Стихия (СИ) - Барминская Марианна - Страница 34

— До встречи на площади, — словно прочитав мои мысли, с усмешкой сказал Максим и, когда брат с сестрой уже вышли на площадку, добавил:

— А то мысленно ты уже явно в Миртране, раз все прослушала.

Раздраженно зыркнув на наглого брюнета, захлопнула дверь. Нет, ну вот он никогда промолчать не может! Как можно умудряться сочетать в себе какую-то невероятную серьезность и глубину с вечным желанием докопаться и выбесить? Это для баланса, что ли? Набрав в легкие побольше воздуха, я заставила себя успокоиться и вернулась в зал. Думала, что застану ребят в том же положении, в каком и оставила их, но они уже успели поудобней развалиться на диване и теперь смотрели какой-то боевик. Я поражаюсь им все больше.

— А вы времени зря не теряете, — усмехнулась я, поставив телефон на подзарядку.

— Мы решили, что лучше пожить еще денек обычной спокойной жизнью, чем сидеть, кусать локти и переживать из-за вашего скорого отъезда, — мудро изрек Данила. Да он чертовски прав.

— Ладно, любители обычной жизни, отдыхайте.

Я отправилась на кухню. Раз собирать вещи не нужно, займусь мойкой посуды ради убийства времени. К тому же, за таким медитативным занятием голова свободна для раздумий.

Несколько часов. У меня есть несколько часов, чтобы надышаться воздухом нашего мира, а потом мы уйдем. До сих пор окончательно не могу поверить во все происходящее. Какой Миртран, какая война? Нас четверо, ну ладно, восемь, а их тысячи, разве не бред? А может, это действительно бред, и я сейчас лежу в палате психиатрической больницы? Ну уж нет, они здесь, они реальные — мои друзья, мой прекрасный брат, Максим… Ага, оказывается, Макс уже не входит в раздел «мои друзья»? Куда же он тогда входит, скажите, пожалуйста? Раздела «любовь» в моем сознании все еще нет, его тщательно стерли страхи. Противно это признавать, но я совершенно запуталась. Мне бы сейчас сюда Дарину, свою драгоценную всепонимающую подругу. Рассказать бы ей и о магии, и о параллельном мире, и о дурацких странных чувствах. Но поздновато, Ника, осталось несколько часов, так что дыши местным воздухом, пока можешь.

Я усиленно пыталась представить себе Миртран. Что мы увидим, когда перешагнем из одного мира в другой? Крики, взрывы, дым, разорванную землю, кучу мертвых тел? Вдобавок к этому в голову настырно лезли образы средневековых рыцарей в доспехах с мечами и щитами на конях и драконах. Воздух пропитан боевой магией, дрожит земля, небо затянуто черными облаками… Да уж, насмотрелась фэнтези. А если нас выбросит прямо в эпицентр сражения? Надеюсь, я успею скоординироваться. Нашлем с Эрикой туман и успеем скрыться до того, как противник нас заметит и раздавит, ведь наша задача состоит в секретной миссии, а не в боях с вражескими войсками. Потом найдем Грету, и она познакомит нас со своим миром. На словах получалось проще некуда, а на деле вечно все происходит наоборот. Хоть я и уверена в своих силах и в своей Стихии, пессимистическая часть меня не переставала капать на мозг.

Вечер подкрадывался незаметно. В четыре часа спал самый убийственный жар, позволяя выйти на улицу, не боясь расплавиться. Я бродила по квартире, словно привидение, молча и бесшумно. Бросила в рюкзак бутылку минеральной воды, кое-какие максимально удобные и практичные вещи. Открыла шкатулку и достала подвеску: небольшой аквамарин на темно-сером шнурке — подарок моей матери. Она сказала, что он будет меня оберегать, когда подарила, и я не снимала его до самой трагедии. После случившегося я убрала камень в шкатулку, разозлившись на него за то, что он не смог уберечь меня от огромнейшей потери в жизни. Теперь же я разглядывала его с глухой тоской и крохотной частичкой надежды. Мама сказала, что он меня сбережет, значит, сбережет. Повесив аквамарин на шею, я задвинула шкатулку обратно, взяла рюкзак и вышла в прихожую. К моему удивлению, парни уже был готовы. Да когда они все успевают?

— Богдан, ты помнишь, где дача расположена? — спросила я, медленно завязывая шнурки, будто они враз потяжелели. Брат утвердительно кивнул.

— Не бойся, найдем. Сразу туда отправимся, только вас проводим.

«Проводим»! Как будто мы отдыхать в Миртран уезжаем в веселом плацкарте.

— Ладно, идемте, к пяти часам как раз до площади доберемся.

Друзья уже ждали нас на скамейке в тени деревьев. Для прохожих мы были просто молодежью, собравшейся в поход. Может быть, лет через сто люди узнают, что мы ушли спасать два параллельных мира. Но для того, чтобы они узнали, надо бы вернуться домой живыми и невредимыми.

Перекинувшись парой слов, все двинулись в сторону маяка. Напряжение, пронизывающее нас, разве что не искрило, но заставляло молчать и прокручивать в голове снова и снова жуткие предположения о том, что может нас ждать впереди.

Маяк, к счастью (или к сожалению), мирно стоял на том же месте в мрачном, пустынном районе. По-моему, люди здесь вообще редкость. Подойдя к маяку и осмотрев его со всех сторон, мы обнаружили лишь одну старую-престарую, но массивную дверь. Максим дернул за почерневшую ручку.

— Закрыто, — оповестил он всех. Ну, никто и не удивился.

— Значит, ее нужно открыть, — изрек Ян, для пущей убедительности подняв указательный палец вверх.

— Да ну? Никогда бы не догадалась, — с сарказмом заметила я. — Глеб, может, ты откроешь?

— Стойте, а без грубой силы никак не обойтись? — спросила гуманная Эрика. Ее брат покачал головой.

— Не будем терять времени, Рик. Я аккуратно.

Глеб приложил ладони к стене, и вокруг двери, по периметру, пошли трещины. Вскоре дверь стояла, привалившись к стене, а на ее месте гордо зияла большая прямоугольная арка.

— А обратно присобачить ее сможешь? — поинтересовался Данила, разглядывая несчастную дверь. Глеб пожал плечами.

— Это вряд ли. К тому же, если вы собираетесь заходить внутрь, у вас должен быть способ выбраться обратно.

— Думаю, город от этого больших убытков не понесет. Идемте, — Максим зашел внутрь, и все последовали за ним. Так и хотелось сказать “Ты же будущий археолог, ты должен беречь древности!”, но я благоразумно решила промолчать. Внутри, естественно, оказалось темно, сыро и прохладно. Как только мы вошли, какие-то птицы посрывались со своих насиженных мест и вылетели наружу, задев нас пыльными крыльями. Думаю, стандартный зачин фильма ужасов мы себе уже обеспечили.

— Это летучие мыши? — с наигранным ужасом спросил Ян. Хм, или не с наигранным?

— Теперь они покусают жителей города, и начнется кровавая охота, — зловещим голосом прошипел Данила. Кто-то (по-моему, Эрика) возмущенно фыркнул и ударил парня в плечо. Максим достал фонарик, резанув всем по глазам мощным лучом света.

В том, что предстало нашему взору, не было ничего ужасающего: просто куча развалившихся ящиков. Не знаю, что в них хранили, но никакого зловонного запаха я не почувствовала, да и на ночлежку для обездоленных маяк не походил, что уже весьма радовало. Мы обнаружили еще одну дверь и, ясное дело, винтовую лестницу.

— Будем подниматься? — спросил Сеня, обведя взглядом нашу мрачную компанию. Маяк высокий, лестница длинная, атмосфера не очень приятная — подниматься никому не хотелось.

— Не надо, я проверю и вернусь, — вызвалась Эрика и, пока Глеб не успел ее остановить, унеслась вверх по лестнице, громыхая на весь маяк шагами по металлическим ступеням. Мы терпеливо ждали, прислушиваясь к малейшему шуму, а Глеб и вовсе не выдержал и стал подниматься вслед за сестрой. Неожиданно для всех открылась с жутким скрипом вторая дверь, вызвав испуганные и нецензурные восклицания. Я чуть не умерла на месте от страха, черт подери! Спустя несколько секунд Эрика спустилась вниз.

— Там был всего лишь один рычаг, и все. Ну я, естественно, дернула, — с невинным видом объяснила девушка, разведя руками.

— Предупреждать надо было, — сквозь зубы проговорила я. Видимо, вид у меня был комичный, раз все захихикали. Богдан ободряюще сжал мою ладонь, и я благодарно ему улыбнулась, хотя вряд ли он заметил это в полумраке.