Муж в подарок (СИ) - Любимка Настя - Страница 25

— Эй, утешающиеся, а кушать-то мы когда будем? — раздался сбоку недовольный голос ларинь.

— Я уже отдал приказ слугам.

— И чего они ждут? Пусть несут! Я готова! — Швабра втиснулась между мной и Антом. Между нами и так небольшое расстояние было, а тут и вовсе показалось, что мы ларинь собой зажали. Я отступила. — Вы тут еще до посинения отношения выяснять будете, а так, у меня хоть к развлечению пища появится.

«Хлеба и зрелищ» — подумалось мне, и я мысленно выразила свое недовольство Швабре.

И получив заверение, что она помолчит, обратилась к повелителю фэлроу.

— Благодарю, что позаботился о нашем ужине, Антарес. И все же, если бы вы поняли, что моя помощь вам необходима, все равно бы оградили меня от участия в том, что по-вашему мнению, может принести мне вред?

— Дана, вы что-то знаете? Чего-то опасаетесь? — Антарес нахмурился. — Я немедленно верну вас во дворец, лучшей защиты, чем там — не найти…

— Достаточно. — Остановила его и разочарованно выдохнула. Твердолобый. — Это был риторический вопрос. Но подумайте вот над чем, семья — это союз двух людей, которые оба участвуют в том, чтобы их жизнь, будущее рода было процветающим и гармоничным. Оба, Антарес, и разумная женщина, всегда знает, когда следует отступить, а мужчина — уступить. Жесткий контроль и неусыпное бдение за своей женщиной, и уж тем более заточение ее в четырёх стенах, ни коим образом не будет благополучным для брака и семьи в целом.

— Женщина не должна рисковать собой, Дана. Это позор, прежде всего, для мужчины. Если он сам не может справиться с ситуацией и требует или позволяет своей женщине вмешаться, то это не мужчина, а тряпка.

— А может мудрый человек, который понимает, что не все может решить мужчина, и где-то требуется гибкость и мягкость женщины.

— Слуги накрыли в гостиной, — сообщил Антарес, — твои фрейлины ждут твоего позволения войти. Они принесли одежду.

— Спасибо, — я вздохнула, сообразив, что к этой теме мы явно вернемся позже. Но прежде, я обязана кое-что спросить. — Мои фрейлины, они давали мне клятву, как жене повелителя. Они остаются верными этой клятве, даже сейчас, когда у меня нет татуировки на шее?

— Ты моя жена, Дана, — рыкнул Антарес. — Нравится тебе это или нет, но ты моя жена.

— Скорее это ты — ее потенциальный муж, а может, один из мужей. Дана, как насчет многомужства? — Швабра, обещавшая молчать, слово не сдержала. И язык свой длинный тоже. — А что? Сегодня Антарес, завтра Аржи, на послезавтра еще кого-нибудь найдем?

— Не бывать этому! — прорычал Антарес. — Я никому не позволю прикоснуться к моей жене.

Если бы Ант мог, он бы испепелил ларинь взглядом. Ясно же, что нахалка издевается и желает поторопить нас с завершением разговора. Как про слуг услыхала, так и не выдержала. Обжора!

— Ант, не обращай внимания на Швабру, она шутит. Так, что насчет моего вопроса?

— Они верны тебе, как повелительнице фэлроу.

Оу! Я улыбнулась. Не могла не улыбнуться. Этот статус я обрела вне зависимости от того, кто станет моим мужем. А значит могу смело положиться на своих фрейлин. Клятва не позволит им меня предать.

— Что ж, я готова их принять и выйти к ужину.

— Я буду ждать тебя в гостиной. — Ответил Антарес и последний раз голодным взглядом скользнул по моему телу.

— А я могу не ждать?  Меня сейчас покормить могут? — Швабра заступила дорогу Анту, прямо зависла перед его лицом в воздухе? — А что, если она переодеваться пару часов будет?

— Иногда голодание — полезно, — сообщил Ант, — избавляет от неуместного сарказма и иронии.

Я рассмеялась над тем, как ларинь хватала ртом воздух, видимо, впервые не найдясь с ответом. А Антарес же вышел, пропустив моих фрейлин. Ну что ж, одеваться, значит одеваться.

— Рада вас видеть, девушки, — улыбнулась вошедшим и поклонившимся фрейлинам. — Отличный выбор, мне нравится это платье. Давайте приступим?

— Как он мог?! — наконец обрела дар речи ларинь и влезла в мой диалог. — Я и голодание?

Я вздохнула и посмотрела на потолок, как будто там нашлось объяснение отвратительному характеру моей зверушки.

— Знаешь, если ты и дальше будешь себя так вести, то его идея не кажется мне ни жестокой, ни глупой. Такими темпами ты за кусок колбасы и мать родную продашь.

— Дана! А я и так с тобой, а не со своей создательницей!

— Ради колбасы? — как бы там ни было, а пикироваться с ларинь мне нравилось. Сразу напряжение куда-то ушло.

— Дана, да я…я для тебя — все! А ты… кусок колбасы пожалела?!

Фрейлины улыбались, слушая жалобы Швабры, и споро одевали меня. Я же думала о том, что ритуал с Арнель надо провести сегодня, но до него, я должна поговорить с ларинь об очень серьезных вещах.

Нужно понять, что и кому я говорить могу, а что ни в коем случае нельзя. Потому что пока я понимая мало: говорить о том, что Антарес ведет свой род от божественного, нельзя, как и то, что он может путешествовать по мирам. А еще не стоит заикаться о том, что Аржи и есть тот самый преступник, который ворует артефакты и убивает их хранителей. Потому что ему покровительствует бог, а может и не один, и вряд ли мне понравится то, что последует за нарушение равновесия. Не факт, что достанется мне, но невинные-то страдать не должны из-за моей болтливости?

— Ты не слушаешь меня! — возмутилась Швабра. — Я тебе душу изливаю, а ты…

 — А я хочу пригласить тебя на ужин.

Поправив складочки на подоле платья, фрейлины отошли. Они продолжали улыбаться над комичным поведением ларинь. Я и сама улыбнулась.

— Так чего же мы ждем? Приглашай же!

— Идем уж, вредина.

— Летим!

Глава 10

С того дня, как я побывала в чертогах богини прошло почти две недели. Ровно столько мне потребовалось на то, чтобы разобраться наконец в иерархии этого мира, а заодно наметить план, которому следовало неукоснительно придерживаться, чтобы не наломать дров и ненароком не подставить жителей Крайнеса.

Швабра, хоть и имела отвратительный характер, была полезна и буквально на пальцах мне пояснила, чем чревато мое прямое вмешательство в ход событий в мире. Но обо всем по порядку.

Для начала, повелитель фэлроу — является гарантом равновесия в мире, следовательно и тем, кто занимает самое высокое положение. Он тот, кто управляет огромным потоком магической энергии, не допускает вторжения враждебных элементов в этот мир, однако при этом, следует божественной воле и не прогоняет тех, кого боги приносят в этот мир, а дает им шанс на новую жизнь.

Иными словами, не препятствует пришлым, если те приняли Крайнес и желают прожить в этом мире согласно его законам. Но при этом, последнее слово всегда остается за повелителем фэлроу. Это хоть и странно, однако, как по мне, разумно. Боги существуют одновременно во всем временном пространстве — прошлом, будущем и настоящем. Мало того, каким-то образом умудряются одновременно находится в нескольких мирах и чаще всего, не всегда помнят о том, что реалии одного мира не соответствуют реалиям другого.

По большей части их вмешательство это не только подпитка миров, но и игра. Боги не люди, эти существа живут и руководствуются своей неординарной логикой и своими принципами, охраняя лишь одно — равновесие мирозданья. Чтобы не исчезнуть самим и не обрушить миры в хаос. Последнее, кстати, возможно при полном уничтожении цивилизаций и вообще миров.

Они могут вмешаться, могут оказать помощь, но при этом, имеют четкие ограничения. Не знаю, как у них обстоят дела с другими мирами, но на Крайнесе божественная помощь строго дозируется. И когда один бог применяет больше своей силы, то остальные, дабы уравновесить, ищут тех, кого можно одарить своей силой и восстановить баланс. Понятное дело, что обычно это не третья сторона, а оппозиция.

Правда, со мной, можно сказать, вышло иначе. Точнее было бы так, как задумали Муар с Лирас, если бы упрямый Антарес не поперся в Храм и не потребовал исполнить свое желание. Тем самым я и стала третьей стороной, которая должна будет выбирать между двумя претендентами на мировое господство. Как бы пафосно это не звучало, но суть именно такова.