Тьма, сгущайся! (СИ) - Лейбер Фриц Ройтер - Страница 108

Жарль видел перед собой свою гримасничающую солидографическую копию, непрерывно произносящую что-то, и не мог избавиться от этого, прогнать ее из поля зрения.

И вот некогда подавленные мысли и воспоминания снова стали появляться из тьмы. Они были одного типа — антиидеалистического направления. Все, воспроизводимое им в противовес этим мыслям, таяло, исчезало. И наконец он нашел основную нить — уверенность в необходимости свободы, равенства, ненависть к тирании. И эта мысль хотя изменялась, но не исчезала. Она превалировала над всеми остальными.

Снова удар по чувствам.

— Что такое идеализм? Искажение. Присвоение фальшивых ценностей тому, кто такими ценностями не обладает. Изменение личности происходит из-за переоценки ценностей. Если ценности фальшивы — личность нестабильна.

И потом снова провал в черноту, опять противоборство с силами антиидеализма. Свобода и равенство справедливы! Почему человек жаждет их больше, чем любое животное? Ибо он — высшая форма жизни.

Но быть высшим — это значит быть более сложным. Почему же все люди хотят свободы и равенства? Но это же чистейший идеализм.

Жарль как безумный пытался оживить свои убеждения. Когда такого рода сомнения посещали его раньше, он спасался от них в ярости, ненависти и тирании. Но сейчас его эмоции не принадлежали ему. Очищающий поток ярости не поступал. И сухой, мертвый мир фактов и деяний противостоял ему.

Страшными усилиями воли он вызывал в памяти тех прихожан, которых он видел страдающими; он симпатизировал многим, хотел помочь. Но теперь они не казались ему живыми людьми, не вызывали в нем сочувствия.

Как отступающий под напором атаки солдат, он укрывался то за одним укреплением, то за другим, но все оборонительные сооружения таяли.

Его родители, бессердечные животные, предавшие его. Он с удовольствием посмотрит, как они будут умирать.

Дет. Он ненавидел его изо всех сил. Но почему? Дет служит реальности и честно выполняет свои обязанности. Да, Дет тебя не любит. Но кто любит тебя в этом мире, где каждый любит себя?

Новое Ведьмовство. Да, прекрасно остаться с ними, если они победят. Но они не победят, ибо проповедуют идеализм.

Шарлсон Наурия. Он любил ее. Эту любовь не уничтожить. Вот за что можно зацепиться. Сейчас он даже увидел ее. Он обожал ее. Он желал ее. И если он сможет ее убедить или заставить силой вступить в Братство Падших Сестер, он сможет овладеть ею.

Иерархия. Пожалуй, это последнее реальное убежище. Однако он почему-то не считает это настоящим убежищем, только не помнит, почему.

Иерархия. Как огромное золотое солнце, она взошла в его душе, затмевая остальное.

Но вот он превратился в пламя, сжигающее все. Послышался оглушительный грохот. Видимо, он оказался в эпицентре взрыва. Взрыв, который подавил все его эмоции, уничтожил его душу.

Затем все органы чувств погрузились во тьму.

Затем возвращение из тьмы.

Он очутился в той же самой комнате.

В том же кресле. И Брат Домас так же смотрел на него.

Ничего не изменилось!

Что хотел сделать Брат Домас? Изменить его личность? Но он не изменил! Он ведь остался Братом Жарлем! Старый дурак потерпел неудачу!

Конечно, он Брат Жарль, жрец Первого Круга, но он не останется там долго. Четвертый Круг — вот его цель. Круг освобождения. Третий и Пятый Круги просто тупики.

Конечно, он Брат Жарль. Преданный слуга Иерархии, потому что только круглый дурак не желает себе свить теплое гнездышка Дет его друг. Дет любит его. А тот, кого любит Дет, пойдет далеко в своей карьере.

И затем, словно удар, возвратилась память. Преодолевая жуткую боль, он вспомнил.

Значит, Брат Домас не совсем потерпел неудачу. Наверняка личность его, Жарля, изменилась.

Неохотно, стыдясь в душе, в явном замешательстве, он вспомнил прежнего Армона Жарля.

Какой же сусальный идиот, слащавый тип был этот прежний Брат Армон Жарль!

Глава одиннадцатая

Брат Хулиан боялся человека, лежавшего в постели. Он смотрел на него с опаской, страшась хоть на секунду выпустить его из поля зрения.

Да, этот человек, попав к нему в плен, находился без сознания. И с такими травмами, что даже потребовалось подключить искусственное сердце. Хулиан наблюдал, как по прозрачным трубкам циркулирует кровь.

Наука Иерархии всемогущественна. С ее помощью процесс излечивания ускоряется во много раз.

Но даже она не в состоянии поднять этого человека с постели, где ему придется провести еще несколько часов.

И все же Хулиан боялся его. Ведь перед ним был колдун. Даже высшего ранга, из рядов Нового Ведьмовства. А Хулиан уже успел познакомиться с могуществом новых ведьм. Этот диван! Хулиан все еще не мог спать спокойно после тех событий.

Подобные силы за пределами понимания здравого разума.

Разумеется, жрецы высшего ранга сказали, что в этих актах нет ничего сверхъестественного, безусловно, это какие-то хитрые научные опыты, изобретенные врагом Иерархии. Эта мысль в последнее время постоянно вбивалась в головы жрецов низших рангов. Были проведены специальные диспуты, посвященные данной теме. Высшие ранги заявили, что врага скоро уничтожат. Сейчас дело за малым: изучить врага и хорошенько подготовиться к его отпору. Пока жрецы должны смотреть на все происки неприятеля со скептицизмом и докладывать обо всем.

Насколько было бы проще, если бы жрецам сообщили, что Великий Бог в своем могуществе решил сокрушить приспешников Сатаны. Если только Великий Бог существуем Ну никаких забот, если бы он существовал!

Вошел жрец Третьего Круга, осмотрел человека в постели, подрегулировал что-то в системе искусственного кровообращения и вышел, не сказав ни слова.

Что имел в виду Дет, когда посылал его, Хулиана, на эту работу?

Но что мог он, Брат Хулиан, поделать? Он постепенно, помимо его воли, стал членом окружения Дета. А за самим Детом возвышалась фигура архиепископа Гонифация. И Брат Хулиан оказался замешанным в хитросплетениях коварной политики Иерархии, хотя всегда старался избежать этого.

По своим взглядам Хулиан принадлежал к Умеренным. Однажды он слышал речь Брата Фрезериса, и она надолго запала ему в память. Этот красивый человек, спокойный, как статуя, подарил Хулиану ощущение покоя, безопасности.

Правда, сейчас Брат Хулиан не удовлетворен политикой Умеренных, которые старались приуменьшить опасность со стороны ведьм. Если бы они испытали то же, что испытал он, они бы изменили свои взгляды и так бы не поступили. Реалисты!

Послышался слабый звук, как будто кто-то кашлянул. Человек в постели, открыв глаза, посмотрел на Брата Хулиана.

Сознание вернулось к Черному Человеку. И первой его мыслью была, когда он вернулся из мрака бессознательности, тревога за Дикона. Без свежей крови его маленький брат не проживет и трех дней.

Он собрал все силы и медленно спросил:

— Ты здесь, Дикон?

Затем он, отключив мозг, стал ждать ответа. Медленно, с трудом пришел ответ.

— Дикон в трубе. Дикон очень ослабел. Бедный Дикон! Но он видит тебя.

Труба? Вентилятор! Где-то есть вход в комнату.

Он подумал:

— Почему ты не можешь прийти?

Снова томительное ожидание. Теперь он понимал, что мозг его маленького брата не реагирует быстро от усталости. Но ответ поступил:

— Дикон ждет здесь целый день. Бедный Дикон! Ему очень трудно. Дикон надеется: большой брат укажет ему, что делать дальше.

— Жрец все еще здесь?

— Если ты повернешься чуть налево, ты увидишь era Сейчас он не смотрит на моего брата.

Осторожно, бесшумно повернув голову, Черный Человек, увидел Брата Хулиана. Толстый жрец, казалось, полностью погрузился в свои печальные размышления.

— У тебя еще сохранилась энергия, чтобы двигаться, Дикон?

— Да, у Дикона есть еще в запасе несколько капель крови.

— Хорошо. Этого жреца легко испугать. Он сразу же убежит из комнаты, и ты можешь незаметно выскользнуть из трубы.