Новый старый 1978-й. Книга третья (СИ) - Храмцов Андрей - Страница 21

Сама ситуация с покушением вызывала множество вопросов, но чтобы на них правильно ответить, нужно было прежде всего понять, как говорили древние римляне «Is tacit cui prodest», что в переводе означало «сделал тот, кому выгодно». То есть, надо искать того, кому выгодно убийство Андропова. А выгодно было только одной государственной структуре под названием МВД, которую Андропов сейчас основательно вычищал. Сам Щёлоков на это никогда бы не пошёл, а вот фигуры рангом пониже, над которыми нависла угроза разоблачения и ареста со стороны КГБ, спокойно могли всё это организовать. Мне и Андропову, я надеюсь, было понятно, что снайпер не действовал в одиночку. Да, он стрелял один, но кто ему сообщил маршрут, время и место, где будет находиться Андропов. Так что получается, в ведомстве Юрия Владимировича работали люди Щелокова или близкого его окружения. Единственно, что из всего этого следовало, было то, что мне ничего не угрожало. Пока, по крайней мере. Я в современном политическом раскладе практически абсолютный ноль, даже не пешка на шахматной доске, но вот этой самой пешкой могу стать в ближайшее время.

Пока меня никто из политических тяжеловесов, ну кроме Андропова и Суслова, не знает, но как только я попаду в сферу интересов Брежнева, вот тут меня каждый уже заметит и станет пытаться перетащить меня на свою сторону. Поняв, что я уже сделал свой выбор в лице Андропова, постараются меня нейтрализовать, или, если я стану слишком заметен и слишком близок к Брежневу, а такое тоже может случится, начнут вокруг меня вести подковерную борьбу.

Изначально, попав в это время, я прекрасно понимал, что как только я засвечусь перед сильными мира сего, они меня постараются использовать в своих интересах. Чтобы меня использовал Андропов, я был согласен, так как сам этого хотел и был к этому готов. В результате мой выбор оказался абсолютно правильным и своевременным. Он меня уже прикрыл от Суслова и сделал так, что второй человек в государстве стал на мою сторону, тем самым встав на сторону Андропова. Если ещё и Брежнев будет с ними, тогда можно считать, что с политической стороны я прикрыт полностью. Главное, теперь на субботнем банкете не оплошать и получить приглашение в Завидово, а там уже я справлюсь. Сегодня же Суслов и Брежнев узнают о неудавшемся покушении на Андропова и о том, кто это покушение сорвал. Поэтому шансы обьединить вокруг себя всех троих очень высоки. Все трое очень хотят жить и поэтому особенно ценят людей, которые эту их жизнь могут спасти.

Андропов очень грамотно ведёт свою игру. Теперь на его стороне, с моей помощью, Суслов, а затем будет и Брежнев. Щелоков уже сейчас ничего не может сделать, а когда и Лёня от него отвернётся, он окажется политическим трупом. Ведь Брежнев сразу догадается, кто может стоять за покушением на Андропова. А если не догадается, то Юрий Владимирович ему подскажет. Судя по словам Андропова, Леонид Ильич очень боится покушений, а особенно после парижских событий прошлого года, теперь и снайперов. Щёлокову придётся очень тяжело, не поможет даже старая дружба с Лёней. И тогда Светлана Владимировна Щелокова может попытаться устранить Андропова. Но я его о таком возможном развитии событий предупредил, поэтому такое покушение можно уже полностью исключить. Самое главное, чтобы Андропов не понял, что это не он меня использует в своих интересах, а я его. И пока у меня это, надо сказать, неплохо получается. Я не стремлюсь к власти, она мне абсолютно не нужна. Я стремлюсь к тому, чтобы не допустить повторения того пути, который привёл к краху СССР. Первый шаг на пути к этому я уже сделал, теперь осталось сделать следующий шаг.

Глава 8

Мы с Аллой друзья

Домой я приехал уже абсолютно спокойным. По дороге заехал в продуктовую «Березку» и набрал три пакета вкусностей для нас с Солнышком и для гостей, которые придут в воскресенье. Надо же школьных друзей угостить так, чтобы надолго запомнили этот обед. Пока ехал, всё время слушал «Маяк» и наши английские песни. Быстро Краснов их выпустил в эфир, видимо радиослушатели его действительно достали своими просьбами выпустить в эфир наши последние песни. Солнышко мне сама открыла дверь и после поцелуя я ей вручил в коробочке знак «Почётный сотрудник госбезопасности» и удостоверение к нему. Она сначала рассмотрела знак, потом прочитала золотые буквы на корочке, затем его открыла и внимательно изучила мою фотографию и всё, что там было написано, а после этого сказала:

— Теперь ты у меня весь в наградах.

— А ты жена заслуженного награждённого, — ответил я, ставя пакеты с продуктами в угол и снимая обувь.

— Что означает фраза «за успешное выполнение заданий КГБ»?

— Это военная тайна и даже жёнам её знать не положено.

Солнышко ещё раз меня поцеловала за то, что я два раза назвал её женой и позвала меня обедать. Продукты на кухню я отнёс сам и убрал их в холодильник. За столом я сообщил Солнышку хорошие новости, ни слова не говоря о том, что произошло с Андроповым.

— Я сегодня ещё успел на радиостанцию «Маяк» к Краснову заехать и он меня очень порадовал. На «Мелодии» напечатали, ты не поверишь, сорок миллионов наших пластинок «Трава у дома» и теперь мы с тобой в десятке советских звёзд эстрады по количеству выпущенных, и, думаю, проданных пластинок.

— Вот это у нас классно получилось. Начинали мы всего со ста тысяч, в Англии два миллиона наших пластинок выпустили, а теперь уже счёт пошёл на десятки миллионов. За сорок миллионов наших пластинок нам бы столько в Великобритании денег отвалили, что можно было бы старинный замок купить. А здесь нам какой-нибудь «Золотой диск» за это дадут?

— Пока наши ещё ничего подобного не придумали. Глядя на нас, может руководство «Мелодии» и зашевелится. Я же ещё успел отдать все наши английские песни и две наши последние, которые мы только вчера записали. Так Краснов английские уже выпустил в эфир и я их слушал в машине по «Маяку», когда домой ехал. Он, кстати, предложил нам ещё раз выступить с таким же концертом, какой мы дали в ДК им. Горбунова. Та же богатая публика опять нас хочет услышать и увидеть. Деньги хорошие предложили и я согласился.

— Ну и правильно, чего дома сидеть. Я рада, что у нас постоянно будут концерты. Мне тоже хочется почаще выступать на сцене.

Я помнил, что только в декабре 1981 года Министерством культуры СССР был утвержден «Золотой диск» — почетный приз Всесоюзной фирмы грампластинок «Мелодия». Только награждать им начнут с 1982 года. Надо будет намекнуть, чтобы Пахомов, директор «Мелодии», вышел с предложением в Министерство культуры уже сейчас, а я у Демичева попробую ускорить решение этого вопроса. Глядишь и дадут нам наш, советский, «Золотой диск» не через четыре года, а уже в этом году.

Днём я получил хорошую встряску во время покушения на Андропова, поэтому накопившееся нервное напряжение и возбуждение решил сбросить своим любимым способом. Солнышко была полностью согласна с сиюминутным исполнением своих супружеских обязанностей и мы, даже не доев обед, помчались в спальню. Да, видимо здорово меня сегодня зацепило это покушение, поэтому я был ненасытен. Помимо этого, трехразовое домашнее питание способствовало такому же количеству раз исполненного в постели мужского долга.

Для женщины что важно? Чтобы был рядом любимый и любящий мужчина, чтобы на пальце блестело кольцо с бриллиантом и регулярный секс. Всё это у Солнышка было, поэтому она полностью была удовлетворена своей жизнью. Ан нет, я чуть-чуть поторопился. Извечное женское любопытство, которое было удовлетворено не до конца, проснулось в ней и потребовало рассказать ей о новой песне, которую я собирался написать для неё.

Я решил воспользоваться прекрасной песней Алисы Мон «Стань моим», прозвучавшей в 2001 году на «Песне года». Пришлось идти за гитарой и петь ей эту песню. Особенно Солнышко растрогал в ней припев, где пелось о том, чтобы я стал её «до весны рассветом» и «радужным букетом». Вот любит она хорошие песни и очень тонко чувствует их. Она была просто в восторге от моего нового творения.