Лунная Заводь (ЛП) - Эндрюс Илона - Страница 90

Взмах.

Взмах.

Взмах.

Сериза двинулась вместе с ударом, проносясь мимо Вейсан. Полоска магии скользнула вдоль ее клинка, вытягивая последние резервы из ее тела. Сериза нанесла удар.

Полетели брызги крови. Краснокожая женщина продолжала двигаться, ее тело не осознавало, что она уже мертва. Вейсан развернулась, чтобы нанести еще один удар, и остановилась. Кровь хлынула из волосяного покрова на ее шее.

Она открыла рот.

Вейсан выронила мечи. Ее руки потянулись к шее, пытаясь остановить поток жизни, хлынувший из нее. Она схватилась за шею. Ее голова соскользнула с плеч и упала в грязь.

Долгую секунду тело стояло неподвижно, а потом тоже опрокинулось, как бревно.

Сериза повернулась к утесу.

***

УИЛЬЯМ парировал шквал ударов и пригнулся. Нож Паука пронесся над его головой и срезал молодое деревце справа от него. Дерево немного замедлило скорость Паука. Уильям прорвался сквозь оборону Паука и полоснул его. Лезвие задело грудь Паука, и он ударил локтем Уильяма в спину. Боль пронзила его позвоночник.

Уильям отскочил в сторону и откатился. Дыхание Паука вырывалось неровными вздохами. Он втянул воздух в легкие и снова бросился в атаку. Уильям парировал, мгновенно контратаковав. Его клинок рассек бедро Паука, когда горячий металл скользнул по его левой руке. Он снова отступил.

Он начал уставать.

Уильям стиснул зубы. Теперь он должен был сохранять спокойствие. Паук был слишком хорош, и если он позволит своей ярости взять верх, Паук убьет его.

Паук истекал кровью из дюжины мелких ран. И он тоже. Ни один из них не мог долго продолжать в том же духе.

Если он проиграет, следующей умрет Сериза. Паук никогда не упустит шанса убить ее.

Он должен был покончить с этим сейчас. Чего бы это ни стоило.

УИЛЬЯМ запнулся. У Серизы перехватило дыхание, сердце застучало в горле. Паук сделал выпад, но Уильям мгновенно пришел в себя, нанес ему сильный удар ногой в живот и отскочил в сторону. Они рвали и царапали друг друга, пинали, били локтями, резали. Она никогда не видела ничего подобного.

Уильям сделал выпад. Он сбавил скорость. Должно быть, устал. Паук парировал его быстрыми короткими ударами и ударил коленом в ногу Уильяма. Уильям подпрыгнул, и удар прошел мимо.

Они оба истекали кровью. Глаза Уильяма засияли. Паук оскалил зубы. Он едва походил на человека.

Уильям сделал выпад, пытаясь вонзить клинок в живот Паука. Агент «Руки» парировал удар, отбив клинок Уильяма вправо, в направлении замаха Уильяма. Не останавливаясь, Уильям нанес ответный удар, кончик его меча прочертил кровавую линию на груди Паука.

Слишком широкий замах! Сериза едва не вскрикнула. Слишком широкий замах, Уильям!

Паук покачнулся и бросился в брешь в защите Уильяма. Его клинок нырнул под левую подмышку Уильяма, и тот напоролся на него.

Изогнутый нож резал, как металлический коготь.

Сериза подавилась своим криком.

Рука Уильяма сжала клинок Паука. Паук недоверчиво дернулся, но изогнутый клинок удерживал его на месте. Лезвие застряло у Уильяма под мышкой.

Уильям сжал локоть Паука левой рукой и шагнул ближе. Его правая рука обняла Паука, как будто они были двумя давно потерянными друзьями, шепчущими друг другу на ухо секрет. Уильям прижал к себе Паука. Сверкнул нож, и Уильям глубоко рассек позвоночник Паука.

Сериза знала, что они были слишком далеко, чтобы звук мог долететь до нее, но она могла поклясться, что слышала тошнотворный хруст металла, разрезающего кость.

Паук в шоке разинул рот. Кровь хлынула из его спины красной струйкой.

Он победил. Уильям победил.

— Черт возьми, это был отличный прием! — закричал Ричард рядом с ней.

Агент «Руки» отпрянул назад, оттолкнув Уильяма обеими руками. Окровавленные пальцы Уильяма соскользнули с плеча Паука. Он поднял нож, чтобы перерезать ему горло, но Паук упал навзничь, светлые волосы рассыпались, лицо превратилось в бледную маску, и он нырнул в черную воду пруда. Его тело исчезло в смоляной воде.

Уильям смотрел, как он тонет. Его глаза нашли Серизу. Он улыбнулся, отшатнулся и рухнул на землю.

Нет!

Она вскарабкалась по склону. Скользкая грязь горстями поддавалась под ее пальцами, и тогда Ричард схватил ее и поднял. Она ухватилась за корень и подтянулась на скользкой траве.

Уильям прислонился к дереву. Нож Паука лежал у него на коленях, все лезвие было в крови. Уильям посмотрел на нее мягкими карими глазами. Весь его бок был ярко-красным.

Сериза бросилась к нему. Он открыл рот, пытаясь что-то сказать. Кровь булькала у него на губах и капала на подбородок. Она всхлипнула и прижала его к себе. Снова полилась кровь, увлажняя ее пальцы. Его пульс бился все слабее и слабее под пальцами, которые она прижимала к его шее.

— Нет! — взмолилась она. — Нет, нет, нет…

— Все в порядке, — сказал он ей. — Люблю тебя.

— Не умирай.

— Прости… Живи. Ты… живи.

Она поцеловала его в лицо, в окровавленные губы, в грязную щеку. Уильям устало провел рукой по ее волосам. Его тело содрогнулось. Его глаза закатились.

— Ты не можешь оставить меня сейчас!

Его сердце дрогнуло в последний раз и остановилось, как задутая свеча.

Мир со скрежетом остановился, и Сериза скользила сквозь него, потерянная и одинокая. Ужасная боль пронзила ее и сжала сердце в стальной кулак. Ей не хватало воздуха, чтобы наполнить легкие.

Я люблю тебя. Не оставляй меня. Пожалуйста, пожалуйста, не оставляй меня.

Ричард, стоя у нее за спиной мягко произнес.

— Он ушел, Сериза.

Нет. Ещё нет. Она попыталась поднять его. Чьи-то руки схватили ее за плечи.

— Он мертв, Сериза, — прошептала Игната. — Оставь его.

— Нет!

Сериза вскочила на ноги, поднимая тело. Ричард схватил ее за плечи.

— Сериза, отпусти…

— Нет! Позвольте мне!

— Куда ты его тащишь?

С неистовством она вырвалась из его хватки. Она вообще не думала, ее голова была полна разрозненных мыслей и боли, и потребовалось много усилий, чтобы выплюнуть два слова.

— В Капсулу.

— Это безумие. — Игната преградила ей путь.

— Капсула исцелит его. Прочь с дороги!

— Даже если она его оживит, он все равно сойдет с ума. У него нет такой защиты, как у тебя. У него нет лекарства!

— Я пойду туда вместе с ним.

— Зачем?

— Погребальный саван в Капсуле заберет мои жидкости и смешает их с его. Что бы ни делало лекарство, оно все еще во мне.

Игната вскинула руки.

— А если вы оба умрете? Или он станет сумасшедшим? Ричард, помоги мне.

На долгое мгновение Ричард замер, оказавшись между ними. Затем он наклонился и поднял ноги Уильяма.

— Она этого заслуживает. Потому что она заслуживает того, чтобы все пошло как надо.

Сериза схватила Уильяма за плечо, и они вместе потащили тело вниз по склону.

— Помогите мне! Пожалуйста, помогите мне.

Игната закусила губу и повернулась к собравшейся внизу семье.

— Вытаскивайте Капсулу на берег!

КОГДА Уильям очнулся, мир был красным, и ему было больно. Это было так больно, что он запаниковал и забился, пытаясь вырваться из красного тумана. И тут его обхватили женские руки. Он ничего не слышал и не видел, но когда он коснулся ее лица, то понял, что это Сериза… и она плачет. Он притянул ее к себе, пытаясь сказать, что все будет хорошо, и они выберутся отсюда, но боль захлестнула его, и он потерял сознание.

ЗАПАХ крови пропитал поле битвы. Пока Рух шел вдоль холма к черному пруду, он разбирал во взбитой грязи жестокость схватки. Багровое скопление отпечатков ног, собачьи следы, измазанные грязью трупы сливались в яркую, связную картину, карту, которую он читал и по которой ориентировался. Тут упал Кармаш, поваленный трупами. Теперь они лежали безжизненно, превратившись в груды костей и гнилой ткани. Седовласый убийца выжил. Каким-то образом, он всегда оставался на коне. Рух сморщил нос от зловония, исходящего от разлагающейся плоти. Торф сохранил в целостности трупы тоасов, и теперь, на открытом воздухе, они гнили с ускоренной скоростью.