет из стороны в сторону.

  Если бы Билл не видел этого собственными глазами, он бы ни за что не поверил. Он увидел, как большой черный мейн-кун усилием воли заставил себя успокоиться. Он перестал скалиться и прижимать уши. Шерсть улеглась. И только нервно дергающийся хвост все еще выдавал, что он напряжен. Кот бросил на него взгляд, полный обиды, и гордо удалился на кухню.