Водитель для дочери (СИ) - Сокол Елена - Страница 27

— Погоди, — начала она и вдруг заметила, что новый знакомый как-то странно от нее отстраняется.

Бочком-бочком, выгибая плечо вперед. Его отчего-то всего скривило, а лицо исказилось, как от боли.

Ответ не заставил себя долго ждать: она повернула голову и увидела рядом с собой Влада. Тот вывернул незнакомцу руку и завел ее ему за спину. Теперь ее водитель грозно нависал над ее ухажером, скрючившимся в три погибели, и одним взглядом грозился испепелить его в прах и пепел. Несчастный парень завыл от боли так, что его крик прорезался сквозь звуки музыки и ударил ей по ушам.

— Эй, отпусти его! — Взвизгнула ошеломленная Ксюша.

Влад оглядел ее с ног до головы взбешенным, недовольным взглядом, резко выхватил у нее из руки коктейль и с презрением выплеснул его остатки прямо на башку орущего типа.

— Твою мать… — осел к ее ногам ухажер, корчась от боли и отплевываясь.

Туда же, на пол, полетел и пустой бокал.

— Ты что себе позволяешь?! — Вытаращилась на Влада Ксюша.

Парень оттолкнул от себя ее ухажера и подошел к ней вплотную. Его грудь высоко вздымалась от тяжелого дыхания.

— Ты идешь домой. — Глядя на нее сверху вниз, процедил он.

— Размечтался… — Возмущенно ответила девушка.

И дерзко подалась вперед, выпячивая грудь.

Теперь они стояли посреди танцпола, едва ли не уткнувшись друг в друга лбами. Влад в позе разъяренного быка и Ксюша — сущая букашка по сравнению с этим человеком-глыбой.

— Домой. — Он грубо прихватил ее за запястье.

— Убери свои грабли! — Фыркнула она и попыталась выдернуть руку. — Сейчас же!

Её взбесило то, как по-хозяйски Влад себя вёл: обидел ее ухажера, испортил ей вечер, еще и начал приказывать ей, точно какому-то ребенку! А еще больше взбесило то, как отчаянно красиво он выглядел в этом обычном человеческом одеянии: в потертых джинсах и в тонкой футболке, которая идеально облегала его широкий торс и крепкие мышцы.

— Я никуда не иду! Я остаюсь! — Она воинственно топнула ножкой.

И покраснела. От злости и… и… Ксюша сама не знала от чего еще, но краска вдруг залила ее щеки, а по спине прокатились волны мурашек.

— Идешь. — Самодовольно ухмыльнулся Влад.

И в следующее мгновение подхватил девчонку, ловко взвалил себе на плечо и прямо так, визжащую и вырывающуюся, потащил сквозь толпу к выходу из клуба.

26

— Прекрати!

Девчонка пиналась, царапалась, колотила его ногами, отчаянно брыкалась. Владу всё труднее было удерживать ее на себе, поэтому он ускорил шаг.

Толпа расступалась перед ними в изумлении: женщины охали и прижимались к стенам, мужчины не хотели ненароком получить каблуком по лицу и спешно отворачивались от странной парочки. Даже охранники, видя взбешенное лицо Смирнова, не решились вступить в перепалку, поэтому пропустили вместе с его ношей к выходу.

Парень сам себя не узнавал: сначала он был ошеломлен тем, что увидел девушку в компании с незнакомым мужчиной, а затем буквально в секунду пришел в неистовое бешенство, едва тот протянул к Ксюше свои лапы. Дальше Влад действовал инстинктивно, почти не отдавая себе отчета в собственных действиях.

— Да как ты смеешь! — Кричала Ксюша. — Чурбан! Хам! Бесчувственный…

Он донёс ее до стоянки и поставил на асфальт. Даже не поставил — почти отшвырнул от себя.

— Идиот! — Ксюша набросилась на Влада с кулаками и принялась, что было сил, молотить ему груди и плечам.

Парень лишь немного отклонил голову назад, опасаясь подставлять свое лицо под град сыпавшихся ударов, и стойко терпел.

— Выставил меня на посмешище! — Ее маленькие кулачки впивались в его мышцы, как крохотные, тяжелые молоточки.

Влад зажмурился, выносить хлесткие удары становилось труднее — пару раз девушка попала ему по щеке и в подбородок.

— Я уже не маленькая, ясно?! Что хочу, то и делаю! Хочу, иду в клуб, хочу, напиваюсь до беспамятства! И время я провожу тоже только с тем, с кем хочу!

«Вот так, значит?»

— Пока ты виляла своей задницей перед этим ублюдком, он кинул пару таблеток тебе в коктейль! — Парень перехватил ее запястья и больно сжал.

— Врешь! — Выкрикнула Ксюша после недолгой паузы. Попыталась высвободиться. — Ты всё врешь!

— Пойдем и спросим у него? — Влад на автомате дернул ее за руки, притягивая к себе. — Если я еще раз сейчас увижу этого урода, то не смогу сдержаться, пересчитаю все его зубы.

Девушка смотрела на него, тяжело дыша.

— Он… подсыпал мне наркотик? Правда?

— Думаю, это был не аспирин. — Ухмыльнулся парень.

Она хлопала ресницами, не в силах поверить в услышанное.

— Если бы ты сделала хоть пару глотков, то проснулась бы голой в каком-нибудь притоне или сортире! И с неудовольствием бы обнаружила, что он и его дружки хорошенько отымели тебя все по очереди.

Ксюша, охнув, влепила ему пощечину. Влад даже не поморщился, лишь моргнул.

— Я второй раз огребаю за то, что спас тебя. — Бесстрастно произнес он.

Девушка сама испугалась своей реакции. Застыла с открытым ртом, испуганно глядя на него.

— Ты мне не нянька… — Наконец, надломлено проговорила она. — Я — взрослая женщина! И если ты считаешь, что можешь утаскивать меня из клуба, как какую-то…

Парень не дал ей договорить. Слишком невыносимо было смотреть, как движутся ее губы цвета спелой малины, когда она вот так кричит на него, как вот так с гордостью заявляет, что она женщина. А, может, эти самые слова и сыграли свою роль. Сорвали его внутренний стоп-кран, который все это время, скрипя, продолжал держаться в хлипком положении «она еще ребенок», «она — дочь врага».

Влад стиснул Ксюшу в объятиях и жадно поцеловал. Он больше не мог мыслить трезво. Эйфория от того, что он успел спасти девушку от этого пьяного типа, бросившего наркотик в ее бокал, клокотала в груди радостным трепетом. Еще и прохладный морской воздух после душного задымленного сигаретами клуба беспощадно ударил в голову.

Ксюша пару раз безвольно толкнулась в его грудь ладонями и сдалась. Приоткрыла рот для поцелуя, позволила его горячему, сладкому языку проникнуть в свой рот и стала неуклюже отвечать. Сначала их соприкосновение было почти невинным: они изучали друг друга, бережно касались языками, нежно затягивали друг друга в омут страсти и осторожно покусывали.

А потом, будто окончательно сорвавшись с цепей, охваченные дикой жаждой, их губы, языки и тела слились в страстной схватке. Влад придерживал Ксюшу за талию, а ее руки торопливо блуждали по его спине, комкали ткань футболки и пробовали на ощупь крепкие мышцы, скрытые под ней.

Этот поцелуй был пугающим и порывистым, точно ураган над побережьем. Молодые люди держались друг за друга, боясь, что отпустят — и одного из них унесет этим страшным, мощным порывом страсти. Они стискивали друг друга в объятиях и едва не раскачивались в такт поцелуям, настолько сильно их обоих потрясла сила этой страсти.

Даже оторваться получилось с трудом: это случилось, когда Ксюша беспомощно застонала, и от этого сладкого звука у Влада в паху стало невыносимо больно и тесно. Он прервался и посмотрел на раскрасневшуюся девушку, пытаясь побороть головокружение.

Ее губы горели в свете ночных фонарей, длинными темными волосами играл прохладный ветер. Ксюшины потрясенные глаза распахнулись чуть не на пол-лица при виде него — так, будто девушка видела его впервые, будто тоже вдруг осознала значимость того, что только что произошло.

«Какая красивая… Какая… хорошая, — застучало у Влада в висках, — как долго у меня не получалось признать этого и позволить себе дотронуться до этой красоты». Он нехотя разжал пальцы и выпустил ее из оков своих объятий.

— Я не собиралась. — Ксюша медленно опустила руки и нервно облизала губы. — Не собиралась с ним, с тем парнем…

— Я знаю. — Кивнул он.

Влад понимал, что у него просто башню сорвало там, в клубе, от чувства собственничества, от ревности, да и от слепой ярости, что уж там.