Собственный путь (СИ) - Зиненко Сергей - Страница 18

— Злость — это грех. Но что более важно, злость — это палач. Не выставляй собственную голову на плаху, усмири чувства. — Иннокентий наконец сумел повернуть голову и взглянуть на залитое слезами лицо ученицы, к которой он так неожиданно для самого себя сильно успел привязаться. Как же было жаль, что он так малому успел её научить. Он сделал свой последний вдох, наполненный сожаления, и умер. Лина зарыдала, больше не сдерживая свои эмоции.

Иннокентий, один из лучших агентов Ватикана — умер, исполняя свой долг. К сожалению Папы, доверенное лицо так и не смогло мирным путём подвести Грецию под сень святой столицы мира, с целью защиты простых людей. Всё испоганил чёртов испанский король.

Глава 10

Диармайд закрыл за собой дверь, он сделал это так тихо как мог, словно надеясь, что его присутствия не заметят, он развернётся и уйдёт. В комнате была только Лидия и Пелагий, охрана дежурила у входа в кабинет. Каждое движение присутствующих отражалось в чёрных глянцевых обоях. Свет ламп яркими белыми пятнами отзеркаливался от стен.

Когда Диармайд вошёл, присутствующие напряглись, Лидия перевела на посетителя уставшие, опухшие красные глаза, её губы немного подрагивали. Ди часто видел такое в изоляционном лагере, так вели себя те, кто пытался казаться уверенным, серьёзным, но отчаяние брало над ними верх. Слишком часто он видел такие лица в детстве…

Ди сел на пуф рядом с диваном, на котором восседала истинная повелительница этого кабинета и её прихвостень-подпевала Пелагий.

— Ты уже сумел достать себе линзы. Наверно просить тебя не такая глупая идея, как мне казалось раньше. Я должна признаться, я не представляю, почему позвала тебя и что ты можешь сделать. Даже Адамиди не справились. Наверное, это просто крик отчаяния…

Пелагий поставил руку ей на плечо, но та тут-же смахнула её. Заговорила Лидия не сразу.

— У меня пропал сын, Юлий. Его нет уже четыре дня, и я не знаю, что делать. Я попросила найти его своих друзей из клана Адамиди, думала, что совершаю ошибку и мелкий засранец просто забыл о времени с какой-то девкой, но даже они не смогли его найти. Я обзвонила всех друзей, воспользовалась всеми доступными мне связями и всё равно не нашла и следа. Ты скорее всего тоже облажаешься, но я лучше буду делать бесплодные попытки, чем не делать ничего.

Пуф был неустойчивым и очень мягким, Диармайд в течении всего разговора медленно заваливался влево. Когда Лидия договорила, он уже практически сидел на земле. Под пристальными взглядами парень поднялся и сел нормально.

— Я умею искать людей, — кивнул в подтверждение своих слов Диармайд. — Но тут возникает вопрос цены.

— Какой цены! — крикнул Пелагий. — Ты про фотки забыл? Пацан знай своё место, если мы прикажем тебе вылизывать пол, то ты свой язык до основания счешешь, но лизать не перестанешь.

Лидия смерила Пелагия сердитым взглядом, тот в миг заткнулся. Уж кому бесполезен дурной глаз — так это ей, она и без него умеет взглядом страх в душу вколачивать.

— Всё очень просто, — развёл руками Диармайд, — вы сейчас в том положении, когда вам нужна помощь. Я вижу, ситуация отчаянная, но я могу помочь, не важно верите вы в мои силы или нет. Результат скажет сам за себя.

— Чего ты хочешь?

— А ты как думаешь? Я хочу свободы!

Лидия вздохнула, её удивило с какой скоростью парень взял разговор под свой контроль. Она приструнила взглядом уже собиравшегося высказаться Пелагия.

— Этого я обещать не могу.

— Всего доброго. — Диармайд поднялся с пуфа и направился к выходу из кабинета. Мимо него засвистел ветер, пуф на котором он недавно сидел, брызнул белой набивкой. Глаза Лидии светились синим.

— Ты можешь меня убить. Но подумай вот о чём, когда твоего сына найти не смогут, сколько раз ты будешь возвращаться в мыслях к этому моменту? Да, у меня нет ни силы противостоять вам, нет покровителей, которые смогут укрыть. Но сейчас я вам нужен, пускай вы сами в это не верите.

— Я согласна! Если найдёшь — свободен, я тебя и пальцем не трону.

— Мне нужны гарантии. — наступила вязкая, тягучая тишина. Лидия и Пелагий прожигали Диармайда взглядом, а тот спокойно и расслабленно смотрел им в ответ.

— Каких именно гарантий ты от меня хочешь? — сжав желваки выдохнула Лидия.

— Я хочу быть свободным после того, как найду твоего сына. Мне нужны гарантии. Тебе я не доверяю.

— Как ты себе это представляешь? Думаешь мы можем зайти к нотариусу и заключить сделку? — рассмеялся Пелагий.

— Как насчёт Ричарда? Думаю, посредник вполне подойдёт как гарант сделки.

Лидия напряглась, она не спешила отвечать.

— Чёрт! Да пойми ты, что я не могу на это пойти. Клан Адамиди уже положил на тебя глаз, на тебя и на твоего учителя. Не могу я дать тебе то, чего ты хочешь, это уже не от меня зависит.

Диармайд в один прыжок оказался рядом, она отмахнулась от него рукой, но он вывернул её запястье и сдавил шею. Лидия ухватилась за его руку, но Диармайд был сильнее, и она ничего не смогла сделать.

— Как, — прохрипела она, — я же тоже на втором ранге…

От её тела подул поток ветра, на правой руке, которой Ди держал женщину за горло, осталась пара порезов, на большее ей маны не хватило.

Пелагий застигнутый врасплох попытался помочь, но парень ударил лбом ему по лицу и тот заливаясь кровью осел на землю. Он потянулся к тревожной кнопке под столом.

— Не смей! Ты думаешь я не успею свернуть ей шею? — крик остановил мужчину.

— Моя смерть тебе ничем не поможет. — Лидия пыталась вздохнуть, но Диармайд крепко ухватился за её горло.

— Но и не навредит. Какой смысл мне тебя оставлять в живых?

— Отпусти… — Лидия вцепилась ногтями в Ди со всей силы, но его кожа оказалась прочнее и её длинные ногти начали понемногу отрываться от пальцев, из-под них потекла кровь.

— Отпусти… — отчаянно пытаясь сделать вдох прохрипела она.

Диармайд немного ослабил хватку.

— Я уже ничего не смогу сделать, якорь к которому привязана твоя метка у них. Это они приказали мне её поставить. Им не нужны твои глаза! Если судить по отчёту, они про них даже не знают. В сводке про тебя ничего такого написано не было, ты вообще значился там как адепт. Адамиди просто хотят, чтобы ты и твой учитель работали на них!

Диармайд отпустил женщину.

— Ты думаешь мне от этого стало легче? Я не хочу работать ни на кого!

Лидия засмеялась тяжело дыша.

— Думаешь им есть дело до того, чего хочешь ты, я или кто-либо ещё? Те, кто возглавляет пищевую цепочку, берут что пожелают. Сейчас они хотят тебя и твоего учителя, и ты ничего не сможешь сделать с этим. Сам виноват, если бы не засветился перед Аркадием, они бы на тебя даже плюнуть не захотели.

— Хочешь сказать, что это моя вина!? — закричал Диармайд. — А по чьей вине я был на той чёртовой вечеринке, а?

Лидия пожала плечами.

— Ну кто-ж знал, что всё так обернётся, я и сама не хотела тебя светить перед ними. — Лидия мотнула головой, разговор отошёл слишком далеко от причины её беспокойства.

— Всё что я могу тебе пообещать — помощь. У меня есть некоторые связи в Адамиди. Если ты найдешь сына, я приложу все усилия, чтобы ты был свободен.

Диармайд вздохнул и кивнул. Странная беседа свернула в совсем неожиданном направлении.

— Я помогу.

Ну а что ему оставалось? Да, помогать этой твари совсем не хотелось. Диармайд даже сожалел о том, что не придушил её пару минут назад. Но это бы ничего ему не принесло, а так, есть хотя-бы призрачный шанс, что эта женщина ему поможет. Только вот, как искать этого парня, Ди не представлял, но Лидии об этом знать не нужно. Если бы не чудом сработавший блеф, парень бы и дальше думал, что его главной проблемой является Лидия. Адамиди, это кажется клан, который занимается наркоторговлей под покровительством Отцов Ночи, лазурная пыль — это их территория.

Лидия разблокировала телефон и показала Диармайду фото парня его возраста. Хмурый, серьёзный он был похож на заготовку, из которой вытачивают сурового спартанца. По нему сразу была заметна военная выучка, но и некая юношеская ветреность до конца не была выбита инструкторами. Было в его выражении что-то такое, что Ди раньше заметил в его сестре. Юлия и Юлий, да… похоже с фантазией у Лидии очень плохо. Интересно, а в детстве они различали, кого зовёт их мать? На лицо Диармайда выползла улыбка, хоть смеяться сейчас было точно не время.