Новый старый 1978-й. Книга четвертая (СИ) - Храмцов Андрей - Страница 30

— Я тебя люблю.

Ну вот, не удалось мне предотвратить неизбежное. Тогда я стал нежно целовать её тело и мы опять куда-то улетели. А потом, после восхитительного полёта, мы лежали и смотрели друг на друга, и Елена пальчиком нежно водила по моему лицу, как будто хотела нарисовать его или на всю жизнь запомнить.

— Что нам теперь делать? — спросила Проклова и точно такой же вопрос я уже слышал совсем недавно.

— Любить друг друга, только делать это тайно ото всех, — ответил я и Елена тихо заплакала.

— Мальчишка, что ты со мной сделал? Я приказываю себе не любить тебя, но ничего у меня не получается. Когда я тебя сегодня увидела и поцеловала, меня как будто током пронзило. Я не знаю, что со мной происходит. Моё тело и моё сердце не хотят слушаться меня. И мне постоянно хочется быть рядом с тобой и плакать.

— Это любовь. Я не виноват, что ты в меня влюбилась. Я сам старался этого не допустить, и в то же время очень хотел этого.

— Правда? Ты меня действительно любишь?

— Да, люблю.

— Но у меня есть муж, хотя мы уже, практически, охладели друг к другу и поняли, что наш брак был ошибкой. И он живет здесь, в этой квартире, и моя дочка от первого брака постоянно находится дома с няней. Это на эти праздники я её отпустила и решила побыть вдвоём с Ариной. А муж — врач, он сегодня на сутках. Где мы будем с тобой встречаться? У тебя ведь есть твоя Светлана и поэтому дома у тебя тоже нельзя.

— У меня есть ещё одна квартира на Юго-Западной, трёхкомнатная. Так что если захочешь, то нам есть где встречаться. Ну а если не захочешь, то неволить не буду.

— От такого удовольствия ни одна нормальная женщина не откажется. Ты такое со мной сейчас вытворял, что я как вспомню, то опять хочу это немедленно повторить.

–. Я бы и третий раз сейчас смог повторить, но мы тогда спалимся с тобой по полной. Солнышко может начать ревновать, а это ничем хорошим не кончится. Так что, если она вдруг спросит тебя, то скажи, что Арина в машине уснула, а потом проснулась и стала капризничать, и я ей читал двадцать минут сказки, пока она опять не заснула.

— Слушай, а откуда ты всё знаешь о детях? Моя Аринка никого особо к себе не подпускает, а тебя сразу полюбила?

— Прям как её мама. Да шучу я. Зачем же сразу подушкой по голове бить. Вот, правильно. Лучше погладь меня и поцелуй. А детей я люблю и они это чувствуют.

— Вот когда ты её спать укладывал, я за тобой внимательно наблюдала. Такое впечатление, что у тебя самого были дети или младшая сестренка, за которой ты ухаживал.

— Сестра младшая есть, двоюродная. Вот за ней и пришлось ухаживать, — соврал я наполовину, потому, что сестра, действительно, есть, но не младшая, а старшая. — А вообще, я человек разносторонне талантливый и очень способный. Так, и что это сейчас было? Ты что, меня опять хочешь соблазнить? Я и так от твоего обнаженного тела рассудок теряю, а тут ты ходишь голая по комнате и специально отсвечивашь мне своими прелестями.

— Значит третий раз точно смог бы, — сказала эта экпериментаторша, глядя на мои вздыбившиеся в одном интимном месте, брюки. — Да, повезло твоей Светлане. Я впервые в жизни такого любвеобильного мужчину встречаю.

— Спасибо, что ты наконец-то оценила и поняла, что я самый лучший, и в постели тоже.

— Болтун, но симпатичный. И в постели, должна признать, что, действительно, ты самый лучший. Так, всё, хватит про постель, а то я за себя не ручаюсь.

— Понял, я молчу и практически уже оделся. А квартира у тебя неплохая.

— Ну, поменьше, чем у тебя, но трёхкомнатная.

— Ну так и звёзд у меня побольше, и я, всё-таки, мужчина.

— Так, мужчина, ты куда-то опаздывал?

— Всё, исчезаю. Поцелуешь на дорожку?

— Не знаю, не знаю. Но за такой восхитительный секс, пожалуй, поцелую. Но поцелуй надо будет ещё отработать.

И мы поцеловались, да так, что я, чуть было, не остался. Но смог себя пересилить и вышел в, открытую мне любезно этой соблазнительной вымогательницей, дверь. В машине я сразу набрал Солнышко, которая, как я понял по голосу, уже начала волноваться. Но я ей рассказал, наполовину придуманную мной историю, и она, узнав, что я сам укладывал Арину спать и читал ей перед сном сказку, даже похвалила меня. А когда я ей сказал, что, повозившись сегодня целый день с Ариной, я тоже очень захотел «четыре сыночка и лапочку дочку», на что был назван самым лучшим мужем на свете и был расцелован прямо в трубку. Да, правильно говорят, что женщины любят ушами, а мы, похотливые мужики, этим без зазрения совести пользуемся.

По дороге я стал думать о своей гиперсексуальности, или как называли это древние греки, эротомания. Не, мне первое название больше нравится. Чувствуешь себя каким-то половым гигантом или «маленьким гигантом большого секса», как Хазанов в одноимённом фильме. Точно, правда там все женщины кричали в постели «О, Марат!», а со мной они кричат «О, Андрей». Правда Проклова старалась громко не кричать, чтобы не разбудить дочку, но стоны удовольствия и моё имя я явственно слышал. Может теперь Хазанова в фильме будут звать не Марат, а Андрей, в честь меня?

Стоп, куда-то меня на Хазанова потянуло, а это не соответсвует моей сексуальной ориентации. Так, вернёмся к нашим баранам. Тьфу ты, не баранам, а женщинам и моей гиперсексуальности. В двадцать первом веке это будет считаться заболеванием и его будут лечить. Оказывается, гиперсексуальность — состояние, характеризующееся повышенным половым влечением (либидо), приводящее к высокой потребности в сексуальном удовлетворении. Но есть одно большое НО. И это НО означает, что чрезмерно высокий уровень либидо может быть вариантом нормы в период полового созревания. А я в каком периоде сейчас нахожусь? Правильно, именно в этом, в котором созревают. Так что это абсолютно нормально и хватит заниматься самокопанием. Мне всего пятнадцать лет, как тому капитану по имени Дик Сэнд из романа Жюля Верна. Только ему было проще, его на каждом шагу подстерегали смертельные ловушки, а меня подстерегают женщины, и, причём, красивые. Хотя, что из этих двух вариантов опаснее, я бы ещё поспорил, но вот приятнее, конечно, второй.

Я сегодня на свой День рождения получил не один подарок от любящих меня женщин, а два. Так что я был утром прав. Самое лучшее в жизни было получить не один, а два одинаковых подарка от любящих тебя женщин. Конечно, они были абсолютно разные, эти женщины, но подарки были очень похожи. Правда, один подарок был очень неожиданным, а другой — ожидаемым, но не менее приятным. И я был абсолютно уверен, что ещё две женщины мечтали сегодня подарить мне по такому же подарку. Ну, Маше я шепну, что она это сможет сделать и завтра, а вот иркин подарок мне был абсолютно не нужен. Пусть она его дарит Серёге, он ему больше понравится. А если посчитать всех женщин, которые мне дарили подобные подарки, то есть дарили себя, то их будет уже шесть. Две в Англии и четыре здесь. Получается, что пальцев на одной руке уже не хватает и загибать приходится на второй.

Но тут мои приятные мысли о моем мини-гареме прервал телефонный вызов. Звонил Андропов:

— Привет, Андрей. С Днём рождения тебя и как мой подарок, понравился?

— Здравствуйте, Юрий Владимирович, — ответил я, — подарок просто шикарный. Огромное спасибо за него и за поздравления.

— Ты им особо нигде не размахивай, хотя знаю, что ты парень серьезный. Звоню предупредить, что завтра ты должен быть у скульптора.

— Так, это вы, наверное, по поводу моего бюста говорите?

— Молодец, догадался. Принято решение поставить твой бюст на день Пионерской организации, который будет 19 мая. Поэтому завтра с утра срочно едешь в студию к скульптору Демченко, это недалёко от Лубянки и делаете с ним бюст. Чтоб через неделю он был готов. Дмитрий Константинович уже в курсе, так что ждёт тебя завтра в 10:00 в костюме и с наградами. Учти, 19 мая возле твоего бюста будут принимать первых октябрят твой школы в пионеры и мемориальную доску с твоей фамилией будут тоже открывать. В общем, настоящий праздник для всех должен быть.