На расстоянии взгляда (СИ) - Адилова Ольга - Страница 92

- Что ты имела в виду? Говори сейчас же, - накинулась на меня вновь сестра.

Я, глядя на мать, сглотнула.

- Однажды в детстве, когда никого больше не было дома, я застала маму сидящей на кухне с… бутылкой какого-то алкоголя, - запнулась я. Вновь посмотрев на мать, заметила, что она вздрогнула. – У нее в руках был старый снимок, на котором был изображен твой отец.

Глаза Киры округлились.

- Мам? – повернулась она к родительнице. – Это правда? То, что она говорит, правда?

- Да, - всхлипнула мать. – Я просила Юлю никому не рассказывать об этом. Твой отец не уходил от нас. Он пропал без вести, но я узнала об этом слишком поздно, потому что в тот день, когда мы поругались с ним, я просто решила, что он не вернулся из принципа. А мне потом никто ничего не рассказал о том, что было на самом деле. Мы с его родителями совершенно не ладили.

- Но почему…?

- Не рассказала? – закончила за нее мать. – Потому что ты была уже взрослой и забыла об этом человеке. А я вот не смогла. Он был самой большой любовью моей жизни, и я потеряла его. Если бы не та ссора, он бы не исчез.

- Ты узнала, что случилось с ним тогда?

- Нет, - мотнула головой мать. – Его так и не нашли.

Колени Киры вдруг подогнулись, и она опустилась на корточки, закрывая ладонями голову.

- Я всех вас так ненавидела. И его в особенности, - забормотала она.

- Я хотела, чтобы наш папа смог заменить тебе его, - тоже опустившись на колени, произнесла мать.

- Поэтому родила ее? – воскликнула сестра, тыча в меня пальцем.

- Я хотела, чтобы ты не чувствовала себя одиноко в нашей семье.

- Но именно так я себя и чувствовала!

Из глаз сестры брызнули слезы. Она тут же со злостью стерла их кулаком.

- Вы все время носились с ней, будто она единственный ребёнок в семье, а про меня совершенно забыли. Я до сих пор помню, как вы отдали ей мою любимую куклу, когда она только тыкнула в нее своим мелким пальцем!

- Прости, дочка, - склонила голову мама.

- А ты? – посмотрела она на меня. – «Хочу ее велосипед!», «Хочу учиться в том же институте», «Хочу ее жениха!». Ты отбирала у меня все, что было только моим, а потом возмущалась, что я боролась за то, чтобы вернуть это обратно.

Ревность, которая копилась внутри нее всю жизнь, теперь ярко горела в ее глазах.

Я поняла, что имел в виду Стас, когда говорил, что нам просто нужно все выяснить. Я действительно никогда не замечала ее ревности по отношению ко мне, оправдывая ее поступки дурным характером, а она, погрузившись в свою злость ко мне, не замечала того, как я все это время старалась ей угодить. Она просто считала, что одерживает в этот момент свою маленькую победу. Она считала меня соперником. Я же считала ее сестрой. В этом и была вся наша проблема.

- Прости, - только и сказала я ей, осознав, насколько была слепа.

Переведя взгляд немного в сторону, заметила стремительно приближающуюся к нам мужскую фигуру. Стас, снова глядя только на меня, шел по проходу между белоснежных стульев.

- Гляди-ка, к тебе идет, - фыркнула Кира. – Ну, давайте, обнимайтесь. Покажите нам всем, что такое настоящая любовь.

Я ничего не ответила. Я только, последний раз взглянув на своих родственниц, прикрыла на секунду глаза и пошла прочь, избегая столкновения с блондином, с которого все это началось.

Весь тот спектр эмоций, что я не давала себе испытать, поддаваясь эйфории общения со Стасом, вдруг нахлынул на меня. Я снова почувствовала себя предательницей, разрушившей семью и сломавшей карьеру хорошего парня. Я чувствовала себя виноватой в том, что поддалась искушению и за спиной сестры общалась с ее, пусть и нелюбимым женихом. Чувствовала, что из-за моих слов родители могли серьезно поругаться, а Стас потерять все, к чему так долго шел.

И все это из-за меня. Одного лишь моего желания быть с человеком, который был для меня под запретом.

- Юля! – окликнул меня Стас, но я не обернулась. Продолжила идти дальше по улице, пытаясь сдержать слезы.

«Я во всем виновата. Я во всем виновата», - думала я, слушая, как мерно стучат по асфальту мои каблуки.

- Да постой же ты! – хватая меня за руку, произнес он.

Я попыталась вырваться, но у меня ничего не вышло. Держал он крепко.

- Что с тобой? Куда ты бежишь?

Не в силах что-то сказать, я закрыла глаза рукой и мотнула головой.

- Эй, - попытался парень убрать мою ладонь от лица. – Ну, что случилось?

- Все это, - пробормотала я.

- Что это? О чем ты?

Всхлипнув, я все же убрала руку и посмотрела на Стаса. Он выглядел небрежно, но как всегда сногсшибательно.

- Мы не должны были этого делать, - произнесла я, разводя руками.

- Ты ничего не делала. Это я отменил свадьбу.

- Нет, все это было неправильно с самого начала. Мы не должны были встречаться за спиной Киры. Ты не должен был бросать все из-за меня.

- Что ты несешь? – возмутился он так, будто я говорила на каком-то непонятном ему языке. – Все это как раз и было правильно. Я не должен был идти на поводу у отца.

Я замотала головой, чувствуя, как по щеке бежит первая слезинка.

Стас успел поймать ее раньше, чем она скатилась и упала на землю. Он опустил ладонь на мою щеку и провел пальцем по скуле, заставляя мое солнечное сплетение зажечься. Мне безумно нравилось, когда он ко мне прикасался с такой нежностью, но сейчас мне нельзя было этому поддаваться.

- Я не должна была влюбляться в тебя, - прошептала я, глядя ему в глаза.

- Я тоже не должен был, - отозвался он. – Но это случилось.

Я вновь замотала головой.

- Неправильно было делать это за спиной моей сестры.

Стас вздохнул.

- Она знала. О нас, - произнес он.

- Что? – пораженно воскликнула я.

- Да, - опустил он глаза. – Узнала буквально сразу, как я пришел к тебе тем вечером, когда ты спала.

- И продолжила так себя вести?

Стас кивнул.

- Но почему?

- Потому что ей всегда от меня нужны были только деньги. И я предложил ей их за то, что она продолжит играть свою роль. К тому же ей не хотелось признаваться, что ее жених ушел к ее сестре. Она хотела обыграть это как-то иначе.

- И ты ничего мне не сказал?

- Решил, что это ничего не значит для нас с тобой.

Не веря своим ушам, я вырвалась из-под его руки.

То есть все это время меня еще и держали в дураках? Поэтому Кира смотрела на меня с таким превосходством и несла ту чушь, о том, что не мне достался ее жених? Потому что оба они знали?

- Все, - выдохнула я, отгораживаясь от Стаса двумя руками. – Пожалуй, на сегодня достаточно.

Развернувшись, я пошла дальше.

- Постой, - попытался Стас снова поймать меня. Я успела увернуться.

- После твоего появления в моей жизни все пошло наперекосяк, - сказала я уверенно. – Как бы то ни было, я обманула сестру, поссорила родителей, на глазах у всей родни выставила себя предательницей. Черт подери, да то, как я себя ощущала все это время, никому не пожелаешь!

- А еще ты не дала мне совершить большую ошибку.

- Зато совершила множество своих, упав в собственных глазах.

- Я не хотел, чтобы так вышло.

- Я тоже, - ответила я, кидая последний убийственный взгляд на Стаса и сворачивая в нужную мне сторону.

Он же, поняв, что разговор на этом окончен, остался стоять на своем месте и смотреть мне вслед.

Мое сердце до последнего пыталось остановить меня и заставить броситься в знакомые объятия, простив этому болвану все, что он натворил, но я не позволила себе сделать этого. Сжав кулаки, я продолжала идти вперед, пока, обернувшись, не поняла, что Стас остался далеко позади, а я все-таки сделала то, что должна была сделать намного раньше – сбежала от всех, оставшись в полном одиночестве.

Глава 40.

Мой телефон не включался четыре дня.

Четыре дня я пряталась ото всех в своей комнате, пожирая тоннами шоколадное мороженное, которое просила покупать для меня Милану, и выдавливая из себя остатки тех слез, что еще не успела израсходовать.