Волчица.Часть 1 (СИ) - Баянъ Олеля - Страница 24

Задвинув стул за стол и убрав свои записи в вещь-сумку, я удрученно взглянула на две стопки книг, с которыми работала последние несколько часов. Их нужно было расставить по своим местам. Глубоко вздохнув, я взяла первую стопку и быстро разнесла книги, а вот со второй стопкой все было намного сложнее, потому что книги в ней находились с разных полок, и пока я их расставляла, прошел еще один час. С каким же облегчением я шла к тому стеллажу, который располагался рядом с тем укромным уголком, чтобы поставить последнюю книгу. Только когда я подошла к стеллажу, вспомнила, что книгу нужно поставить на самую верхнюю полку, а для этого придется карабкаться по лестнице. Огляделась, никого из библиотекарей поблизости не было видно, поэтому взялась за передвижную лестницу сама. Едва я ухватилась за нее, как услышала голоса, которые приглушенно раздавались из-за стеллажа. Я замерла, почти затаив дыхание, и прислушалась к их разговору. Голоса принадлежали мужчинам.

— Ну и чему она сможет их научить, — возмущенно спросил один мужчина другого, переходя на визг. — Можно подумать, она гений в воспитании кварт.

— Тише говори, Динал, — шикнул на него другой мужчина.

— Да ладно тебе, — успокоил его Динал. — В это время в библиотеке уже никого не бывает.

— Всё равно, — голос собеседника явно дрожал. — Осторожность не помешает.

— Как же она меня бесит, — с ненавистью в голосе выплюнул Динал.

— Ты всё еще не угомонился, что выбрали не тебя, а эту смертницу, — задал вопрос мужчина, имени которого так и не произнесли.

Известно, что подслушивать нехорошо, но всё же неплохо было бы знать о подводных течениях в Академии, чтобы не попасть в чью-нибудь ловушку и не сдохнуть. Я снова огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что никого нет поблизости, и посильнее прижала ухо к щели между стеллажами.

— А ты как думаешь, — съязвил другой. — За эту работу заплатят хорошие деньги, благодаря которым можно свалить из этой проклятой страны.

— А ты всё такой же меркантильный, как и раньше, — заметил, усмехаясь, его товарищ.

— Кушать всегда хочется, — ответил Динал. — Да что в ней нашли, — в его голосе снова послышались истерические нотки.

— Ты же слышал Збышека, — ответил друг. — Она участница Веллеровской кампании.

— Да брехня все это, — отмахнулся от слов товарища Динал.

— А вот и нет, — перебил его мужчина. — Ты слышал, каким именем она представилась?

— Кажется, Волкикой, — неуверенно ответил Динал. — Но она же не длак.

— В этом-то всё и дело, — нравоучительно заметил собеседник. — Я тут кое-что узнал из своих источников, кто такая Волкика, — он сделал многозначительную паузу.

— Ну не тяни, — с нетерпением в голосе бросил Динал.

— Она та самая Кровавая Волчица, — торжественно проинформировал мужчина друга.

— Кто-о? — недоумевающе протянул вопрос Динал.

— Ну, ты дубина, — ответил ему товарищ. — Как мне сообщили, это прозвище она заслужила еще полвека назад.

— Она долгожитель! — удивленно вскрикнул Динал.

— Тш-шш, — зашикали на него. — Не кричи так громко! А вдруг услышат, — он прочистил горло. — В то время она убивала всех без разбору, — продолжил он пересказ слухов. — Говорят, тогда после неё невозможно было даже нормально похоронить людей — она их так кромсала, что от них оставалось лишь кровавое месиво из костей и мяса. Их даже опознать было невозможно.

Я сильно зажмурила глаза и проглотила ком, вставший в горле от воспоминаний прошлого. То время действительно было кровавым — я рубила направо и налево, не глядя, оставляя за собой реки крови, которые сейчас собрались в целое море. Я протёрла лицо ладонью.

— Так что, как сам видишь, она лучше нас с тобой может убивать, — ответил мужчина на давно заданный вопрос. — Именно поэтому её и выбрали. Только она сможет сделать из них таких же цепных убийц, как и она.

От удивления у меня раскрылась челюсть. Так вот в чём была причина моего приезда сюда. Я должна научить детей… убивать. Я закрыла глаза и встряхнула головой, чтобы хоть как-то привести свои мысли в порядок, потому что это не укладывалось у меня в голове. Когда я открыла глаза, я увидела перед собой ректора. Я быстро отшатнулась от стеллажа, но он лишь приложил указательный палец к своим губам в знак молчания и кивком головы приказал мне следовать за ним. Я бросила взгляд на стеллаж, за которым сплетничали преподаватели, и последовала за Збышеком.

Збышек отвел меня в свой кабинет и, повернувшись ко мне спиной, уставился в окно, расположенное за его столом. Я все хотела спросить его, но каждый раз открывая рот, тут же его закрывала, потому что мысли все еще путались от такой новости. Он обернулся и посмотрел на меня, презрительно приподняв брови.

— Не строй из себя оскорбленную невинность, — он смерил меня уничижающим взглядом, а голос был полон яда. — Ты же прекрасно понимаешь, для чего тебя сюда позвали.

— Но… но они же дети, — только и смогла выдавить я в ответ.

— Для них это единственный шанс выжить. Лучше умереть им там, чем жить с клеймом детей предателей, — бросил он. — К тому же ты единственная выжившая в Веллеровской кампании.

— Это не в счёт, — возразила я. Причем тут эта ужасная кампания!?

— Еще как в счёт, — ректор уселся в кресло и откинулся на спинку. — Ты знаешь герцога Сансэ дэ Приеста, — он посмотрел мне прямо в глаза.

Вместо ответа я лишь покачала головой. Откуда мне его знать!?

— Так вот этот самый герцог, — начал пояснять мне Збышек, явно радуясь своей осведомленности. — Один из тактиков-стратегов Аландара. По сути, он был единственным, кто сумел разгадать наш манёвр в Веллеровской кампании.

Если быть честной, то я мало знала об этой кампании и о целях её проведения. Но знала одно наверняка — в той кампании помимо сотни магов погибли сотни смертников. Их просто отправили на бойню. Я лично знала около сотни смертников, а там под Людерсом, где находилась наша цель, полегли как минимум три сотни смертников. И откуда же только берутся все эти человеческие ресурсы? Я встряхнула головой, не моего это ума дело.

— Так вот наши умы, — мужчина приосанился.

Это типа он «ум»? Я встречалась только с одним аландарцем, который мог дать фору даже Волопасу в военной стратегии, но я давно с ним не сталкивалась или сталкивалась — у меня возникло чувство, что я его недавно видела, но не могла вспомнить, где именно — и даже не знаю, жив ли он вообще. Волопас говаривал, что этот парень сильный враг, и я ему даже в подмётки не гожусь. Обидно, но старый длак справедливо охарактеризовал мои способности. Я действительно не сильна в стратегиях и всегда действую, опираясь на интуицию, которая все-таки не так хорошо у меня развита.

— К коим отношусь и я, — продолжил он. — Разработали новый план, и все эти кварты в нашей Академии сыграют в нем не последнюю роль, — Збышек прищурил глаза, не спуская с меня взгляда. — И твоя задача научить этих детей выполнять беспрекословно все приказы, — он раскрыл глаза. — И, конечно же, они должны уметь убивать, — он указал мне на дверь. — И тебе следует держать рот на замке, — бросил ректор мне, когда я взялась за ручку двери. — Иначе … Ты и сама всё знаешь.

Я шла в избушку, ничего не замечая вокруг. Просто я даже поверить не могла во все услышанное сегодня. Трудно не согласиться с тем фактом, что убить человека для меня стало обыденностью. И то, что я оставила за собой кровавые реки из убитых мною людей. Но это я! Я сама выбрала этот путь! Но в чем виноваты эти дети? В том, что их родители предатели? Но не они же совершили это предательство. Зачем им нужна эта жизнь? И можно ли ее после будет назвать жизнью?

С такими мыслями я добралась до избы, где все еще горел огонек в печке. Закрыв за собой дверь, тяжело привалилась к ней спиной и медленно сползла на пол. Да, я убийца. В глазах предательски защипало, а в груди больно защемило. Но неужели я настолько чудовищна, что научу детей убивать!? Я опустила голову вниз между коленей. Глаза застлала пелена из слез. И вот одна крупная слеза сорвалась с моих ресниц и медленно полетела вниз, а огонь из печки высвечивал в ней события тех ужасных дней…