Вор и проклятые души - Корвин Флейм - Страница 12

— Как ты окажешься там? — спросил я. — За спиной слуг Низверженного, когда они войдут в Волчий дом?

Мой магический дар перенесет во тьму, что сгустилась у пролома в стене, но лишь меня одного. Еще одного человека захватить с собой я не смогу.

— Спрячемся где-нибудь внизу.

Я покачал головой:

— Так не годится! Никто из них не должен уйти! Я владею магией, которая перенесет за спину вошедших в замок, но не двоих.

— Тогда меня перенесет Ирма. — Бран просто пожал плечами. — Перенесешь ведь? А? Ирменгрет?

— Если лапать не будешь.

— А иначе?

Вампирша хохотнула, и получилось у нее довольно двусмысленно. Она распущенная, эта Ирменгрет, и чертовски привлекательная.

Война и Ирма смеялись. Негромко после замечания Брана. Враг, мол, уже близко, а они ржут, как кони. Я криво усмехнулся и поймал мрачный, негодующий взгляд отца Томаса, который с немым укором смотрел на меня. Только-только говорили о спасении души, а Николас Гард уже шутить изволил с нечистыми.

— К черту все! — Я отмахнулся. — Сейчас будем драться, а остальное потом!

— Я помолюсь, — ответил монах, — за твою и мою душу, когда покинем Волчий дом.

— Помолитесь, святой отец. Позже помолитесь, а сейчас забудьте о Небесах. Нам нужна черная магия Неакра.

— Ты ее получишь!

Велдон сорвал повязку с правого глаза, явив миру выпученное око безумца-колдуна, и отбросил капюшон рясы, что укрывал испещренную глубокими морщинами половину лица, которая принадлежала давно умершему чернокнижнику!

— Проклят тот день, когда я впервые узрел тебя, — произнес Велдон и, повернувшись к нам спиной, отошел на несколько шагов.

— Сильно его перекосило, — хмыкнул Бран.

— Это случилось не сейчас. — Я смотрел на рукоять клинка предвестника и размышлял, возможно ли шпагой сражаться с мечниками.

— А! Выбрось это из головы, — ответил предвестник, когда я озвучил сомнения.

— Тебя можно убить?

— Конечно! — Бран улыбнулся. — Мы уже говорили об этом. Но это ничего не изменит, потому что не остановить конец времен. Я всего лишь буду перерожден, ну а ты столь легко не отделаешься.

Предвестник покосился на мою левую руку. Проклятый пепел! Это цена за новую жизнь после смерти. За второе возрождение расплата будет больше. Я выругался, словно последний матрос.

— Не хочу вам мешать, — сказала Ирма, — но гости уже почти здесь.

— Сколько их?

— Скоро увидишь.

В прошлый раз вампирша говорила про две дюжины орденских солдат во главе с чернокнижником ордена и трех иных вместе с десятком стражей-великанов.

— Отойдите к спуску вниз, — попросил я. — Вас не должны увидеть.

— А ты?

— Меня укроет магия.

Закололо на кончиках пальцев. Я обратился к колдовству. К Дару Харуза, который скрывался под личиной Старика. Эх, не о том мои мысли… Дар древнего бога, что многократно усилился первородной тьмой Орнора, которую мы знаем под именем Люцифер.

Я подошел к зубцу башни, что смотрел на опушку, где вот-вот появится отряд преследователей. Коснулся правой рукой — я беззвучно выругался, — мою настоящую руку вложил в ночную тень. Представил, как тьма обволакивает меня, делая одним целым с Тьмой. На плечи лег незримый плащ, укрывший от чужих взглядов, а мир окутался хмарью и окрасился в черно-серое. Видно далеко — лес внизу поднимается из белесой дымки, стелющейся над корнями деревьев. Но меня не обнаружить, я слился с ночью.

Ирма сказала, что приспешники Низверженного недалеко, и они скоро пожаловали. Там, откуда из-за деревьев к замку эльфов вышли мы, появились трое. Три темные фигуры замерли перед открытым пространством на несколько минут. Верно, оглядывались и изучали с безопасного расстояния окрестности Волчьего дома.

Следы беглецов — наши следы — ведут к пролому в крепостной стене. Долго разведчики не раздумывали, а может, им просто приказали идти дальше. Они направились к Наур Адабу — три арбалетчика в черных орденских плащах со вскинутым и готовым к стрельбе оружием. Когда миновали половину пути до развалин, я уловил движение на той стороне покрытого неглубоким снегом поля.

Еще двое. Очертания плохо различимы на фоне темных деревьев. Скорее всего, иные — два офицера, а может, один из них — орденский колдун. Ирменгрет говорила, что во главе двух дюжин солдат шел чернокнижник.

Я отступил от зубца, у которого таился в темноте, и бросил магию. Мир вокруг меня стал прежним.

Нужно срочно обсудить один момент.

— Идут. Трое сейчас разведают проход за стену. Затем в Волчий дом направятся остальные, а мы кое-что забыли, когда планировали засаду.

— В лесу может остаться наблюдатель, — без раздумий произнес Бран. Похоже, он с самого начала различал слабое место в плане, но отчего-то держал эти соображения при себе.

— Отчего сразу не сказал? — Я решил сразу выяснить, почему предвестник молчал.

— Это очевидно, — тот лишь пожал плечами. — Кто-то должен был озаботиться наблюдателем. Полагал, что ты уже все обдумал, раз начал командовать.

Вот как? Я начал командовать? Пусть!

— Ладно, — я рубанул воздух ребром ладони, — раз так, то лес и наблюдатель на тебе, Ирма.

— Слушаюсь. — Вампирша улыбнулась с явной насмешкой и склонила голову.

— Велдон, — сказал я, — Ирмы рядом не будет.

Монах кивнул. Если не смотреть на изуродованную половину его лица с наполненным бешенством и безумием глазом Неакра, инквизитор был сосредоточен на предстоящем бое. Зато вампир и предвестник слишком уж многозначительно переглядываются. Что у них на уме? А! Я ругнулся про себя, мысленно махнув рукой и на Войну, и на Ирменгрет. Плевать на них.

— Бран, ты все-таки остаешься здесь. Держи за собой выход на башню. — Я указал на проем, через который мы поднялись наверх. — Сюда точно ломанутся, а в проломе у внешней стены я как-нибудь справлюсь сам. Главное, не подпустить никого к Велдону. Он наше главное оружие на сегодня!

— Тогда встречать лучше на первом уровне. Прямо на входе в башню, он не слишком широк, — заметил Бран и направился к ступеням.

Говорил, что я начал командовать в нашем маленьком отряде, а сам не спросил даже, что я думаю о том, что он спускается.

К черту! Я вовсе не стремился быть главным и указывать предвестнику или вампиру, что им делать. Просто рассказал, как лучше встретить преследователей. Только и всего. Кивнув молчаливому инквизитору и косо посматривавшей на него Ирме, я направился на прежнее место. Через несколько шагов вновь обратился к магии, сливаясь с тьмой у зубца башни.

Три разведчика дошли до крепостной стены. Стоят, смотрят в пролом, прислушиваются. Точно как мы, когда добрались до Волчьего дома. Но замок и его истинные хозяева спят, а следы, которые привели к проклятым развалинам, ведут дальше. К главной башне, что возвышается над крепостью. Безмолвной, но именно там, скорее всего, укрылись беглецы.

Двое пересекли линию внешних укреплений. Один укрылся за большим валуном, сразу как миновал пролом. Другой метнулся вправо к развалинами домов. И снова тишина: ни нас, ни эльфов — хозяев замка.

В Наур Адаб вошел третий разведчик. Добравшись до засевшего за валуном, обменялся с ним несколькими фразами. Мне показалось, что эти двое то и дело кивали на донжон. Правильно! Мы здесь! Куда ж нам деться, когда следы на снегу ведут только в главную башню Волчьего дома?

Я оскалился, распаляясь при мысли о скором и неминуемом бое с прихвостнями Низверженного. Он убил Старика! В его плену Алиса! Из-за него я однажды умер! А еще… Кровь и песок! Сколько же мне глядеть на изуродованную нечеловеческую руку? Я снова смотрел на нее.

Разведчик, который проник в безмолвные развалины последним, уже бежал назад. Чтоб доложить, что в замке все спокойно, а мы спрятались внутри донжона. Трем разведчикам соваться в него значило никогда не выйти наружу.

Мы терпеливо ждали: я и рядом Ирма с Велдоном, а где-то внутри донжона предвестник со смертным именем Бран — и мы дождались. Отряд наших преследователей выбрался из леса и двинулся на Волчий дом. Орнорцы и иные.