Рагнарёк. Книга 2 (СИ) - Пылаев Валерий - Страница 57

— Зачем? — проворчал сзади Сивый. — Это же запредельные мощности, которые…

— Этого я не знаю. — Гримнир пожал плечами и чуть замедлил шаг — видимо, посчитал, что мой побежденный враг тоже заслужил право на ответы. — Возможно, у него были причины, которые мы не способны понять… Или он сделал это просто потому, что мог.

— Игры в бога? — ухмыльнулся я. — Ладно, допустим. Но и это Романов сделал уже давным-давно. Система просчитана с событий доисторической давности… по местному времени.

— Не совсем.

Гримнир улыбнулся так, как многоопытные учителя улыбаются толковым первоклассникам, которые заглядывали в учебники не по возрасту. В моем случае — класса этак второго-третьего.

— Как я не смог бы стать собой без самого Романова, так и Система не смогла бы обрести свою конечную форму без людей. Для создания жизни нужна жизнь — и никак иначе. Особенно, как ты понимаешь, это касается формирования личностей персонажей.

— Да? — Я огляделся по сторонам, безуспешно пытаясь отыскать глазами Видгис или Ошкуя. — А вот мне показалось, что местные вполне… живые.

— Теперь — да, — отозвался Гримнир. — Но они были такими не всегда. Те, кто еще помнит первые этапы альфа-тестирования, вполне могли бы рассказать, что жители этого мира были… довольно дубовыми. Но они обучились — как обучилась и сама Система. Стала сложнее, глубже, продуманнее, логичнее… живее. И для этого понадобилось два года и несколько тысяч стабильного онлайна.

— И все это проще всего было обеспечить, превратив мир в игру. — Я потер уставшие глаза. — Люди — ключ ко всему. Жизнь порождает жизнь… Но как же «Светоч»? Неужели недостаточно было просто дать игрокам запредельную графику, физику и оптимизацию?! Для чего все эти разговоры о гуманистических ценностях, о прекрасном, все эти интриги с цифровым бессмертием? Просто еще одна жирная приманка для всех?

— Не для всех. Пойдем, Антон. — Гримнир указал посохом на гигантский разлом, который, похоже, возник в скале во время нашей с Сивым схватки. — Тебе лучше увидеть самому.

Я на мгновение подумал, что старикан просто выкинет меня в жерло пробудившегося вулкана, чтобы окончательно послать к чертям логику всего происходящего — но у него, похоже, были куда менее кровожадные планы.

— Погляди. — Гримнир осторожно склонился над пышущей жаром огненной бездной. — Что ты видишь?

Пламя. Очень много раскаленного подземного пламени, которое металось, бурлило, встречалось с воздухом, хватая из него крохотные частички воды — и снова опадало вниз.

И оживало.

Среди густых подтеков лавы мелькнуло огромного вытянутое тело. Пока еще тощее, несформированное — но уже готовящееся налиться первозданной мощью, покрыться чешуей и расправить стремительно растущие крылья.

— Теперь понял? — поинтересовался Гримнир.

— Кажется, да… Дракон уже спешит в этот мир. Ты будешь им — а он будет тобой — так, кажется, говорила Хель?.. — Мне вдруг почему-то захотелось улыбнуться. — Но почему дракон?

— Крылатый владыка, воплощение силы. — Гримнир пожал плечами. — Красивый и понятный образ… можно сказать — архетип. Алекс Романов любил не только языки программирование, но и жанр эпического фэнтези.

Сивый подошел, встал рядом со мной, сердито засопел… но так ничего и не спросил — видимо, просто постеснялся выглядеть глупо.

— Значит, дракон тоже учился, — медленно проговорил я. — Но учился не у всех…

— Только у самых лучших, — подхватил Гримнир. — Да, Антон. У самых ярких… и самых разных.

— Катя. Олег… Ошкуя, думаю, считать не стоит. — Я на мгновение задумался и продолжил перечислять. — Павел Викторович… еще кто-то, кого я не знаю… И я.

— Верно. — Гримнир довольно улыбнулся и закивал. — Ты победил, но на самом деле дракон унаследовал частичку каждого, кто владел хотя бы одним осколком «Светоча». Просто тебя в нем будет чуть побольше, чем остальных.

— Девушка-врач, которая хотела счастья, — Я вспомнил Катю, — для всех и каждого…

— Милосердие, — снова кивнул Гримнир. — Доброта — но доброта не подкрепленная активными действиями… к сожалению.

— Павел Викторович… Власть. — Я оглянулся через плечо и встретился глазами с Сивым. — Абсолютная власть, которая оправдывает любые средства… Олег…

— Долг, — подсказал Гримнир. — Скрытая сила — но сила, которая служит, а не правит. Еще один modus operandi… образ мышления, способ действовать, набор этических и моральных принципов, который также оказался в итоге недостаточно жизнеспособным. Менее выигрышным, чем твой, Антон — если так понятнее.

— Это-то я как раз уже понял. — Я тряхнул головой. — Но почему так? Врач, спец, глава корпорации — и безработный писака. Самый обычный человек без каких-то там особых талантов, опыта или сверх-идей. Как я вообще мог… выиграть?

— Это ты спроси у него. — Гримнир указал посохом на дракона, который уже принялся выбираться из жерла вулкана, цепляясь за скалы огромными блестящими когтями. — Или у самого себя. Или не спрашивай, Антон. Очень может быть, что ты победил именно потому, что был самым обычным. То есть, мог проявить любой тип мышления — в зависимости от ситуации. Тебе приходилось бывать и милосердным, и жестоким, и хитрым — но о неких… обязательствах — пусть даже исключительно внутренних — ты тоже не забывал. Разве не так?

— Наверное. — Я усмехнулся. — Так или иначе, эксперимент завершен. И я понимаю, что тебе вообще плевать — но я все-таки спрошу: а ты не считаешь все это одним большим скотством?

— Считаю, Антон. И нет, мне не плевать. — Гримнир нахмурился и опустил голову — будто и правда не хотел встретиться со мной взглядом. — Как я уже говорил — я не Алекс Романов. Если тебе интересно, он уже давно позаботился о… материальной награде для всех участников. Но это ведь не компенсирует…

— Не компенсирует. Даже мне не компенсирует, а вот ему, — Я кивнул в сторону Сивого, — тем более. Денег-то у него и так навалом.

— Да, и поэтому для того, чтобы привлечь в игру такие серьезные… образцы, понадобилось нечто куда более ценное, — вздохнул Гримнир.

Наживка в виде бессмертия, которую мы все заглотили — хоть каждый и по своей собственной причине.

Образцы. Мне на мгновение захотелось схватить Гримнира за шиворот и бросить в вулкан… Наверняка новорожденный дракон не откажется подкрепиться плотью телесного воплощения кого-то-там.

— Ты ведь понимаешь, что если бы вы все с самого начала знали, что вот это, — Гримнир стукнул кончиком посоха по мечу в руках Сивого, — подделка, фикция — вас обоих бы просто здесь не было? Как не было бы и остальных. А без истинных эмоций — без страхов, без всех ваших сомнений, без злости, без поступков, которые вы совершали, веря в неизбежность и подлинность их последствий… Этот мир стал для вас настоящим, Антон — и стал настоящим благодаря вам. И без жертв, которые тебе пришлось принести, без выбора… Без выбора дракон родился бы жалкой ящерицей.

Да уж… Ящерица-то вышла на славу. С такого расстояния я не мог толком оценить размеры могучего чешуйчатого тела, выползавшего на неровно обломанный край скалы — но оно явно уже стало поистине огромным.

И продолжало расти.

— Тут не поспоришь, — вздохнул я. — Но что же будет дальше? Теперь, когда все закончится?

— Система завершена. И только что получила свою мастер-программу. Ведущий алгоритм… Владыку. В общем, его. — Гримнир снова указал на дракона. — И игроки здесь больше не нужны.

— Она закроется? — догадался я.

— Да, Антон. И вернуться ты уже не сможешь. — В голосе Гримнира вдруг прорезалось какое-то странное веселье. — Но разве это важно?

Дракон расправил огромные крылья, взмахнул ими несколько раз, будто пробуя на ощупь воздух, сделал несколько неуклюжих шагов по камням, разгоняясь…

И взлетел.

И на мгновение показалось, что я лечу вместе с ним — такая меня вдруг окутала легкость.

— Нет, — улыбнулся я. — Это уже совершенно неважно.

— Тогда ты и правда все понял, Антон. А значит, я здесь больше не нужен.