Равновесие невест (СИ) - Пар Даша Игоревна "Vilone" - Страница 54

Потом он рассказал немного о службе в Заокеании, о жаркой погоде, которая сводила с ума и его отряд постоянно превращался в драконов, чтобы хоть как-то переносить экваторный зной. Ещё рассказал о снаряжённой экспедиции на Север к ледяным троллям и дальше. Её возглавил легендарный дракон Се́дов Лицкой из Бирюзового дома, о котором говорили даже в Сатуральских долинах, настолько интересно было читать его дневники о путешествиях.

Арт пообещал познакомить, как команда вернётся из последней экспедиции.

— Семья всегда так странно на нас влияет, — протянула задумчиво. — Поступки родителей закрепляются в нашем характере и в наших отношениях…

Я рассказала Артану о сделке отца. О том, что мои белые крылья — следствие магии эльфов, что всё это не случайность, а их план. Что отец пожертвовал мной, чтобы защитить долину. Горько признавать такую правду, но факты неумолимы.

Мы обнимаемся, доверчиво склоняя головы, слушая единый ритм биения наших сердец. Нет нужды говорить, достаточно чувствовать друг друга, чтобы стало легче. Чтобы жизнь казалась ярче. А в момент, когда хотела спросить, куда пойдём дальше, откуда-то с правой стороны раздался женский крик.

Он шёл от спуска каменистой набережной на галечный пляж, в сторонке от основных прогулочных маршрутов. Это огороженное место, куда драконы обычно не заходят, считая неприличным купаться на виду, тогда как обычные люди с удовольствием в жару залезали в воду, не покидая пределов города.

В апреле ещё слишком рано для купания, пляж совсем пуст, и поэтому, по чистой случайности, одна человечка заметила нечто странное в воде. Она спустилась по узким ступенькам, и внизу осознала, что видит.

Весь пляж был покрыт телами выбросившихся из воды дельфинов, тюленей, касаток и акул.

Глава 17. Проявления силы и слабости

Когда король не занят государственными делами, то предпочитает уединение или совсем малый круг приближённых, поэтому частенько коротает время в библиотеке, или в игровой комнате за партией в шахматы или нарды, или карты, или ещё какой интеллектуальной игрой. Будучи в хорошем настроении, мог посетить выставку или премьеру спектакля. Словом, вёл жизнь довольно тихую, за исключением совместных тренировок с Артаном. И особых дней месяца, когда нориус не желал сидеть на месте, проявляясь особенно ярко и неподконтрольно под действием низкой луны.

Тогда король предпочитал покидать столицу, отправляясь в королевский заповедник вглубь материка, где мог дать волю внутренней тьме. На этой многокилометровой территории было запрещено селиться и охотиться, так как в момент свободы нориуса, король убивал всё живое на своём пути, пока тьма не удовлетворяла жажду.

К счастью, таких ярких вспышек в году было немного, четыре-пять раз, в зависимости от фазы небесного светила. Каргатские короли тщательно следили за лунными циклами, готовясь к грядущему.

В этом месяце король специально самоустранился от дел в полнолуние, заранее завершив всё самое важное, и теперь коротал время в игровой за партией в нарды с канцлером Враном. Чуть позже планировалась дегустация летнего меню от королевского повара, а на вечер пригласили известного оперного певца.

Пребывая в благостном настроении, король спокойно реагировал на очередную проигранную партию, уделяя больше внимания новому вкусу табака в трубке. Его только вчера привезли из Заокеании, так что Ник ещё не успел полностью насладиться новинкой.

Развалившись в кресле, попыхивая трубкой, он запрокинул голову, разглядывая деревянный потолок в форме прямоугольных геометрических узоров. Мысли текли неспешно, и он всё больше наслаждался чириканьем воробьёв на деревьях за окном, почти не слушая, что там бубнит себе под нос Вран.

— Прекращай во всём винить подводных! — немного раздражённо проворчал он, когда прислушался к словам канцлера.

Мужчина, который наоборот всецело сосредоточился на новой партии, имел хмурый вид, мало сочетающийся с его обычной кошачьей невозмутимостью. Он постоянно облизывал толстые губы, хмурясь и постукивая перстнем на среднем пальце по деревянной поверхности круглого стола.

— Не буду оправдываться, но факты неоспоримы. Нет ни одного достойного подозреваемого. Только косвенные улики их вины. Подводные явно были нацелены на Селесту, но исполнитель перепутал девушек и пострадала Мирта.

— Сэлавелия знала, что одна из девиц станет белокрылой. В их стране такие драконы почитаются. Им строят храмы. Поклоняются. И сейчас от неё бесконечным потоком идут подарки Сэлли, а в письмах полно намёков: «Коли что не по тебе — бросай всё и айда к нам, под водой здорово!» — король передразнил голос принцессы. Щёлкнув пальцами, он призвал слугу с кофейным чайником и получил новую порцию отборного чёрного напитка, который сверху посыпали корицей и украсили листочком мяты. Отсалютовав будто пьёт бурбон, он пригубил горячий кофе, испытывая истинное наслаждение от процесса.

И только ворчание и гундёж канцлера сбивал благодушный настрой, отчего король ощущал нервное подёргивание колец нориуса у сердца. И даже пожалел, что пригласил Врана, когда не смог найти Артана. Иногда Грацбурский бывает просто невыносим!

— Так что пока у тебя не появятся твёрдые доказательства их вины — говорить не о чем. Кстати, а ты не пробовал связать произошедшее со скандалом в Секретариате? Может есть связь? — король многозначительно посмотрел на оппонента, бросая кости и довольно потирая руки: выпало крупное число, а значит можно далеко отправить шашки.

А Вран погрузился в молчание. Он потёр пальцами пепел из самокрутки (канцлер предпочитал их делать самостоятельно), павший на зелёное сукно, вшитое в поверхность стола. Осталось грязное пятно и он бросил это занятие, потянувшись за стаканом для игральных кубиков.

— Фиолетовые конечно те ещё жуки, но они не предатели. Ваше Величество, я буду говорить прямо как есть. Ни один дракон не посмеет пойти против вашей воли. Совершить подобное — это государственная измена. Вы верите, что ваши подданые на такое способны? Не взяточничество, кумовство или воровство, а измена? — дождавшись слегка заметного отрицательного качания головы, Вран удовлетворённо хмыкнул. — Вот то-то и оно. Я, разумеется, ни одну версию не отверг, тщательно изучил улики, допросил свидетелей. Всё указывает на чужую магию: эльфы или подводные. Эльфы столетиями не ступают на нашу территорию, в столице их не видели… сколько? Сто лет? Двести? А подводные, вот совпадение, прибыли аккурат в тот день, когда была отравлена кэрра Мирта Гадельер. К тому же шелки утверждают, что русалы в шторм способны проходить мимо подводных дозоров.

— Я бы с тобой согласился, но причины не имеют значения, — сам не понимая отчего, короля прошиб холодный склизкий пот и он потёр шею, пытаясь сбросить неприятное как тонкая паутина ощущение. — Сейчас принцесса выказывает истинное радушие. Она идёт на диалог по всем нашим вопросам, и всё, что ей нужно — Селеста. И она готова ждать сколько потребуется, прежде чем я отпущу подопечную в Подводный мир с ответным визитом. Северный путь, помнишь? Ещё мой прадед пытался добиться прохода к северным странам, и ничего. Сейчас пишется договор на двести пятьдесят лет об открытии этого пути. И никакие инсинуации не помешают нам его заключить.

— А как же Мирта? — осторожно спрашивает канцлер, стараясь не глядеть в глаза короля, вокруг которого поднимались клубы дыма. Он переставляет фишки, отказываясь от хитрого манёвра, чтобы Ник победил в этой партии. Вран был умён и знал, когда нужно отступить.

— Мне искренне жаль девушку, вместе с Томаром мы делаем всё, что в наших силах, чтобы спасти её. Но она умрёт. И к этому моменту, ты придумаешь тех, кто сделал это с ней. Чтобы это успокоило аристократов. И не породило новую бурю, — довольный удачно складывающейся партии, холодно продолжил говорить король. Если бы он знал, как сильно почернели белки его глаз, то Ник серьёзно задумался бы над своими решениями. Ведь сейчас в нём говорил нориус.