Нежданный (СИ) - Шарм Кира - Страница 4

— Спи, спи, отдыхай, — нежно прошептал он, продолжая выписывать там безумные узоры, нажимая то сильнее, то на грани легкого, почти невесомого касания. Спи теперь, а как же!

Примерно это я и собиралась ему сказать, но слова превратились в стон и выгибание бедер ему навстречу. Жадное выгибание, уже даже требовательное. Кажется, если бы он тут же не среагировал и не вошел бы в меня, — быстро, резко, на полную длину, я бы сама его изнасиловала. Нет, ну сам же виноват! Разве можно доводить женщину до той крайней степени возбуждения, когда она готова наброситься? Это вообще — законно?

Потом было вино, которое он нашел в тумбочке у кровати. И дрожащие руки, которые не могли удержать стакан.

Вино разливалось по шее и ниже, а он высасывал его с моих сосков…

Кухня вообще стала особым местом. Вчерашнее знакомство со столом, видимо, нам обоим не давало покоя. Поэтому, вместо того, чтобы хоть что-то приготовить, мы решили его испробовать заново. На прочность. Стол выдержал, как и рукомойник, на который он меня усадил, и шкафчик для посуды, который и правда оказался таким прочным, как и обещал мебельщик.

«Бомбежку может пережить!» — убеждал меня тот, оправдывая подозрительно высокую цену. Ну, бомбежка-не бомбежка, а досталось изящному шкафчику немало, особенно когда меня, развернув лицом к стене, разложили на нем в шпагат… Даже посуда осталась цела, но в тот момент в глазах плясали искры и даже если бы посуда пала жертвой этого запредельного наслаждения, я бы ни разу о ней не пожалела.

Видимо, как все мужчины, мой гость был не чужд слабости к еде. Поэтому и метил территорию кухни с особой тщательностью. Да, путь к сердцу мужчины явно связан с кухней! А теперь мой путь по кухне навсегда будет ассоциироваться с секс-марафоном или даже сексуальной квест-комнатой. Угадай, где здесь еще можно заняться любовью! Кто догадается, тому в подарок новая экзотическая поза и пять оргазмов на бонус!

Благо, у меня в холодильнике была колбаса, так что смертью от истощения мы не пали.

И завершением вечера, как вишенкой на торте, стал нежный, трогательный секс и долгими прелюдиями и поцелуями в моей постели.

— Меня зовут Вадим, — услышала я на ухо, уже проваливаясь в сон.

Как это вовремя он решил, что пора и познакомиться! Кому сказать, — так все равно никто не поверит! Хотя, нет, если поверят, то вряд ли после этого будут со мной здороваться…

5

* * *

А вот утро воскресенья меня совсем не порадовало. Еще не раскрыв глаз, я тут же потянулась к теплому и уже ставшим, как родное, телу в своей постели. Да, к хорошему привыкаешь быстро, и я, как прямое подтверждение этому, уже начала воспринимать Вадима как неотъемлемую часть своей… постели? … квартиры? … жизни?

Но рука натолкнулась только на пустоту и холодную подушку. Вся утренняя нега в один момент сошла на нет. Резко поднявшись, я распахнула глаза и поднялась на кровати.

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пусть он окажется в душе!

Но звуков воды не было слышно, как бы я ни старалась их все-таки услышать. Как и вообще любых звуков, которые бы просигналили о том, что я в квартире не одна. Нет. Ни шороха. Только развевающиеся ветром занавески распахнутого балкона…

Ну, и вот почему, скажите мне на милость, я падаю на постель, и закусив губу до крови, начинаю реветь? Может, мне радоваться надо и застеклить, наконец, балкон, а еще лучше, — поставить решетки? Может, я от маньяка избавилась, ведь, с моим везеньем на мужчин, маньяком он окажется в лучшем случае! Может, он вообще залез квартиру обокрасть, ну, а всю эту историю придумал, потому что я его обнаружила… Или он вор-маньяк. Сначала трахает спящих женщин, а потом грабит…

И вообще, по-хорошему, нужно идти вещи проверять, а я тут развалилась и реву, как будто из моей жизни вдруг исчезло что-то самое важное! Да мы с ним чуть больше суток вообще знакомы!

«Зато кааааак!» — вопил какой-то участок подсознания, блаженно закатывая глаза. Тот самый, который отключил сейчас весь здравый смысл и уткнул меня лицом в подушку, заставляя разреветься еще сильнее.

— Ладно, Зотова, хватит, — приказала я себе строгим голосом, когда поняла, что скоро мне начнет грозить обезвоживание. Когда с собой нужно строго, я всегда обращаюсь к себе по фамилии. Девичьей, естественно, которую я возвратила себе после неудачных экспериментов совместной жизни. — Будем считать, что так восьмое марта перед тобой решило реабилитироваться. Подарило тебе сутки шикарного секса и тонко намекнуло, что пора бы уже вынырнуть из своей норки и попытать третью попытку. Потому что, еще немножко, и о сексе ты будешь только вспоминать. А время-то идет… Хватит бояться! Может, третий раз будет не таким провальным!

Вздохнув, я поплелась осматривать квартиру. В которой, кстати, все оказалось на месте. Ну, кроме того, что мы за вчера успели слегка подразнести.

Грустно побродив по ставшей просто оглушительно пустой квартире, я решила, что пора брать себя в руки. Записаться в какой-нибудь хороший салон, в фитнес клуб, да ноги, наконец, побрить! Нет, я не то, чтобы стала за последнее время заросшим волосатым чудовищем, но… В общем, как бы стыдно мне ни было, но признаюсь: ноги я брила ровно до колена. Ну, потому что от станка волосы разрастаются только гуще, а электробритвой их выдергивать больно. Да и кто их, в конце концов, там видит, если я все равно выше колена юбок не ношу?

Н-да. Не очень прилично получилось. Это же надо, чтобы первый секс за три года, а у меня ноги не бритые! Хотя, — я не виновата, предупреждать надо, судьба! Хорошо хоть, со всем остальным оказался полный порядок, — да и то, честно говоря, почти случайно, просто перед праздником, да еще и женским, я все-таки решила вспомнить о том, что я женщина и привести себя в божеский вид. Или… Может, потому он и бежал? Поначалу тоже увлекся страстью, а потом… Как разглядел ноги выше колен… Так и смылся с балкона…

6

Но нет. Никуда в этот день уйти я так и не решилась. Отменила все записи и так и осталась дома. Разве что эпиляцию сделала. И голову помыла. И накрутила локоны, не забыв отметить, что стоило бы все-таки высветлить кончики волос, как теперь модно. И помаду купить поярче. И, может, платье покороче? Ноги-то у меня все-таки очень даже ничего, и кое-кому они очень даже и понравились!

В общем, даже извлекла из необъятных глубин шкафа давно позабытые там стринги и чулки. Сто раз переоделась, прикидывая, как я лучше выгляжу, — в шелковом халатике, игриво подвязанном поясочком и без белья или все-таки в ярко-красном комплекте и в чулках? Что сексуальнее?

Нет смысла говорить, что была уверена, — мой ночной гость обязательно вернется, при свете дня и как приличные люди, через дверь!

Но ожидаемой трели дверного звонка так и не случилось. А ведь я даже в магазин не решилась выбежать, чтобы его не пропустить!

— Эх, — грустно вздохнула я вечером своему отражению, усаживаясь за тот самый кухонный стол, который теперь уже заставлял меня не предвкушать Бог весть какие наслаждения, а злиться на саму себя и краснеть, — то ли от собственной глупости, то ли от развратности, из-за которой я позволила всему этому происходить с незнакомым мужчиной, то ли от всего сразу.

Сделав наспех бутерброд, я щедро налила в стакан вина, надеясь, что меня сегодня сразу вырубит, без всякого десерта в виде эротических картин перед глазами. Потому что за последние сутки мое сознание явно пополнилось красочным разнообразием в этом плане…

Через час и допитую до дна бутылку, я пошла все-таки проверять, работает ли дверной замок. Он работал прекрасно, рассеивая остатки розовых надежд. После этого шаркающей походкой пошла снова перерывать все тумбочки, особенно те, которые с заначками и документами. Тяжело вздохнула, убедившись, что все оказалось на месте. Значит, не вор.

И разревелась, откупорив вторую бутылку, чувствуя, как дрожат руки, тянущие стакан к все еще припухшим от поцелуев губам. Оказался бы вором, наверное, мне было бы даже легче. Сразу стало бы понятно, зачем пришел и почему исчез. А так… Кажется, 8-е марта снова решило изощренно поиздеваться надо мной. Просто ткнуло меня носом в горькую правду: во-первых, нормальных мужчин на моей дороге не попадается, а, во-вторых, даже с ненормальными мне что-то хоть как-нибудь сложить, не судьба.