Лунная Заводь (ЛП) - Эндрюс Илона - Страница 93

— Позволь мне все прояснить, — Деклан наклонился вперед, — дневник у тебя.

— Не у меня.

Деклан закатил глаза.

— Ну, перестань. Но он у тебя есть?

— Да.

— Скорее всего, отец девушки все еще в Касисе. Как только то, что осталось от лакеев Паука, вернется в их домашний офис, «Рука» вернется за ней, и они захотят использовать его в качестве рычага давления. Ты хочешь спасти ее, но она оставила тебя. И если ты не отдашь дневник «Зеркалу», они сдерут с тебя кожу живьем.

Ты хочешь вытащить девушку и то, что осталось от ее семьи, из Трясины, но ты не можешь сделать это через границу со Сломанным, потому что у них слишком много магии. Я все правильно понял?

— Да, в значительной степени.

Деклан кивнул своей белокурой головой и сделал еще один глоток бурбона.

— Мне понадобится ответная услуга.

Ясен пень.

— Что надо?

— Джек. Он хороший парень, но… ему нужен наставник. Он нуждается в понимании, а я не могу дать ему его, потому что понятия не имею, что творится у него в голове.

Уильям кивнул.

— Хорошо. Я помогу тебе с Джеком. Я бы и так это сделал.

— Я знаю, но ты ненавидишь быть кому-то обязанным, и таким образом, мы будем квиты.

Деклан вытащил из угла стола медный шар и постучал по нему. Сфера раскололась посередине. Две половинки раскрылись, открыв бледный кристалл. В кристаллических глубинах вспыхнула искра света и заструилась в луче света, образуя карту в шести дюймах над сферой.

— Луизиана. Граница. Трясина, — четко произнес Деклан. Карта сосредоточилась на зеленом пятне Трясины там, где оно касалось границы с Луизианой.

— Касис, — сказал Деклан.

Карта осталась на прежнем месте.

— Проклятая штука. Замок Касис.

Карта скользнула к Адрианглийской границе. Маленькая точка белого свечения вспыхнула на границе и превратилась в серый замок. Деклан нахмурился.

— У меня уже была стычка с Антуаном де Касисом. Семья де Касис заключила соглашения как с галлами, так и с нами, которые не позволяют им вмешиваться в наши пограничные разборки. Они были введены в действие столетие назад из-за некоторых секретных услуг, которые семья предоставила как Луизиане, так и Адрианглии. Я так и не смог выяснить, что именно они сделали. Соглашения запрещают любые военные действия на их земле. Цена этой сладкой сделки — полный нейтралитет семьи Касис: они не могут помочь ни Луизиане, ни Адрианглии.

Уильям кивнул.

— А я удивлялся, почему «Зеркало» просто не провело меня в Трясину через Касис. Теперь понимаю.

— Есть и другая причина. Антуан де Касис нечистоплотен в делах. Он симпатизирует Луизиане, и он очень полезен им. Его земли — единственный обходной путь в Трясину, чтобы не иметь дела с пограничниками Луизианы. «Зеркало», должно быть, подозревает, что он нечистоплотен, потому что, если я это знаю, они определенно знают. Однако у них нет доказательств его причастности. Если они держат там отца девушки, то, скорее всего, его охраняют агенты «Руки», что может привести к Антуану. «Зеркалу» не понравится идея вторжения в Касис по двум причинам. Во-первых, они знают, что Антуан мухлюет, и наблюдают за ним, чтобы собрать информацию о движениях «Руки». Если они уберут его, то потеряют шанс шпионить за «Рукой». Во-вторых, если «Рука» по какой-то причине не окажется там и если агенты «Зеркала» не найдут четких доказательств причастности Антуана к галлам, вторжение в Касис вызовет международный скандал огромных масштабов.

Уильям снова кивнул.

— Я уже все выяснил. Я использую дневник как рычаг давления.

— Это действительно опасная игра, — сказал Деклан. — Если ты обожжешься, Уильям, никто из нас ничего не сможет сделать.

— Спасибо, папочка.

— Моя работа — предупредить. Вот что интересно… В соответствие с соглашениями, если де Касис будет признан нарушившим договоренности, королевство, которое докажет его неправоту, конфискует его земли. Там не так уж много земли, но все, что есть, станет собственностью Адрианглии. Тебе нужно купить эту землю у правительства. Обычно они не продают, поэтому ты должен внести этот пункт в часть сделки с «Зеркалом». Это даст тебе доступ к Трясине, и ты сможешь тайно вывезти свою девушку и ее семью.

Уильям вздохнул.

— Остается только достать денег, чтобы купить это место. Одолжить их, украсть…

Деклан уставился на него.

— Что?

Деклан переплел пальцы.

— Одолжить их?

Уильям пожал плечами.

— Когда Кассхорн умер, его имущество перешло к тебе. Ты его приемный сын и единственный наследник. Ты владеешь двумя замками, половиной Темного леса, сорокамильным участком реки Даррон, за пользование которым ты взимаешь с судоходных компаний значительную пошлину, и землей, на которой расположен город Блушир. Они платят тебе арендную плату. Какого черта тебе понадобилось занимать деньги, тупой ублюдок? Ты богаче меня.

Мозг Уильяма с визгом остановился.

Деклан встал.

— Пока ты устраивал двухлетнюю вечеринку жалости и прятался в дерьмовом трейлере, играя в солдатики и попивая пиво, мне пришлось заниматься твоими финансами. И если ты думаешь, что у меня нет своего собственного дерьма, которое надо разгребать, ты глубоко ошибаешься. — Он вытащил с полки несколько больших гроссбухов и бросил их стопкой на стол. — Ну, вот и все. Теперь это все ваше, лорд Уильям Сандин. Разбирайтесь. Не тратьте все в одном месте и не нанимайте кого-то хорошего за большие деньги, чтобы управлять этим для вас.

УИЛЬЯМ сидел один в тишине библиотеки Деклана. Прошло уже двадцать четыре часа с тех пор, как он позвонил Эрвину через скайер Деклана. Он обрисовал в общих чертах детали сделки. Эрвин ничего не ответил. Он просто поклонился и оборвал связь.

Деклан настоял на том, чтобы и он, и парень остались в поместье, рассудив, что если «Зеркалу» не понравится сделка, они с большей неохотой обрушат адский огонь и метеориты на дом Маршала. Он даже применил свое самое эффективное оружие на тот случай, если дела пойдут совсем плохо — через два часа после общения по скайеру, карета герцогини Южных провинций подъехала к главным воротам. Уильям уже встречался с герцогиней раньше. Он скорее пойдет голыми руками против бешеного медведя.

Боль в груди терзала его. Она началась с того, что он проснулся и обнаружил, что Сериза оставила его. В течение следующих нескольких дней боль становилась все сильнее и сильнее. Она ушла от него. Его рациональная часть убеждала его, что она сделала это, чтобы спасти его. Но рациональная часть становилась все слабее и слабее. Она ушла от него. Как и многие люди до этого. Даже если все пойдет так, как он хочет, даже если ему все удастся, она все равно может уйти от него. И он ничего не сможет с этим поделать.

Он встал и вышел на балкон. Солнце медленно садилось. Скоро подадут ужин — он чувствовал запах с кухни.

Снизу донеслись голоса. Уильям наклонился и посмотрел вниз, увидев троих детей: белокурую голову Джорджа, рыжую гриву Джека и коротко остриженные волосы Гастона. Он почти не видел ребят с тех пор, как приехал. К тому времени, как они с Декланом обговорили условия сделки, он был без сил и заснул примерно на двенадцать часов.

— Так кто же ты? — спросил Джек, и в его голосе зазвучала агрессия.

Это должно быть интересно.

— Ты что, сын Уильяма, что ли? — спросил Джек.

— Оставь его в покое, — сказал Джордж, его голос спокоен.

Гастон слегка отпрянул назад.

— А кто спрашивает?

Ни к чему хорошему это не приведет.

— Что значит «кто спрашивает»? Я спрашиваю. Неужели ты настолько глуп? Ты что, какой-то прирожденный деревенщина?

— Ну, вот, — пробормотал Джордж.

Гастон пожал плечами.

— Вот что я тебе скажу, беги. У меня нет времени на избалованных богатеньких деток.

— Чего?

— Того.

Джек рванул вперед. Он был быстр, но не быстрее Джорджа, который отступил в сторону за полсекунды до удара Джека. Гастон вскинул руку, и Джек врезался лицом в его кулак.