Наложница по собственному желанию. Таро Стрекозы (СИ) - Дав Альвария - Страница 20

   – Да, верно.

   В этот раз она отвечала даже с радостью. Не захотела, гадина, одна отвечать за содеянное. Стала топить остальных. В итоге методом переклички, выяснили имена помощников. Оказалось, помимо нескольких Пари, поддались очарованию лживых слов еще два охранника. Они же помогали творить беспредел.

   А еще, совершенно случайно, стало известно, что Бабочка работала не только ради своего удовольствия и выгоды. В свое время она пробралась в гарем Повелителя с помощью Старухи ведьмы и поклялась за услугу выполнять то, что потребует та, а соответственно, и распорядитель. Ведь взамен порченных Пари, покупались новые, то есть бизнес жиртреса процветал.

   Когда вопросы у меня закончились, подключилась Пантера. Она сумела прийти в себя и теперь жаждала одного: чтобы обо всем узнали Повелитель и карайан.

   Мне можно было с чистой совестью удаляться восвояси, но, видно, приснопамятный клех дернул за ногу. Вместо того чтобы идти отдыхать, я подошла к Бабочке.

   – Я обещала, что отомщу, – прошептала ей в лицо. – Я всегда сдерживаю обещание.

   Насекомое облило меня презрением.

   – Это еще не конец, – прошипела она.

   А потом вдруг завопила со всей мочи, отчего растерялась и я, и охранники. Дернулась и вырвалась из их рук.

   Не успела я среагировать, как оказалась на полу. Сверху, вцепившись в шею, нависала Елана.

   – Будь проклята, Катя! – вопила она, сдавливая шею.

   А потом вдруг сорвала с себя кулон, мигом открутила верхушку и сыпанула чем-то мне в лицо. Я вскрикнула, нечто, похоже на песок, попало в глаза и теперь нещадно их жгло.

   Пока я пыталась проморгаться, Бабочку стащили и увели. Подняться помогла Чайлана, она же отвела меня в комнату и помогла умыться. От теплой воды все неприятные ощущение сразу же прошли. Я выдохнула и без сил опустилась на кровать.

   Что-что, а разоблачение всяких там злодеек, дело весьма хлопотное и утомительное.

   Вечером всех Пари пригласили посмотреть на казнь интригантки. И даже выдали теплую одежду и попутчиков – переносчиков.

   Когда появился Повелитель собственной прекрасной персоной и отдал приказ, привели обнаженную Бабочку. Ее привязали к столбу на самой высокой точке и оставили одну. Спустя полчаса, она замерзла.

   С ее приспешницами поступили иначе: наложниц ждала участь тех девочек, которых они извели, а, точнее, солдатские казармы. Туда отправилась и старая ведьма, в каком уж качестве, мне было неинтересно, но я была уверена, найдутся охотники и на ее прелести.

   Охранников лишили крыльев и превратили в рабов, вроде как отправили на самую границу владений Повелителя, то ли в рудники, то ли шахты. Жирный распорядитель сумел бежать. Но Чайлана не сомневалась, его быстро найдут, и еще на одну замерзшую фигуру станет больше.

   После казни я чувствовала себя скверно. Вроде и понимала, что Бабочка и все остальные заслужили, но все равно меня глодала совесть. Чтобы больше не думать и не расстраиваться, сразу по возвращении легла спать. И, слава всем богам, уснула почти сразу.

   Проснулась от жжения. Глаза опять невыносимо пекло. Застонав, поднялась. Пошатываясь, поплелась в купальню. Умылась, вот только лучше себя не почувствовала.

   – Чайлана… Чайлана! – закричала от усиливавшейся боли. – Помоги!!!

   – Катя! Что случилось?! – услышала ее голос.

   – Глаза… Глаза. Ужасно больно!

   Я повернулась к ней, но вместо кудряшки увидела Елану. Живую.

   – Ты! – отпрянула в ужасе. – Ты?!!!

   – Катя! – протянула она руки. – Что с тобой?

   – Сгинь, нечисть поганая! – завопила я и побежала прочь из купальни, прочь из комнаты.

   Кто? Кто мне сможет помочь?! Ангел, но он далеко, его нет рядом, а я не знаю к нему дороги. Карайан? Пантера. Она. Точно, она сумеет!

   Не разбирая дороги, понеслась в спальню Лаойны. Без стука распахнула дверь и замерла. На кровати сплелись два тела: гибкое черное, принадлежавшее пантере, и белое, будто мраморное. Крылатое тело Повелителя.

   Я попятилась, не в силах находиться рядом. Боль из глаз мгновенно ушла, но не пропала, она поселилась в сердце. Грудь разрывало, хотелось плакать, но я не могла. То, чего боялась больше всего на свете, произошло: мой ангел нашел мне замену.

   Он не любит меня, я ему не нужна.

   – Как ты мог, любимый?! – прошептала едва слышно. – За что ты так со мной?!

   Впрочем, меня услышали. Повелитель замер и повернул голову.

   – Пари Катя, что ты тут забыла? – возмущенно проговорил он.

   – Да, Катя, что ты тут делаешь? – вторила Пантера.

   Неужели он не понимает?! Не видит, как мне больно!

   Я всхлипнула и выбежала за дверь. Ноги сами несли меня в комнату.

   – Катя, что с тобой?! – преградила путь Елана.

   Я не ответила, схватила ее за лохмы и вытащила в коридор. А потом опустила задвижку. После того, что видела, мне неважно, мертва она или нет. Все равно. Страшнее, чем предательство ангела ничего нет.

   Упав рядом с дверью, я завыла. Ни как человек, как зверь, как раненная в самое сердце собака. Рыдания душили, волны отчаяния топили меня, боль, словно зубастое чудовище, глодало сердце и душу.

   А потом слезы резко прекратились, но пришла уверенность: мне нет места в этом мире. В мире, где любовь ничего не значит. В мире, где чувствами лишь играют. Пора домой на Землю. Вернувшись, я навсегда забуду его, вырву любовь из сердца.

   Как оказалась на балконе, не знаю. Раз, и будто переместилась с помощью магии. Подошла к самому обрыву и взглянула вверх: небо подмигивало звездами, наблюдало за мной круглым глазом луны. Такой большой, такой манящей.

   Перевела взгляд вниз: там была только чернота, густая и живая. Километры, отделяющие меня от земли. Интересно, сколько секунд я буду лететь, словно птица? Впрочем, сейчас узнаю.

   Глубоко вздохнув, закрыла глаза и прыгнула. Но не успела испугаться, как была поймана чьими-то крепкими руками.

   – Катя. Глупышка моя ненаглядная!

   Ветер моментально исчез, перестал бить лицо и тело. Зато голос, от которого страдания лишь усилились, я слышала очень хорошо.

   – Пустите! – забилась в объятьях ангела. – Дайте мне уйти. Я ненавижу вас. Летите к своей Пантере, оставьте меня!

   – Ни за что! – Повелитель прижимал меня к себе со всей силы, грозя раздавить в тисках объятий. – Никогда! Ты моя, Катя! Навечно моя!

   – Зачем я вам?! Вы можете иметь сотни таких. Отпустите! – плакала я. – Дайте уйти. Я больше не могу быть одной из многих!

   – И не нужно. Мне не нужны многие, только ты! – кричал ангел. – Ты одна!

   – Неправда. Я видела. Я все видела. Ее и вас!

   – Нет, Катя! – он подставлял грудь под удары моих кулачков. – Я был у себя. Один, спал. А потом влетел карайан и рассказал, что с тобой беда.

   – Не могу! – рыдала я. – Не могу вам верить. Я все видела!

   – Ты видела не меня. Это карайан был у Лайоны, он овладевал ей ночью. Это все действие пыльцы кра. Она мутит разум, вызывает видения, вытаскивает из души страхи! Твои глаза красны, это доказывает, что было воздействие.

   – Но я все видела! – твердила, будто заведенная. – Видела.

   – У тебя есть сережка. Воспользуйся ей. Да, сегодня она не помогла, но пыльца – это не магия, потому ты обманулась. Но я не смогу солгать, если ты захочешь. Спроси. Прошу, спроси!

   – Не знаю!

   – Попробуй! – увещевал ангел. – Что тебе стоит. Рискни! Узнай!

   И я рискнула.

   – Вы Повелитель?

   – Да.

   Я прикоснулась к серьге, активируя.

   – Вы были у себя сегодня ночью?

   – Да.

   – Вы брали Лайону на ложе?

   – Нет.

   – Любили ее?

   – Нет!

   – Вы любили кого-нибудь до того, как познакомились со мной?

   – Нет!

   – Вы… вы…

   – Ну же, спроси, Катя, – прошептал он мне в губы.

   – Я нужна вам?

   – Да!