Ричи (СИ) - Абрамов Владимир - Страница 108

Ричи был уверен, что в этой ситуации замешан Дамблдор, но доказательств этому не было. Поэтому он решил, что несмотря на просьбу отца, все же похитит философский камень, чтобы отомстить директору. Тут уже не шла речь о попытке спасти мир, это стало делом чести.

Каникулы наступили быстро, практически мгновенно. Ричард вместе с большинством школьников погрузился в вагон "Хогвартс-экспресса", но терять несколько часов времени мальчик не собирался. Стоило поезду отъехать от станции "Хогсмид", как Ричи воспользовался порталом, естественно, перед этим предупредив отца звонком по магофону.

Джеральд Гросвенор, немного похудевший и взволнованный, обрадовался появлению сына.

– Ричи, – радостно обнял он мальчика, – как ты вырос! Рассказывай, как у тебя дела?

– Эм… – замялся Ричард.

Джеральд напрягся и слегка отстранился от сына. Он осмотрел Ричарда внимательным взором и спросил:

– Опять что-то случилось? Покушение?!

– Случилось, но не покушение, – ответил Ричи. – Папа, ты наверняка в курсе поставок волшебных вещей спецслужбам…

– Конечно, – с серьёзным видом обозначил кивок подбородком герцог. – Ты же не думал, что сможешь сохранить в секрете от меня подобную махинацию? Но меня заверили, что всё продумано так, что официально никто не сможет докопаться: ни волшебники, ни наше законодательство.

– Так вот, министр Фадж попытался меня арестовать, оскорблял, угрожал и даже посмел обозначить себя так, будто он король. Представь себе, он посчитал, что имеет право судить аристократа из королевской семьи!

– Это серьёзное обвинение, – произнёс Джеральд. – Мне нужны все подробности.

Ричард пересказал отцу всё, что произошло с ним в кабинете директора, вспомнив абсолютно каждую мелочь. Ему пришлось повторить рассказ несколько раз, припоминая и описывая то, что забыл упомянуть в первый раз.

Ричард и Джеральд разместились в креслах в гостиной возле камина. Герцог надолго погрузился в размышления. Он был зол, от ярости и негодования кулаки мужчины невольно сжимались, а желваки ходили ходуном.

– Что этот выскочка себе позволяет?! – холодным от ярости голосом протянул герцог. – Королева будет очень недовольна. Какой-то волшебник, временно избранный министром, смеет претендовать на её право судить аристократов! Но не это главное… Он посмел угрожать моему сыну!!! Угрожать… Я этого Фаджа сотру в порошок!

– Папа, я считаю, что это была провокация, – заметил Ричард.

– Провокация? – склонив голову набок, отец вопросительно посмотрел на сына.

– Да, – кивнул Ричард. – Фадж идиот, непонятным образом занявший высокий пост. Поговаривают, не без помощи Дамблдора. Кто-то через него пытается нас прощупать. Следит за реакцией. Ответим мы или стерпим? Если ответим, то как? Есть ли у нас реальная власть и возможности противостоять волшебникам…

– Хм… – Джеральд с задумчивым видом потёр подбородок. – Да, сынок… Действительно, похоже. Это уже не наше личное дело, а вызов королеве и спецслужбам. Мы не можем стерпеть подобный плевок в лицо и должны продемонстрировать волшебникам свою власть и силу. С Фаджем нужно расправиться. Но наверняка за ним кто-то стоит…

– Пап, я тоже так подумал. Мне кажется, что это Дамблдор. Вот только у меня нет никаких доказательств. Все настолько гладко, насколько только может быть. Но если верить характеристике психиатра-криминалиста, настолько тонкая интрига и манипуляция как раз в характере Альбуса Дамблдора.

– Ричи, ни о чём не беспокойся, – произнёс Джеральд. – Твоё дело учиться волшебству, а грязной политикой займутся взрослые, профессионалы своего дела. Ещё раз повторю: не лезь в неприятности. И ты должен прекратить поставки волшебных вещей спецслужбам.

– Уже. Я предупредил связного и отдал распоряжение Артуру Уизли, чтобы мастерская сконцентрировалась на разработке новых предметов. Если выгорит, то вскоре я смогу возобновить поставки и развернуться более серьёзно на законных основаниях.

– Ричи, что ты задумал? – с беспокойством спросил герцог.

– Папа, ничего опасного. Всего лишь подкупил представителей Международной Конфедерации магов, чтобы принять закон, по которому я смогу торговать волшебными вещами с нормальными людьми. Дорого, но оно того стоит.

– Это точно безопасно? – продолжил беспокоиться Джеральд.

– Комар носа не подточит!

Ричи поведал отцу о МКМ и о способе, которым он собирается протащить закон. Джеральд оживился.

– Сын, глупо надеяться на чудо, – сказал герцог. – Ты должен подкупить большую часть председателей МКМ, иначе деньги будут потрачены зря. У тебя должен быть перевес голосов вне зависимости от действий других делегатов.

– Деньги нужны, – пожал плечами Ричард. – У меня есть несколько тонн ценных металлов.

– Тебе нужно золото? – спросил Джеральд.

– Да.

– Оно у тебя будет! – твердо произнес Гросвенор-старший.

Короткие рождественские каникулы у Гросвенора-младшего вышли очень напряжёнными и продуктивными.

На следующий день после рождественского обеда в королевском дворце Ричи обменял все накопившиеся слитки драгоценных металлов на золото, которое отнес в Гринготтс и пополнил сейф звонкими галлеонами. Сумма получилась очень впечатляющей по меркам волшебников, да и у простых людей таким деньгам можно позавидовать – девять миллионов сорок пять тысяч галлеонов. Это с учетом того, что пришлось десять процентов от цены металлов скинуть посреднику-банкиру. И еще один процент достался гоблинам.

Ричард думал, что удивительно, отчего экономика волшебников до сих пор не обрушилась. Понятно, откуда столько денег для покупки золота – у гоблинов за время существования банка накопилось большое количество монет, более того, эти коротышки сами их и штампуют. Удивляло другое – первокурсник, колдуя раз в день-два перед сном, с помощью общеизвестного заклинания заработал целое состояние. Неужели другие волшебники не могут поступить аналогичным образом? Могут! Очень даже могут. А некоторые даже используют нечто подобное, на это намекала мадам Марчбэнкс. Но…

Объяснение найти можно. Ричи богат и титулован, поэтому ни у кого не вызывает сомнений наличие у него огромного количества золота. Вот если бы к гоблинам явился бы обычный волшебник, то его точно ободрали бы как липку или сдали бы аврорам. Последнее происходит чаще всего, поэтому умные маги стараются обналичивать небольшие суммы денег, чтобы не выделяться и не привлекать внимания правоохранительных органов.

Гоблины любят золото, но при этом они ненавидят волшебников, чего даже не скрывают. Но тот же Ричард Гросвенор, хочешь ненавидь его, хочешь нет – он сын герцога. Гоблины, не будучи глупыми, в отличие от некоторых волшебников, прекрасно понимали на территории чьей страны они живут. Оттого в их планы не входило ссориться с королевской семьей. Наоборот, они всеми силами пытались наладить хорошие взаимоотношения с важным человеком. Ну и жажда наживы в сердцах этих коротышек сильна и неистребима, а больше всего они любят золото. Оно манит их, как когда-то манило авантюристов со всех концов мира в Эльдорадо. По этой причине у Ричарда были наилучшие условия обслуживания в Гринготтсе, а он воспринимал это, как само собой разумеющееся.

В общем, на ближайшее время проблемы с фишками, то есть с волшебными деньгами, Ричи благополучно решил, и никакого философского камня для этого ему не понадобилось.

Следующий день ушёл у Ричарда на визит домой к мистеру Мердиту Корнеру – немолодому седому волшебнику, который занимает пост Председателя МКМ от Великобритании.

За чашечкой чая юный граф обсудил с пожилым волшебником различные темы. Но центральной темой беседы стала договоренность о подкупе других председателей МКМ.

К огромному сожалению Ричарда, мистеру Уизли удалось подкупить только самых продажных и дешёвых председателей. Для подхода к остальным у него не хватало знакомств, напора и решительности. Зато мистер Корнер не отличался чистоплюйством, имел обширные знакомства и был очень жаден до денег.