Зарождение мистического пламени (ЛП) - Бейли Кристин - Страница 55

— Никакого, — я потрясённо покачала головой. — Кроме того, что он снабдил директора бомбой. Вот почему директор так быстро отверг мои предупреждения о человеке в маске. Он знал, что виновен именно он сам.

— В этом нет никакого смысла, — Дэвид повернулся, чтобы сделать шаг назад, но так же быстро повернулся обратно. — Директор никогда бы так не поступил. Кто-то мог погибнуть в этой последней нападении.

— И заметь, он практически первым вышел из комнаты. Теперь всё сходится, всё сходится, — Господи, ну почему я не видела этого раньше? Я была так ослеплена своим стремлением узнать личность человека в маске и так уверена, что именно он стоит за нападениями. — Человек, который напал на меня, никогда ничего не саботировал. Он прятался в тени, надеясь схватить меня, когда никто не придёт меня искать. Он действовал только тогда, когда у него была чёткая возможность. Именно директор Лоренс дал ему шанс нанести удар. У директора Лоренса с самого начала имелись свои планы.

— Я не понимаю, зачем человеку разрушать то, что он страстно любит, — Дэвид обернулся, словно ища в комнате что-то, что могло бы смягчить вину директора.

— Академия — не единственное, что он любил. Несколько лет назад вокруг его жены ходили слухи. А именно то, что у неё был тайный роман с мужчиной с Литейного завода, — я взяла фотографию жены директора. Глаза были грубо выцарапаны, как будто рукой, которая это сделала, двигала злоба. — Всё это произошло в то время, когда происхождение Сэмюэла вызывало подозрения.

— Ты называешь моего друга бастардом? — Дэвид повысил голос, но я стояла на своём. — Мы выросли вместе. Я знаю его лучше, чем кто-либо другой. Он был весёлым парнем, когда мы были молоды. Он был добрым…

— Тогда почему он так зол сейчас? — спросила я. Поведение Дэвида изменилось, как будто он скрывал какую-то тайну. — Между ним и его отцом не так уж много любви, не так ли?

Выражение лица Дэвида стало напряжённым и мрачным, глаза сделались жёсткими и холодными, как лёд.

— Ты понятия не имеешь, каково это — никогда не оправдывать ожиданий отца, который полон решимости унижать и подавлять тебя при каждом удобном случае, — он отвернулся от меня, тряхнув головой, словно пытаясь освободиться от собственных мыслей. — Ты даже не представляешь, как это тебя ломает.

— А ты знаешь? — спросила я, не двигаясь с места.

Он снова повернулся лицом и в этот момент показался мне лет на двадцать старше.

— Дело не во мне.

Я сделала глубокий вдох. Эта дискуссия ни к чему нас не приведёт. Мне нужно ослабить напряжение. Я начала просматривать изображения.

— Давай посмотрим, что мы знаем наверняка. Очевидно, директор одержим идеей узнать правду о чем-то, касающемся его семьи — об этом свидетельствуют изображения. Он создал эту машину без одобрения Ордена, чтобы добывать секреты силой. Он использовал Академию как идеальную маску для заказа с Литейного завода всего, что ему нужно для устройства. После катастрофы с лордом Рэтфордом он получит Чёрную Метку, если его поймают с этой машиной. Единственный способ продолжать следовать его курсу действий состоял в том, чтобы придумать какой-нибудь предлог, чтобы предложить Ордену машину обнаружения истины, предлог, который заставил бы их увидеть необходимость в ней.

Один из набросков привлёк моё внимание. Я подняла его и внимательно осмотрела.

— Вот тогда-то подвернулась я, и всё встало на свои места.

Дэвид скрестил руки на груди и фыркнул.

— Ты хотела сказать, что именно тогда всё внезапно взорвалось. Я был там, когда тебя номинировали. Я никогда не видел такого шума.

— Этот гнев был идеальным прикрытием для саботажа, — сказала я. — Эти толстые старые болваны ясно дали понять, что сделают всё, чтобы я не осквернила их драгоценные залы. Моё выдвижение было удобным предлогом, чтобы вызвать подозрения у всех, кто выступал против меня.

— И это сделало всех подозреваемыми, — заключил Дэвид. — Неудивительно, что он поддержал твою кандидатуру. И подумать только, я восхищался им за то, что он нарушил условности, даже если это причинило бы ему проблемы.

— Именно.

Дэвид покачал головой.

— Литейный завод слишком важен. Никакая обида этого не стоит. И как мы узнаем, кого из литейщиков он подозревает?

Я повернула к нему рисунок, который держала в руках. Это был МакТэвиш. Я вспомнила предупреждение Оливера о безумии в Ордене.

— Директор не в своём уме, — я указала на сферу над креслом. — Я случайно стала свидетелем того, как директор использовал эту машину на себе, и в этом шаре я увидела кукушку, летящую через Литейный завод. Кукушки откладывают яйца в гнездо другой птицы и заставляют эту птицу растить детёнышей, как своих собственных. На моих глазах птица загорелась, и директор Лоренс рассмеялся.

— О Боже, — Дэвид выглядел потрясённым.

В тот момент я не уловила связи, но теперь все стало ясно.

— Помнишь, что сказал директор, когда предложил свою машину перед собранием? Он предупредил их, что в следующий раз саботажник выберет цель, которую они не смогут игнорировать. Лидер Октавиан приказал директору изучить бомбу. Директор имеет к ней доступ. У него есть средства, чтобы починить её, и у него есть личная месть против начальника Литейного завода.

— Без Литейного завода не будет Развлечений, — Дэвид взял меня за руку и схватил факел. — Пошли. Мы должны найти его.

Я отчаянно хотела поймать человека в маске, но внезапно это стало намного важнее. План директора Лоренса мог разрушить все. Сотни жизней могут быть потеряны, включая жизнь Уилла. Я должна была остановить его.

Мы вышли из потайной мастерской, и бочкообразная дверь захлопнулась за нами. Сквозь щель в двери, ведущей в архив, пробивался свет. Мы с Дэвидом бросились туда. Учитель Найджел стоял на вершине одной из высоких лестниц.

— Учитель, — позвал Дэвид. Мужчина повернулся на лестнице и посмотрел на нас через монокль.

— Какого чёрта вы оба до сих пор здесь делаете? — спросил он, спускаясь по лестнице.

— Вы не видели директора? — крикнула я ему. — Нам крайне необходимо поговорить с ним.

Учитель Найджел остановился на лестнице и, потянув на себя корешок тонкой книги, задумался.

— Его здесь больше нет, и он не вернётся до следующих занятий. У него есть дела, которыми он должен заняться.

— Где? — спросил Дэвид, когда я почувствовала холодную тяжесть страха, поселившегося во мне.

— В Шотландии, конечно, — учитель Найджел скорчил гримасу при виде названия выбранной им книги и вернул её на полку. — Сегодня днём он сел на пароход.

Я посмотрела на Дэвида, и он, казалось, разделял мои мысли. Наши худшие подозрения только что подтвердились.

— Учитель Найджел, — сказала я, — есть ли какой-нибудь способ быстро передать сообщение на Литейный завод? Мы установили личность саботажника, и его необходимо остановить до того, как произойдёт ужасная катастрофа.

— Кто это, во имя Господа? — спросил учитель Найджел.

— Директор, — хором ответили мы с Дэвидом.

Монокль учителя Найджела выпал, и он недоверчиво посмотрел на нас.

— Ну что за глупости. Это невозможно. Это абсолютно нелепо.

— Послушайте нас, — потребовала я. — В этом подвале есть секретная мастерская. Он изобрёл несанкционированную машину и использовал саботаж, чтобы скрыть свои действия. Люди на Литейном заводе находятся в очень реальной опасности.

— Ерунда. Вы читали слишком много детских историй, — он снова надел монокль.

— Я могу показать это вам! — крикнула я.

— Послушайте, довольно. Для Лоренса нет ничего важнее этой академии. А теперь, если вы покончили со своими нелепыми теориями, я должен попросить вас немедленно вернуться домой. Я не скажу ни слова о том, что вы оба находились здесь вместе в этот час, но это выходит за рамки приличий, — он прошёл остаток пути вниз по лестнице и сделал прогоняющее движение руками. — Ну, ступайте. Вы же не хотите, чтобы Общество начало трепать языками.

Я покачала головой, хотя Дэвид настаивал, чтобы я двигалась. Моя репутация волновала меня меньше всего. Директор Лоренс был уже на пути к Литейному заводу, и если его план увенчается успехом, Уилл погибнет.