Ричи (СИ) - Абрамов Владимир - Страница 112

– Фадж идиот. Но хуже другое – он инициативный и непредсказуемый идиот. И этот… хм… альтернативно одарённый решил меня арестовать на радость дементорам. Вы десять лет были Министром Магии… Как думаете, моей бабуле могло бы такое понравиться?

Из динамика раздался задорный заливистый женский смех.

– Фадж не идиот, он кретин! – констатировала Багнолд после того, как отсмеялась. – Теперь мне многое стало понятно. Бабулю злить не стоит никому…

– Я бы и сам на такое не решился, – согласился Ричард.

– Итак, граф, – продолжила Багнолд, – раз мы решили пропустить пустую болтовню, может, вы всё же порадуете мой слух интересными сплетнями?

– Ходят слухи, что кое-кто хочет посадить в кресло Министра Магии своего человека, – с намёком произнёс Ричард.

– Такие слухи в среде волшебников курсируют постоянно, – ответила волшебница. – Например, Барти Крауча поддерживают либералы, Скримджер интересен ультралевым, а Малфой – ультраправым.

– А мне интересны вы, милейшая мадам Багнолд.

– Это признание в любви?! – экс-министр откровенно веселилась и фонтанировала радостным настроением.

– Конечно, – с сарказмом произнёс Ричард. – Если бы мой отец и дядя Чарли сейчас могли бы подойти к телефону, они бы тоже сказали, что вы им понравились.

– Понимаю, – стала более серьезной Багнолд.

Как опытный политик и не менее опытная женщина, она прекрасно уловила все оттенки диалога и расшифровала двойной и тройной смысл. Если же перевести речь на доступный обывателю язык, то вроде бы простые и шуточные переговоры сводятся к вполне определенному предложению: "Я хочу видеть вас в роли Министра Магии. Королевская семья меня поддерживает и вашу кандидатуру одобрит".

– Граф, я хрупкая женщина… – печальный многозначительный вздох сопровождал речь Багнолд. – Мне очень сложно жить в этом жестоком мире, в котором правят мужчины.

– Я вас прекрасно понимаю, Леди. Уверен, вам будет намного проще сносить тяготы жизни в этом жестоком патриархальном мире, если у вас появится тайный воздыхатель, который подкинет на брошки миллион галлеонов.

На некоторое время в трубке повисла полная тишина – можно было различить взволнованное дыхание. На том конце магофона экс-министр выпала в осадок. Она привыкла к совсем другим размерам взяток, намного меньше. До неё не сразу дошло, что это лишь "на брошки", то есть на финансирование предвыборной кампании, пока Ричи не добавил:

– Уверен, ваш тайный воздыхатель обожает сильных женщин, особенно министров. И он наверняка будет дарить своей даме сердца мелочь на бижутерию. Тысяч сто галлеонов в год.

– Так скромно?! – возмутилась мадам Багнолд, очень быстро сориентировавшись. – Я бы даже не стала встречаться с таким воздыхателем. Вот если бы речь шла о миллионе…

– Леди… Леди! Упаси бог вас от таких воздыхателей! Где вы такого найдёте? Мой батюшка, разве что мог бы стать таковым, всё же он миллиардер. Но ему не особо интересны волшебники и волшебницы. К примеру, я всего лишь скромный миллионер. Уверен, ваш сердечный поклонник не настолько солиден, но не стоит его отвергать, если он еще добавит на хлеб с маслом сто тысяч.

– Ах, Граф, – эротично вздохнула экс-министр. – Вот бы поклонник добавил бы ещё на икру триста тысяч.

– Много икры есть вредно – можно растолстеть… И вообще, я правильно услышал, что речь шла о тридцати тысячах в месяц или же это артефакт неисправен?

– Нет-нет, Граф, – решила остановиться на достигнутом довольная экс-министр, – ваш артефакт работает замечательно. Я всегда мечтала о таком поклоннике, который дарил бы мне на бижутерию тридцать тысяч галлеонов в месяц. Ох! Я бы, наверное, даже закрыла глаза на все его недостатки и поддержала бы во всех начинаниях.

– Какая самоотверженность! – притворно восхитился Ричард. – Леди, моё почтение. Было очень приятно с вами побеседовать.

– Граф, – грудной эротичный голос, казалось, пробирал Ричарда до самого нутра, – а уж как мне было приятно вас услышать… не передать словами… Обязательно передавайте привет своему батюшке и крестному отцу.

– Всенепременно, леди. Успехов вам в ваших начинаниях.

– И вам, граф.

Разорвав беспроводное соединение, Ричи подумал:

"Нужно было соглашаться на спонсирование со стороны отца. Как-то быстро тают галлеоны в сейфе Гринготтса, словно я Кай из сказки "Снежная Королева", а монеты изготовлены из льда, и наступило жаркое лето. Вот минус еще один миллион фишек, а ведь новый 1992 год наступил совсем недавно".

Прошло две недели. Середина января оказалась очень снежной. Дамблдор не предпринимал никаких действий в отношении Ричарда. Гарри Поттер всё так же злился на директора и вынашивал план мести.

Ричард же активно готовился к спасению мира и своей задницы, а если не получится, то хотя бы к спасению части человечества и близких людей. И первым пунктом в этом плане стояла постройка космического корабля, а вторым – лишение потенциального злодея или злодеев-волшебников возможного источника долгой жизни и лечения, то есть кража философского камня.

Первые подвижки уже имелись. В "Мастерской Гросвенора" полным ходом шла разработка искусственного интеллекта на основе методик создания живых картин и Распределяющей шляпы. Не обошлось без консультаций специалистов-ученых и инженеров в разработке искина и состыковки технологий хранения и передачи информации с магическими чипами.

С политикой тоже наметились положительные подвижки. Во-первых, Артуру Уизли и Председателю МКМ от Великобритании удалось купить большую часть голосов в Международной Конфедерации Магов. Была назначена точная дата внепланового заседания МКМ. Во-вторых, мадам Багнолд, ставшая обладательницей документа, который позволял ей получить миллион галлеонов из сейфа Гросвенора, начала активную политическую деятельность: подкуп чиновников министерства и представителей прессы, шантаж и прочие увлекательные занятия, которые предшествуют любым выборам. Экс-министр в очередном разговоре по магофону заверила Ричарда, что с таким серьёзным финансированием она обязательно снова станет Министром, несмотря на козни конкурентов.

Ричи решил посвятить этот день подготовке операции по изъятию философского камня. Для этого первым делом и выловил Гермиону Грейнджер и уединился с ней в одном из заброшенных классов, в котором не было никаких живых портретов.

– Ричи, – Грейнджер обвела взглядом пыльную комнату, – ты хотел со мной поговорить?

– Гермиона, для тебя есть важное задание. Ты же мне поможешь?

– Конечно! – с живым интересом произнесла Грейнджер. – Что нужно сделать?

– Я хочу знать, как выглядит философский камень, – ответил Ричард. – Гермиона, пожалуйста, найди эту информацию. И ещё очень сильно тебя прошу сохранить мой интерес в секрете. Сможешь это сделать за ближайшие два-три месяца?

– Я… – задумалась Грейнджер. – Да, я смогу. Перерою всю библиотеку, но обязательно найду.

– Огромное тебе спасибо! Гермиона, я буду тебе очень благодарен. Чтобы проще было искать, я тебе назову отправную точку – создателем последнего известного философского камня является алхимик Николас Фламель. Ему что-то в районе шестисот лет.

– Неужели он жив до сих пор? – с удивлением спросила Гермиона.

– Да, – кивком сопроводил свою речь Ричард. – В этом вся суть этого камешка – продлить жизнь человека.

– Ричи, а тебе это зачем? – с любопытством спросила Грейнджер. – Может, лучше найти рецепт создания философского камня?

Ричард рассмеялся. Успокоившись, он произнес:

– Гермиона, если бы всё было так просто… Неужели ты думаешь, что при доступности рецепта Великого делания маги жили бы лишь несколько дольше обычных людей? Раз ты не видишь в волшебных аптеках Эликсира Жизни, значит, и рецепт создания философского камня не находится в общем доступе.

– Я все же поищу, – с упрямством произнесла Гермиона.

– Поищи. Если всё же найдёшь – это будет замечательно.