Ричи (СИ) - Абрамов Владимир - Страница 124

– Флиппендо!

Палочка Поттера выпустила толстый оранжевый луч. Он использовал отталкивающее заклинание, которого по идее не должен знать, ведь его изучают лишь на втором курсе. Оно способно отбросить человека или довольно крупное животное сильным толчком. Какую-нибудь мелочь такие чары могут запросто оглушить. Это заклинание используется волшебниками в основном для того, чтобы разбить какой-нибудь хрупкий предмет, но предполагается, что заклятье служит для самообороны от мелкой нечисти: чертей, садовых гномов, пикси и тому подобных волшебных животных. Преподают эти чары на уроках защиты от темных искусств. Что иронично, Квиррелл этому заклинанию учил второкурсников, и теперь оно было направлено на него.

Гарри не пожалел волшебных сил. Обычно оранжевый луч в исполнении студента еле видно. Тут же он был толщиной с лапу кота.

Ричарду казалось, что он разом забыл, как колдовать. Точнее, не так. Он прекрасно владел двумя десятками различных заклинаний, мог использовать их невербально. Но в ситуации сильного стресса растерялся и запутался. Он не мог сразу выбрать единственное заклинание из всего многообразия известных ему чар. Несмотря на это, Ричи довольно быстро соображал, возможно, виной тому стала смертельная опасность. Пока он доставал волшебную палочку, успел перебирать в уме все известные заклинания и остановил выбор на одном.

– Иммобулюс!

С кончика палочки Гросвенора в сторону профессора вылетел голубоватый луч.

Иммобулюс – это обездвиживающие чары. Данное заклинание изучают на втором курсе, но у Ричарда в этом плане было преимущество. Мадам Марчбэнкс посчитала, что её подопечный в обязательном порядке должен овладеть этими чарами. Она объясняла это тем, что это заклятье имеет огромный спектр применения. Им можно отправить в бессознательное состояние (парализовать) человека, опасное животное или волшебное растение. Можно отключить магловскую сигнализацию или выключить иную технику, например, при попадании в автомобиль это заклятье приведет к заглушению двигателя.

Ричард, как и Гарри, не пожалел волшебных сил. Его луч был лишь вполовину тоньше, чем у Поттера. Но стоит понимать, что обычно у второкурсников он толщиной со спичку, а не с мизинец младенца.

И вот три заклинания, выпущенные в один момент, неслись в сторону Квиррелла. Хоть Квиринус и выдохся, но он оставался опытным и сильным волшебником. Мужчина отреагировал на выкрики названий заклинаний выставленной перед собой волшебной палочкой.

Чары Рона разрезали тюрбан, отчего тот двумя половинками сорвался вниз, открыв на обозрение лысую голову профессора. На ней был виден какой-то странный уродливый бугор, будто на затылке Квиррелла имелось второе лицо мутанта с щелевидными ноздрями.

Ричи и Гарри так не повезло. Несмотря на кажущуюся одновременность, заклинания мальчиков всё же были выпущены с небольшой задержкой. Буквально за мгновение до того, как оранжевый и голубой луч долетели до профессора, перед Квирреллом появился полупрозрачный выпуклый щит, отдающий желтизной – защитное заклинание Протего было выполнено идеально и невербально. Два разноцветных луча разбились о щит, вызвав кучу искр. Оранжевые и голубые искры породили зеленые.

Ричи расстроился, что не попал, и испугался, увидев разъярённое выражение лица Квиррелла.

Рон, с отвращением глядя на затылок Квиррелла, с омерзением воскликнул:

– Мерлин! Что за гадость на голове?!

– Вот это жизнь тебя потрепала! – Ричи с не меньшим омерзением посмотрел на затылок Квиррелла.

– Я не гадость, а Лорд Воландеморт! – в бешенстве свистящим злым голосом произнесло образование на затылке профессора. – Убей этих мерзких мальчишек! – приказал он.

Ричи невербально выпустил ещё одно оглушающее заклинание. На этот раз голубой луч был в два раза тоньше прежнего. К огромному сожалению Гросвенора, попытка оказалась неудачной. Его заклинание вновь была остановлено защитными чарами Квиринуса.

– Флиппендо!

Гарри тоже не растерялся и повторил попытку. На этот раз он вложил в своё заклинание всю злость, страх и обиду. Заклинание имело невероятную силу – оранжевый луч был толщиной с предплечье взрослого мужчины. Протего профессора не выдержало и рассыпалось снопом оранжевых и желтых брызг.

Лицо Квиррелла перекосило от ярости. В его глазах появился безумный блеск. Ричард со страхом, словно в замедленной съёмке, наблюдал за тем, как волшебник направляет на него палочку.

– Авада Кедавра!

Эти слова Ричарду были знакомы. Они вселили в его сердце непомерный ужас. Душа ухнула в пятки. И в этот экстремальный момент он стал действовать на рефлексах, вбитых во время долгих и упорных тренировок в фехтовании.

Правая ладонь Ричарда разжалась. Волшебная палочка под действием неумолимой гравитации медленно полетела к полу. Левая рука двинулась навстречу правой и обхватила рукоять меча-артефакта. Из стального цилиндра вырвался метровой длины ярко-голубой толстый луч светового клинка, которому лучшие маги-инженеры "Мастерской Гросвенора", вдохновленные фильмом "Звёздные войны", придали удивительные свойства джедайского меча.

Зелёный луч непростительного смертельного заклинания неумолимо приближался к Ричарду. Сердце бешено билось в груди Гросвенора. Рука юного фехтовальщика совершила привычное отражающее движение и… О чудо! Зеленый луч Авады встретился с голубым лучом сайбера. В месте их соприкосновения в стороны разлетелись зелёные и синие искры.

Квиррелл с непомерным изумлением и с застывшей на лице маской ужаса, большими от страха глазами уставился на зеленый луч своего же смертельного заклинания, который прилетел обратно к нему. Он не успел сделать ничего, отражённая Авада попала ему прямо в лоб.

В наступившей гробовой тишине было слышно, как с шумом, будто кто-то скинул мешок с картошкой, на пол рухнул мёртвый Квиринус Квиррелл. Он лежал бледный и неподвижный, уткнувшись лицом в холодные камни. Жуткое лицо на затылке застыло страшной и уродливой маской.

Внезапно из затылка Квиррелла с диким и злобным воем вылетела черная полупрозрачная субстанция, похожая на страшного призрака, с очертаниями, которые напоминали человеческую фигуру.

Гарри Поттер заорал от боли, упал на колени и схватился за голову обеими руками.

Призрак просочился через потолок, его и след простыл. Лишь после этого Поттеру полегчало. Он поднял голову. В уголках глаз мальчика за очками можно было рассмотреть слёзы. Осмотревшись по сторонам, Гарри с облегчением сказал:

– Фух! Когда эта хрень исчезла, у меня голова перестала болеть. Ради этого стоило профессора завалить!

– Ты говоришь, прямо как о бывшей жене, которая у тебя отсудила половину состояния, – шутливым тоном прокомментировал Ричард.

– Уж лучше жена, чем Сами-Знаете-Кто на затылке профессора, – тоном фаталиста заметил Рон. – Ричи, поздравляю с первым убитым преподавателем, – нервно добавил он, стараясь не глядеть на тело профессора.

– Ну-у-у, технически, Квиррелл убил сам себя, – Ричард тоже старался не смотреть на труп. Он чувствовал себя паршиво.

Краем глаза Ричи заметил какую-то неправильность. Он повернулся направо и обомлел. Мысли о мёртвом профессоре вылетели из головы.

– Не-е-е-т!!! – завопил он с ужасом.

– Что?! – закрутил головой по сторонам Рон, крепко сжимая волшебную палочку.

– Где он?! – резко встал на ноги Поттер, водя по сторонам палочкой.

– Моя прелесть, – Ричи со слезами на глазах пальцем показал в сторону зеркала. – Он разбил мою прелесть!

– Тьфу, Мерлиновы кальсоны! – сплюнул на пол Уизли. – Напугал.

– Ричи, это всего лишь зеркало, – произнёс Поттер.

– Да что вы понимаете? Это зеркало могло мне принести миллиарды. А его больше нет… Нет моей прелести…

– То есть профессора тебе не жалко, а зеркало жалко? – с иронией спросил Рон.

– Да за такое я бы ему…

Ричи со злобой посмотрел в сторону тела Квиррелла. Его ноздри раздувались от ярости, желваки ходили ходуном. Он больше не жалел о смерти профессора. Более того, сейчас он с радостью убил бы Квиррелла второй раз.