Пропащий (СИ) - Ильин Андрей Юрьевич - Страница 42

— Где-то неподалеку, — в растерянности произносит Данила. — Но где именно, хрен его знает! Тут может быть полсотни разных дыр и пещер. Придется тупо идти вдоль стены и следить за датчиком.

— Я устала! — грустно говорит Наташа. — И кушать хочу.

— Да, неплохо бы отдохнуть, — кивает Тигран и вопросительно смотрит на индонезийца.

— Я не против, — пожимает плечами Наронгсак. — Мы действительно все устали. И спешить нам особо некуда. Заночуем здесь, тут сухо и безопасно.

Данила возражать не стал. Наспех поужинали саморазогревающимися консервами, запили водой из фляг и улеглись прямо на каменный пол ближе к стене. После трудного перехода по кратеру сон обрушился, как водопад …

Данила проснулся от того, что кто-то настойчиво трясет его за плечо и бубнит в ухо:

— Данила, вставай, я боюсь, я боюсь …

— А встану, бояться перестанешь? — спросонья спрашивает он.

— Не перестану, но все равно вставай! — с раздражением отвечает женский голос.

— Наташка, ночь еще, куда вставать-то?

— Это не ночь, мы в пещере! Слышишь гул?

— Да. Вулкан просыпается?

— Нет. Гул идет сверху.

Данила прислушался. Действительно, шум, похожий на приглушенный рев, исходит не из земли, а откуда-то сверху, будто грузовой самолет заходит на посадку. «Или космический корабль! — мелькнула мысль. — Но кто? Гулям, инсекты? Или разумные крысы с другой планеты, Тигран вроде рассказывал о них. Кто, черт возьми!?»

Гул усиливается, начинает дрожать пол, с потолка сыплется песок и пыль. Данила поспешно надевает шлем, включается ночное зрение. В зеленоватом свете видно, как по-солдатски быстро и сноровисто собирается Наронгсак, копошится Тигран. Девушка крепко держит обеими руками трехствольный пистолет и водит им по сторонам, будто цветник поливает из шланга.

Гул стихает, дрожь земли прекращается, наступает тишина.

— Есть предположения, что это было? — спрашивает Данила.

— Это к нам в гости пожаловали, — отзывается Тигран. — Вопрос в том, кто именно.

— А есть разница? — спрашивает Наронгсак. — От Гуляма тоже просто так палкой не отмашешься.

— Да, противник серьезный, — согласился Тигран. — И что будем делать?

— То, зачем пришли! — отвечает Данила. — Судя по звуку, летающая посудина просто мимо пролетала на низкой высоте. Нас ищут, но не нашли. Электроника не работает — спасибо Тиграну! — ее не «видят», электромагнитное излучение от батарей глушит толща камня над нами. Так что работаем дальше, потом видно будет.

— Что ж, согласен, — кивнул Наронгсак. — Поставить мину у входа?

— Нет. Она выдаст нас.

Браслет то загорается ярким огнем, то тускнеет, то вовсе гаснет. Данила по третьему разу обошел всю пещеру, уже тропу протоптал, пощупал все сталактиты по дороге — входа нет! Даже признаков не наблюдается. Ну, скажем двери в полтора человеческих роста из железа толщиной в ладонь. Или врат кованых с рожей дьявольской по середке, внизу решетка, под ней скелеты в одеждах истлевших, на колья нанизанные, а по бокам врат адских факелы горят неугасимые, а поверху наплывы ржавые, аки кровь засохшая — у-у-у! И тишина… Если как следует подумать, то это и есть тайный вход в тайное хранилище тайных знаний, таинственных артефактов и разноцветных камешков.

Вот ни фига нету, хоть тресни! Чувствуя себя полным придурком, Данила отправляется в заход по четвертому разу. Наронгсак благоразумно решает остаться. Опытный солдат чистит помповое ружье, снаряжает магазины, подгоняет бронекостюм — готовится к бою. Глядя на него, Тигран тоже разбирает свой АК, потом задумчиво смотрит на детали и в забывчивости скребет шлем на затылке. Видимо, вспоминает последовательность сборки. Наташа сочувственно машет рукой уходящему Даниле, поудобнее усаживается на плоский камень. В общем, все при деле, один только Данила бродит, как идиот неприкаянный в поисках палаты номер шесть.

Когда браслет в очередной раз вспыхивает ярким огнем, Данила останавливается. Дураку понятно, что источник сигнала близко. Но где? Данила вертит головой по сторонам, электронно-оптический преобразователь дает неплохую картинку, но это не человеческий глаз, не хватает деталей, а именно они имеют решающее значение. Рядом из земли торчит кривоватый огрызок сталагмита, будто откушенный чл… — нет, и еще раз нет! — откушанный палец великана. Вообще-то сталагмиты имеют вытянутую конусовидную форму, Данила где-то про это читал, а тут какой-то пень. Он подходит ближе, кончики пальцев касаются поверхности. Ну, камень и что? Сквозь ткань перчаток Данила ощущает хрупкость камня, он крошится даже от несильного нажатия пальцами, будто кусок свежей халвы. Несколько энергичных движений руками и появляется выступ, похожий на обрубок руки. Данила надевает браслет на выступ. Несколько секунд ничего не происходит, затем звенья браслета вспыхивают огнем один за другим … пол содрогается, раздается гул и скрежет перетираемых камней, сквозь шум и шорох прорывается натужный вой электромоторов.

— Где-то что-то рушится! — радостно сообщает Данила. — Только вот где? Уж не под ногами ли!?

На всякий случай отступает от столба и тотчас натыкается на визжащую от радости Наташу.

— Ты нашел, Данилка! Наконец-то ты нашел!

Девушка обхватывает его руками и ногами, словно обезьяна. Как будто это он столб с браслетом, а не тот, что неподалеку. От неожиданности Данила оступается, сразу две пары рук удерживают его от падения.

— Так, где и чего я нашел? — говорит Данила, пытаясь как можно мягче отодрать от себя Наталью. — Кто нибудь знает?

— Ты нашел вход, — говори Тигран. — Смотри туда.

Данила глядит в указанном направлении, прибор ночного видения показывает светлый прямоугольник на темном фоне. Наталья наконец отцепляется, Данила получает возможность смотреть лучше. На противоположной стене пещеры виден тускло освещенный коридор. Довольно широкий, в котором свободно разойдутся два человека. Коридор невелик и заканчивается тупиком.

— Может, это кабина лифта? — неуверенно спрашивает Данила.

— Лифт в кратере вулкана!? — изумился Тигран. — Ты голливудское кино смотрел в детстве?

— Так, немного, — чуть смущенно ответил Данила. — Ладно, пошли что ли? Там наверняка еще одна дверь и ее тоже надо открыть нестандартным образом.

— Тигранчик, что такое «голливудское кино»? — затеребила Наталья Тиграна за рукав, когда Данила пошел вперед.

— Это такой конгломерат по производству и продаже фильмов. Крупнейший на Земле. Они иногда попадают к нам. Разные — умные, глупые, хорошие и не очень — одним словом, разные. Большинство для легковерных дураков и откровенных болванов. Впрочем, все искусство таково.

— Кино для дураков? А делают его тоже … ну, болваны?

— О, нет! «Делают» кино люди очень умные, образованные и талантливые. И, кстати, своим детям они строго запрещают смотреть то кино, которое снимают для других.

— Не понимаю, — взмахнула руками Наталья. — Если ты умный, зачем снимаешь глупое кино?

— Чтобы дураки не поумнели. Стадом дураков легко управлять. Оно, стадо дураков, идет туда, куда надо умному. И делает то, что надо умному. Да еще и деньги платит за это. Все тому же умному. По твоему, откуда берутся миллиардеры?

— Много работают? — не очень уверенно предположила девушка.

— Если бы! — вздохнул Тигран. — Бессердечные, подлые и жадные негодяи, для которых отправить миллионы своих соплеменников в газовые печи сущий пустяк, о котором забывают через пару минут. Убивать голодом народы, испытывать на людях другой веры лекарства, проверять действие новых отравляющих веществ, складировать ядовитые отходы в других странах и убивать свою совесть рассуждениями о собственном превосходстве, считая других людей говорящими животными — вот кто такие …

Тигран замолкает на полуслове, сжав кулаки.

— Но не все бедные умные. И не все богатые дураки, — назидательно изрекает Наталья.

— Подлость и холодный расчет ведут к богатству, а не ум. Так что нам с тобой миллионы не грозят.