Зарождение мистического пламени (ЛП) - Бейли Кристин - Страница 24

«Почему?»

Я не могла понять, что сделала неправильно. Признаюсь, я отвлеклась, делая чертёж машины, которая поранила Питера, но эта модель была идеальной. Я раз за разом проверяла каждую деталь. Ничто в моем плане не могло заставить птиц сработать таким провальным образом.

Если только я не слишком глупа, чтобы понять проблему.

Я не смогла сделать это.

Мое сердце оказалось разбитым, боль — глубинной и всеобъемлющей. Слышать пение птиц было восхитительно. Это переполнило меня чувством удивления и гордости. Я никогда так не гордилась, а теперь все закончилось так.

Питер поднялся на ноги и посмотрел на склон.

— Лучше надейся, чтобы больше никто не пострадал, — он сжал пораненную ладонь в кулак вместе с повязкой.

— О, Боже, — прошептала я, когда чувство вины добавилось к моим страданиям.

Мы вышли со склона и увидели моих одноклассников, разговаривающих тихим и настойчивым шёпотом.

Я приблизилась к первому, кого увидела.

— Ноа, — позвала я. Он повернулся ко мне, и его глаза тут же с подозрением прищурились. — Кто-то ещё пострадал?

Подбородок Ноа напрягся прежде, чем он тяжело выдохнул.

— У учителя Оливера ожоги с одной стороны лица. Его состояние весьма серьёзное.

Я ощутила тошноту. Мне было даже хуже, чем в то время, когда я подхватила скарлатину, будучи ребёнком. Мне хотелось, чтобы Бог забрал меня, в тот же момент.

— Где он?

— Внутри.

Я схватила юбки и побежала к лестнице, ведущей в монастырь.

— Осторожнее, — крикнул мне вслед Сэмюэл с ноткой жестокого юмора в голосе. — Следующая машина, к которой она прикоснётся, убьёт нас всех.

Я постаралась проигнорировать его. Сэмюэл был худшим из мерзавцев, но время от времени Дьявол гласит истину. Ни один из остальных учеников не чинил таких катастроф, как я.

Бегая по коридорам, я искала, куда они забрали Оливера, но вокруг никого не было. Когда я добралась до лекционного зала, он пустовал.

Главный зал также пустовал, как и все комнаты в длинном коридоре слева. Наконец, я оказалась у двери кабинета директора Лоренса.

Я подняла руку, чтобы постучать, но только сжала кулак в воздухе. Заставив себя сделать глубокий вдох, я попыталась успокоить паническое биение сердца.

Медленные и осторожные шаги эхом отдавались в длинном коридоре. Я замерла. Что-то не так. Все во дворе спешили, а не крались неспешно

Я развернулась, вглядываясь в тусклый коридор, но ничего не увидела в слабом свете, пробивавшемся через грязное окно позади меня.

— Есть здесь кто-нибудь? — позвала я.

Ответа не последовало.

Я настороженно сделала робкий шаг, вглядываясь в глубину коридора.

Слева от меня дверь в кабинет директора открылась с медленным скрипом.

Меня охватил страх совершенно иного рода.

— Заходите, мисс Уитлок.

Глава 13

Я вошла в кабинет директора, аккуратно сложив руки перед собой. Моё дыхание вырывалось мелкими толчками. Директор Лоренс позволил двери закрыться и торжественно прошёл в дальний угол комнаты. Он заглянул в нечто похожее на одну из шпионских машин лорда Рэтфорда. Она обладала такой же конструкцией из медных труб, окружавших огромное овальное стекло около двух футов высотой с рукояткой с одной стороны и круговой шкалой под ней.

В доме барона Рэтфорда вращение круговой шкалы позволяло смотреть через стеклянные глаза различных статуй вокруг его владений. Я подозревала, что здесь действует та же система.

Туманное, бесцветное изображение небольшой классной комнаты светилось в похожем на шар стекле. Я видела, как там суетились люди, а Оливер сидел с тряпкой, прижатой к лицу.

Боже мой, надеюсь, пар его не изуродовал. Оливер был красивым мужчиной и женихом моей лучшей подруги. Разве сумеет она простить меня за то, что я обезобразила его лицо прямо перед их свадьбой? Мои внутренности болезненно скрутило, и я уселась на стул с жёсткой спинкой напротив стола директора. Он выключил машину, и шар померк до тёмно-чёрного.

— Травмы Оливера серьёзны? — спросила я срывающимся голосом.

Директор опустился в похожее на трон кресло.

— Ожоги не поверхностные, — уголки его рта опустились, лицо озабоченно нахмурилось. — И для вас он «учитель Оливер», пока вы не станете полноправным членом Ордена. Не забывайте своё место.

Я почувствовала, как слезы жгут глаза. Как всё покатилось под откос? Я была так осторожна, и всё же я сожгла половину лица человека, которым восхищалась. Отныне ему придётся носить маску, чтобы появляться на людях, и это полностью моя вина.

Ярко-голубые глаза директора Лоренса сочувственно смягчились.

— Его ожоги обрабатывают. Я уверен, о нём позаботятся наилучшим образом.

Я должна сделать что-то для Оливера, чтобы загладить вину. Он верил, что вольер нормально сработает, потому что верил в меня. А теперь его лицо забинтовано. Оливер был моим ценным другом и наставником. Я бы никогда себе не простила, если бы он покалечился или погиб.

Он так просто мог погибнуть.

Я проглотила комок в горле.

— Надеюсь, он быстро поправится.

Лоренс выпрямился, глядя на меня поверх своего длинного и заострённого носа.

— Итак, встаёт вопрос, что делать с вами?

Лишь один раз в жизни до сего момента я чувствовала себя такой сломленной и разочарованной. Моя жизнь разваливалась прямо на моих глазах, точно так же, как и недавно во дворе, под той самой клеткой птиц.

Я презирала тот вольер. Он не принёс мне ничего, кроме страданий.

— Я подвела вас, — сказала я, хотя мой голос звучал едва ли громче шёпота. Я старалась сдерживать эмоции, быть сильной перед лицом такого отвращения к себе, но в горле встал ком, а голос срывался, будто у меня на шее висела тяжёлая петля. — Я покину Академию. Прошу прощения, что ваша вера в мои способности оказалась незаслуженной.

Директор посмотрел на меня, нахмурив брови.

— Это что за чушь? Само собой, вы не покинете Академию.

Я в неверии откинулась на спинку стула. Должно быть, я не так его расслышала.

— Прошу прощения?

Он наклонился, открыл ящик и вытащил знакомый лист бумаги. Это оказался мой рисунок вольера, но с комментариями. Как минимум четыре разных почерка виднелись по всей поверхности листа.

— Полагаю, вы узнаёте это?

Я протянула руку и дотронулась до края прекрасного рисунка.

— Конечно, но мои разработки оказались опасными. А ранее было происшествие, которое ранило Питера. Очевидно, я допустила ошибки.

— Нет, — голос директора опустился до очень серьёзного тона. — Нет, вы не допускали ошибок.

Я села, как громом поражённая.

Директор Лоренс опустил взгляд на лежащий перед ним чертёж и провёл по нему рукой, прослеживая различные трубы.

— Я не хочу сказать, что ваша работа безошибочна. Вы склонны забывать, что вы всего лишь студентка, мисс Уитлок. Несмотря на мою репутацию, я ожидаю от учеников, что они будут учиться на своих ошибках. Я не жду, что они не будут допускать ошибок в принципе. В данном случае, учитель Оливер, учитель Барнабас, учитель Виктор и я просмотрели ваш чертёж и скорректировали все найденные ошибки. По правде говоря, там особо нечего было корректировать. Вы проделали на удивление хорошую работу. Птицы должны были сыграть песню именно так, как вы и предполагали.

В моих ушах зашумело, грудь сдавило. Похвала. Он меня хвалил. Он пока что не вышвырнул меня на улицу. Мне понадобилось несколько долгих секунд, чтобы обрести дар речи.

— Тогда что случилось?

Директор разгладил руками бумагу и пригвоздил меня серьёзным взглядом светлых глаз.

— Полагаю, это была диверсия.

Диверсия? С одной стороны, это казалось таким зловещим, как сюжет мрачного и запутанного романа. С другой, это казалось логичным, и это-то и тревожило меня сильнее всего.

— Это не может быть правдой. Кому бы вдруг захотелось саботировать меня?

Директор Лоренс выгнул бровь.