Психологиня моего сердца (СИ) - Волкова Ольга - Страница 6

— М? — отвечает он, по-прежнему продолжая испытывать мое трепетное желание, которое проснулось, как только Богдан оказался на мне сверху. Глаза в глаза, и в этот момент я осознаю, что все происходит по-настоящему. Низ живота ноет, мне хочется большего, но не напугаю ли я мужчину своим напором, хотя и он уже еле сдерживает себя.

— Давай потанцуем, — посмеиваясь, напоминаю о его предложении, и теперь эта идея, кажется, не настолько интересной, как минутой ранее. В его объятиях мне гораздо комфортнее, а ощущая его вес — вовсе не хочется, чтобы Богдан когда-либо покидал меня. Тихий прикоснулся кончиком своего носа к моему, провел пару раз, будто заигрывает, затем поднялся, оставляя меня одну без него. На душе мигом стало тоскливо, будто отобрали что-то ценное — оторвали, и теперь я не смогу вернуть мужчину так быстро. Но Богдан хватает меня за руку и помогает подняться, а охватив меня за талию, повел к центру просторной гостиной, чтобы увести в полет танца под романтическую музыку, которой с нами делятся соседи Тихого.

— Ты прекрасна, — шепчет, прижимая к себе ближе. Я ощущаю ладонью на его груди стук сердца. И тут же понимаю, что оно бьется в унисон с моим. Глядя прямо в глаза мужчине, который удерживает меня за руку, и так крепко прижимает к себе, чтобы я могла понять, насколько его помысли чисты по отношении ко мне. Это не игра, и это не сон. — Я серьезен, Рита, — не разрывая магнетического взгляда, проговаривает.

— О чём? — приподняв голову, я жду пояснения, а потом сама догадываюсь, что предложение, сделанное им так необычно, до сих пор имеет силу. Ухмыльнувшись, я заигрываю с Богданом, потому как сама поспешно дала согласие, и теперь мужчина посчитает меня слишком поверхностной, если дам заднюю. — Я тоже не играю с тобой, — ослепительно улыбаясь, отвечаю. Богдан ухмыляется, с некоторой тайной во взгляде посматривает на меня, выискивая подвох. Но его там он не найдет. Плавно покачиваясь под ритм нот романтической музыки, Богдан сжимает на моей пояснице свою ладонь, и потом я ощущаю, как его член упирается в низ моего живота. Он жаждет взять меня в свой плен, и подарить море наслаждения, о котором я сама мечтаю, и не прочь подарить ему взамен свои ощущения.

— Я благодарен судьбе, что тогда у нас у обоих сломались машины, — хохотнув, продолжает Тихий, завораживая меня еще больше, чем прежде. И этот момент, будто стрела в сердце, что купидон направил прямо в мою грудь, поражая насквозь, и заполняя любовью к мужчине, в чьих объятиях я сейчас теряюсь.

— Мне не верится, что ты тогда погнался за мной, а после вовсе решил прийти на прием, — поддерживаю Богдана, вспоминая нашу встречу. Тогда я думала, что у такого мужчины, как Тихий сотни женщин в кармане, или одна единственная, но уже жена. Ослепительная улыбка и выразительные глаза — сделали тогда свое дело, буквально околдовали меня, и я как минимум несколько ночей ходила без сна. Сама не своя, не могла найти места, потому что так сильно образ его лица въелся в мои мысли. Даже кончилось тем, что в последнюю ночь перед встречей с Тихим на приеме, я вообразила, как мы переплетаемся телами и получаем оргазм одновременно. Кажется, я покраснела от воспоминания, и это не укрылось от пристального взгляда Богдана, который покачивал нас из стороны в сторону в медленном танце. Стыдливо приподняв на него глаза, я слегка улыбнулась, теряясь в догадках, мог бы он почувствовать, как все мое тело пылает в данную минуту. Находясь рядом с ним, все остальное не имеет значения.

— Я не мог не думать о тебе, — шепчет, приподнимая за подбородок мое лицо так, чтобы я не могла спрятать своих глаз, в которых наверняка Богдан видел мое вожделение. Обстановка соответствовала этому порыву, и, когда он снова поцеловал меня, любые границы, которые все еще как-то нас сдерживали попросту исчезли. И мы перенеслись на новый уровень познания друг друга.

Глава 6

Глава 6.

Маргарита Симоньян

«Лучший способ не упустить мужчину — не выпускать его из объятий».

Мэй Уэст

Мы предавались любви битый час, не давая друг другу даже отдышаться. Ни о какой скованности вовсе речи не шло, и, казалось, будто мы знали друг друга целую вечность. Богдан, танцуя вместе со мной под соседский медлячок, отвел в свою спальню, где мы в непринужденной обстановке стали изучать тела друг друга, лаская и целуясь. Тихий плавно двигался, входя сначала так сладостно-нежно, что мне хотелось продлевать это удовольствие длинною в бесконечность. Мы вспотели, и капельки стекали с наших тел, руками водила по его мощной спине, на которой мышцы отчетливо проступали, пока Богдан трахал меня. Я провела своим язычком над верхней губой, ощущая соль, ухмыльнулась.

— Нравится? — с хрипотцой спрашивает, кода нависает надо мной, облокотившись о свои локти, расставленные по обе стороны от моей головы. Заглядывает своими синими глазами в мои: боже, если бы я знала, насколько красивы глаза Тихого, когда мужчина пребывает в страсти, наверное, прямо на приемах отдавалась каждый раз, разрешая ему делать со мной всё, что вздумается.

Я улыбнулась, поглаживая его по щеке, затем стираю пальцем с верхней губы Богдана влажность, и так бесстыдно вбираю свой пальчик, намекая на продолжение.

— Очень, — простонала я, и теперь ощутила, как его член запульсировал во мне. Я обхватила Богдана ногами в кольцо, так крепко, что никакая сила не сможет отцепить меня от него. Он наклоняется и целует меня, слишком нежно, с любовью и в то же время покусывая за нижнюю губку. Оттягивает ее, заглянув мне в глаза, а в его пляшут чертята. Он настоящий искуситель, который так медленно въелась мне под кожу, постепенно пробивая мою броню для себя. Чтобы я открылась для него и впустила в свое сердце. Мужчина снова начал ритмично двигаться, доводя меня до оргазма в который раз, и каждая искорка была похожа на подобие фейерверка, а мне было все мало — я хотела больше и больше. Крепко вжалась ногтями в его спину, затем провела руками вниз, хватаясь за его ягодицы, пока Богдан вколачивался в меня, наращивая темп. Впилась ногтями, причиняя томящую боль, будто помогаю ему, задавая темп, который сносит головы обоим.

— Рита, — рычит мое имя, упираясь лбом о подушку у моей ключицы, Богдан стал покусывать мое плечо, оставляя свои поцелуи, будто так извиняется, что от страсти не может контролировать свои порывы и не всегда бывает нежным. И я не хочу, чтобы он был нежным со мной, напротив, мы должны отдаваться так, словно это единственный раз, когда мы могли позволить себе переступить эту запретную границу.

— Ах! — застонала я, прогибаясь в пояснице, ощущая каждой клеточкой, как во мне нарастает импульс, готовый вот-вот разразиться мощным всплеском оргазма. Богдан резко сменил позу, встав передо мной на колени, а сам закинул мои ноги себе на плечи, и вновь вошел, скользя членом между моими складочками. Я подстроилась под новые ощущения, потому что такой позы еще ни разу не пробовала с другими мужчинами, про которых можно вовсе не упоминать. Я мяла сама свои груди и щипала за сосочки, а потемневший взгляд Богдана становился более темным. От вида того, как я ласкала себя, он словно увеличивался во мне, пульсируя всей длиной. Приподняв меня за ягодицы, стал дразниться: медленно входил, а под конец вдалбливался, будто так мог навсегда остаться во мне, и это была его цель.

— Ты прекрасна, — снова прорычал, разведя мои ноги, он лег поверх меня, накрывая своей сладостно липкой грудью. Не разрывая со мной слияния, вновь задвигался. — Почему мы так долго приходили к этому? — спрашивает, целуя мою грудь, с которой я играла несколькими минутами ранее. Он покусывает каждый сосок, и я чувствую, как простреливает искра, вновь вспыхнувшего желания, отдаваясь в каждой клеточки моего тела.

— Потому что не могли? — отвечаю вопросом. Богдан ухмыльнулся, продолжая сверлить меня своим глубоким синим взглядом. Я влюбляюсь в мужчина с каждой секундой все сильнее и сильнее. Ощущаю то самое тепло по венам; сердце кровью разносит его, доставляя к каждому участку тела, к каждой клеточке. Где-то на заднем фоне трезвонит мой телефон, но мне сейчас совершенно не до него. Твою мать, ведь я должна сейчас быть на рабочем месте, хотя…