4 Мужа Для Землянки (СИ) - Золотарева Елена - Страница 1

4 Мужа Для Землянки

Елена Золотарева

1. Может, передумаешь?

Москва. Наши дни.

— Наливай полный! Возможно, это последний бокал вина, который я позволю себе в ближайшие пару лет!

— Может, передумаешь? — Юлька добавляла вино, пока то не растеклось красной лужицей вокруг бокала.

— Если ты на счет вина, то НИ ЗА ЧТО! — вот последний разочек сниму стресс по старинке, а потом только йога! Честно-пречестно!

— Я на счет ЭКО! Мне кажется, что ты делаешь это только назло своему Вадиму.

При упоминании имени этого ублю…эм…мерзавца, даже вино прокисло, не то что мое настроение.

— Я это делаю только для себя! Поняла? — внезапно проснувшаяся львица внутри меня зарычала от желания оторвать тому гаду причинное место.

— Ага. Как же! Почему-то ты захотела ребенка как раз после того, как узнала о его свадьбе.

— О его свадьбе в моем ресторане! На минуточку!

Мы встречались почти полгода. Вадик был из менеджеров среднего звена, а я – дочь посла. Та еще парочка. Но свое благосостояние я научилась скрывать, причем весьма успешно. Врала, что работаю официанткой в ресторане после универа, откладываю на подержанный опель и путевку в Турцию.

Он же сочинял стихи про любовь, рисовал смешные рожицы на салфетках в дешевых кафешках и отлично трахался.

И вот однажды, когда я по легенде проведывала бабушку, а он помогал родителям с ремонтом крыши на даче, мы встретились. В моем ресторане.

В течение недели администратор все уши прожужжала, что ресторан бронируют важные шишки из Подмосковья, денег обещают оставить прилично, и такой заказ мы не можем потерять, поэтому просила присутствовать лично, чтобы уважить дорогих гостей.

И вот выхожу я в зал и что вижу? Сидит мой Вадим, поглаживая ручку какой-то профурсетки…ну ладно, выглядела она вполне ничего себе, и оказывается, что это их свадьбу мы должны обслужить.

Первое, что пришло в голову, треснуть бутылкой Вдовы Клико о его башку, а самой вдове вручить остатки. И башки, и бутылки. Н потом решила, что поимею с этого так называемого нищеброда, который заставлял меня жрать бигмаки с колой в течение шести месяцев, хоть шерсти клок, а точнее, кучу бабок.

Я вовремя скрылась за барной стойкой, оставшись незамеченной.

Свадьбу мы накормили «на ура», и даже организовали первую семейную сцену, когда я, переодевшись в официантку, возревела на коленях уже чужого мужа, причитая что-то вроде «на кого ты меня покинул?!»

Сука, скажете вы. Да. Форменная. А может, фирменная. Но боль свою я уняла. Хотя пустоту внутри заполнить ничем так и не смогла. Вру. Смогла. Разочарование в мужчинах и сказочной любви заполнило меня по горло.

Я отпила сухого вина и закусила виноградинкой, пытаясь изобразить пофигизм. Зря старалась. Юлька просекла мою игру тут же.

— Вот-вот. И чтобы ему доказать, что ты не осталась убитой горем брошенкой, ты решила завести ребенка.

— Родить.

— Без разницы.

Жар, от алкогольного яда ударил в голову, принося мысль, что в чем-то, Юлька права. Я хочу ребенка, чтобы не убиваться в одиночестве. Чтобы иметь родного человечка: крошечного, но занимающего так много места в моем сердце. Того, кто никогда не предаст и не изменит.

— Разница есть. Заводят собаку. Может быть котенка. Любовника, на худой конец…

— На толстый практичнее, — подмигнула подруга, чокаясь со мной бокалом.

— А ребенок…Это совсем другое. Тем более, я нашла клинику, которая предоставит проверенного донора, который даже не узнает о своем ребенке. А нет мужиков – нет проблем!

— Ты еще такая молодая. Найдешь ты себе нормального мужика, а не какого-то «проверенного донора»!

— Нет их, нормальных! Все – козлы. Буду одна. Феминистка и все такое.

— Еще скажи, лесбиянка! — Юлька подкатила глаза, ехидно ухмыльнувшись.

— Почему бы и нет! — я сказала, а сама подумала, что ни за что на свете не смогла бы сделать ЭТО с женщиной, — все лучше, чем под этих му…жиков подстраиваться. Больше ни одного! Слышишь? НИ ОДНОГО из них не будет в моей жизни! И в том самом месте, откуда появляются дети, тоже, — я обиженно надула губы и парой глотков прикончила вино.

Юлька разочарованно вздохнула, убирая пустые бокалы в посудомойку.

— Если ты хоть немного сомневаешься…Не делай этого. Ведь ты даже не представляешь, как изменится твоя жизнь в тот момент, когда ты окажешься на операционном столе.

2. "Дети будущего".

После вчерашнего вина голова раскалывалась так, словно я пила текилу, закусывая абсентом. Да-да, я знаю, о чем говорю.

Во времена бурной, ладно, очень бурной молодости и вседозволенности, пока отец не прознал, на что я трачу карманные деньги и как провожу время вместо подготовки к сессии, я жила так весело, что до сих пор краснею и прячу глаза. Ну а что! Зато есть, что вспомнить! Теперь-то я буду добропорядочной матерью семейства, правда, семейства без папаши, то есть мужика, но не в мужиках счастье, как показал мой недолгий жизненный опыт. Я бы даже сказала, что в мужиках одни несчастья. Но, не буду портить настроение себе и своим яйцеклеткам. Все у нас будет хо-ро-шо!

Папин водитель остановился у входа в больницу, а я даже не поняла, что мы уже на месте.

Обычная клиника «привет из советского прошлого» на первом этаже обычного дома в обычном спальном районе. Кстати, абсолютно не та, где брали мои яйцеклетки. За что с меня содрали такие деньги не понятно. Я-то рассчитывала минимум на вид из окна. Ладно. Хороший настрой –половина дела!

Вывеска «Дети будущего» выглядела многообещающе. Но место было больше похоже на большой холодильник, я бы даже сказала морг, и никак не на то, где «делают детей». Ох! Как-то странно это все.

Хотя, скорее всего, это просто волнение. Мое дело – предоставить плацдарм, так сказать. А потом упаковка тестов с двумя полосками и море! Кстати, беременным не опасны перелеты?

Обшарпанная дверь в клинику оказалась закрыта. Прекрасно! Может у них и гинекологические кресла обиты драным дерматином?

— Приложите ваш пропуск к камере, — металлический женский голос напугал. Оказывается, ржавая дверь умеет говорить. Что ж. Возможно, внутри не все так плохо.

Я выполнила просьбу и дверь бесшумно отъехала в сторону, впуская меня в темный сырой тамбур два на два.

Нет. Все плохо. Может, не поздно передумать?

— Встаньте напротив камеры и смотрите прямо перед собой.

Капец! Я в кино? Пытаюсь попасть на космическую станцию?

— Ментрале Ариэль Петровна, — все тот же металлический голос оповестил о том, что мой фэйс распознан.

— Пэдровна, вообще-то, — возмутилась я.

Да. Именно Пэдровна. Потому что мой папа испанец и зовут его Пэдро. Дон Пэдро, блин! Это в России он Петр, а в документах именно Пэдро. Соответственно я – Пэдровна! Чтоб моей маме жилось так же весело, как и мне!

Нет, ну а что! Найти мужа Пэдро, а потом еще и дочь Ариэлью назвать! Это высшая степень креатива!

Дверь стала прозрачной, а потом и вовсе исчезла. Вот тут-то я и потеряла дар речи.

Светлое просторное помещение, подсвечиваемое невидимыми источниками света, прохладный свежий воздух, словно я на вершине Альп, и никого…Я одна среди бесконечно белого пространства.

Нормально современные клиники маскируются.

— Доброе утро, Ариэль Петровна!

Хрен с вами. Пусть буду Петровной.

Доктор, бравший мои яйцеклетки и помогавший в поиске донора мчался по белоснежному кафелю на гироскутере.

— Как настроение? Вы готовы?

Он резво соскочил со своего транспортного средства и, взяв меня под локоть, повел к стене.

— Сейчас успокоительный укольчик, затем подпишем документы и можем начинать!

Я не успевала отвечать, как он задавал все новые вопросы ни о чем, а необычная обстановка и вовсе полностью рассеивала мое внимание.