День открытых дверей в академии (СИ) - Бельская Анастасия - Страница 9

Он быстро содрал с себя пиджак, следом полетела рубашка. Я, ничего не стесняясь, впилась руками в его живот, и застонала, почувствовав стальную упругую кожу.

Какой он гладкий. Идеальный. Сильный. Горячий. Сексуальный.

— Хочу! — выдохнула я, во все глаза пытаясь разглядеть в темноте тело парня.

— Детка, ты просто.

Он не договорил, но по хриплому, рычащему тону я догадалась, что оборотень имеет в виду. Да, сама от себя не ожидала такого, но его присутствие побуждало на полное раскрепощение.

Брюки полетели в сторону, и я даже не увидела в темноте, куда он их отбросил. А в следующую секунду и мои мысли свалились куда-то в бездну. Меня перевернули на живот, и стали шарить по спине, выискивая застежки платья. Я хотела было помочь, и чуть-чуть выгнула вверх ягодицы, вставая. Следом раздалось утробное рычание, оборотень что-то быстро пробормотал, а затем рванул одним движением платье, разорвав его напополам.

Мне бы расстроиться потерянной вещи, но он уже поглаживал мой голый позвоночник. А затем его руки сменили губы, оставляя влажные поцелуи по всей спине, начиная у шеи, и спускаясь в самый низ, заставляя снова вилять попкой, только уже не пытаясь встать, а выражая нетерпение.

Его рука легла на мои бедра, которые ходили ходуном, и прижалась к ним, мгновенно успокаивая. А затем скользнула туда, где все горело и просто молило о большем, хотя я еще ни разу не испытывала подобного на себе.

— Детка, — он рвано дышал, когда шептал мне это в шею, а я скулила в ответ, — прости, я не могу больше… Ты такая влажная… Черт, ты впустишь меня, крошка?

Я кивнула, совсем потеряв голову от движения его пальцев внизу. Он вновь перевернул меня, с каким-то стоном сожаления оглядел грудь, и ласково укусил сосок. Я довольно выгнулась, не понимая, как такая простая ласка может вызывать скручивающий спазм в животе…

Оборотень больше не мог терпеть. Он, порыкивая, и немного дрожа, лег на меня, вжался губами в мой рот, и больше не тратя времени на церемонии, резким и грубым толчком вошел полностью.

Вопль ужаса и боли вырвался из моей груди прямо в его губы, заставляя замереть, казалось, все вокруг.

Глава 6

Тим

Я замер, забыв, как дышать.

Что. Это. Было?!

Я почувствовал преграду, когда вошел в блондинку, но не придал бы этому значения, если бы не ужасающий крик, что сейчас звучал в моих ушах.

Ада была. Невинна?!

От осознания этого факта хотелось дать себе чем-нибудь тяжелым по затылку, а заодно и девушке, что решила умолчать о таком. Какого хера вообще?!

Ада не шевелилась подо мной, но кричать перестала, и я со всей осторожностью, на какую только был способен, покинул ее тело. Девушка лежала в остатках своего платья, закрыв глаза, а из глаз тоненькими полосками текли слезы.

Твою мать!

Все так же в полной тишине нашел брюки, быстро натянул их на голое тело. Затем из угла комнаты принес свою рубашку, и подошел к девушке. Осторожно тронул ее за плечи, заставив съежиться и прикрыть обнаженную грудь руками.

Стало противно от того, что теперь мои прикосновения вызывают страх. Вроде и не виноват в ситуации, но почему-то пришла в голову мысль, что я мог бы догадаться. Она с самого начала не походила на девушку, что прыгает в постель с незнакомцами. Хотя от того, как девушка реагировала на ласки. Черт, да и мысли не пришло в голову, что она может оказаться девственницей!

Не обращая внимания на то, что Ада боится, приподнял девушку, и осторожно одел в свою рубашку. Затем обнял, усадив к себе, и замер, размышляя, что теперь делать.

Что я знал о той боли, что причинил ей? Да, собственно, ничего. Никогда раньше мне не приходилось с таким сталкиваться. Понимал, конечно, что первый раз для девушки не приносит удовольствия… Но чтоб так кричать? Хотя это было, скорее, от моей несдержанности.

Просто девушка сорвала все тормоза в голове, вильнув пару раз бедрами.

Я в который раз повторил себе, что не мог знать о ее невинности. И опять же, это ни разу не избавило от чувства вины.

Блондинка в моих руках, молчавшая до сих пор, наконец шевельнулась. Приходит в себя, видимо. Но это не отменяло дрожжи во всем теле, и я сильнее притянул ее к себе.

Надеюсь, ее трясет не от страха.

— Тим, — шепнула она, всхлипнув, — ты простишь меня?

Замер. В голове у этой. Ады, совсем все плохо?

Без паники. Надо поговорить. Нам надо все обсудить.

— Странно, — стараясь храбриться, произнес я, — это я думал извиняться. Тебе то за что?

Хотя вру, было за что. О таком предупреждают! Она аккуратно вытерла мокрые щеки подушечками пальцев.

— Наверно, я должна была предупредить.

Черт. И правда, девственница. Хотя, разве у меня оставались сомнения?

— Должна была, — задумчиво согласился, только сейчас понимая, что у нее, возможно, были причины промолчать об этом.

— Прости, — прошептала, опуская голову себе на грудь.

— Не извиняйся, — попросил я, морщась. Своя вина ощущалась куда сильнее. — Лучше объясни, какого. Почему промолчала.

Она задумалась, решаясь на что-то.

— Не хотела испугать тебя.

Что?! Чокнутая!

— Да, крик банши посреди любовного акта был как нельзя к месту, — стараясь иронизировать, ответил я.

Теперь, когда я видел, что с девушкой более-менее все нормально, липкий страх постепенно отпускал. На его место приходили стандартные вопросы — что теперь делать?

Быстро оглядев девушку, заметил кровь у нее на коже бедер. Нахмурился. Знал, что так и должно быть, но все равно. Напрягся.

— У Стефи есть заживляющая настойка- проследив мой взгляд, поспешно сказала блондинка. — За ночь все пройдет.

Ее голос теперь выражал показушную храбрость, что заставило меня улыбнуться. Она что, пытается меня утешить? А не должно быть все наоборот?

— Покажешь, где ваша комната? — поднимаясь на ноги, спросил, прикидывая, как лучше все устроить.

Комнату запру, а под утро вернусь, чтобы прибраться. Завтра занятий не будет, так что вряд ли сюда кто-то сунется.

Девушка попыталась встать вслед за мной. Пришлось мгновенно согнуться, и схватить ее на руки.

— С ума сошла?! — сказал, строго и насмешливо глядя в испуганные глаза, — ты же истекаешь кровью! Я не могу позволить тебе идти!

Она хихикнула, ухватываясь за мою шею.

— Не бросишь в беде раненого товарища? — ухмыльнулась Ада.

Ну, чувство юмора есть, и на том спасибо. Я поудобнее перехватил девушку, прижав ее к себе одной рукой, затем нагнулся, поднял порывало, и накинул сверху Ады. Все-таки моя рубашка, накинутая на голое тело, никак не располагала к прогулкам по коридорам академии.

Выйдя, и хорошенько заперев дверь, я крепко прижал к себе девушку.

— Ну, боевой товарищ, показывай дорогу! — шепнул на ухо блондинке, осторожно шагая по пустому коридору.

— Стефи, — прошептала девушка, когда мы осторожно отперли их комнату, войдя внутрь.

Тишина. В лунном свете хорошо виднелись две кровати, застеленные разными покрывалами, и обе сейчас были пусты.

Девушка завозилась, показывая, что хочет слезть с моих рук. Я с маленькой долей сожаления отпустил ее на пол.

Она быстро прошла к столу, и схватила кусок бумаги, что лежал там. Прочла, и задумалась. Я подошел ближе, протянув руку. Читать без спроса не стал бы, но блондинка тут же отдала записку.

Ада!

Ушла выполнять наше обещание. Вернусь, скорее всего, раньше тебя, но на всякий случай оставляю записку. Все в порядке!

С.

Хм, и почему мне казалось, что в нашей спальне Ричарда тоже сейчас не обнаружиться? Кажется, друг решил все же разгадать все эмоции, творившиеся в душе у рыжей.

— А что за обещание? — спросил у вдруг покрасневшей девушки.

— Да так, — отмахнулась, и мне вдруг непременно захотелось узнать, что кроется за этими словами.

Но Ада уже быстро забегала по комнате, выбирая из шкафа вещи, и вытаскивая из стола пузырек.

Закончив, замерла посреди комнаты, и вопросительно посмотрела на меня. Похоже, думала, что я уже должен был уйти, но… Мне не хотелось. Поэтому в лучших традициях растянулся на кровати, что была заправлена кремовым пледом.