Призыв - дело серьезное. Ошибка в ритуале (СИ) - Черникова Любовь - Страница 10

Выгнав чересчур привязанного к прежнему хозяину слугу, вызвал Гансо, поручив ему побыстрее найти замену более широких взглядов. Одним словом посовременнее.

— Я так рад, что вы вернулись, вашество! — искренне обрадовался мой секретарь, когда я закончил раздавать указания.

Я не стал ему пенять за фамильярное обращение, только покачал головой. Расценив мое молчание, как одобрение, Гансо как обычно принялся болтать:

— А куда вы вчера подевались? Никто так и не понял. Теперь столько пересудов ходит и домыслов, один нелепее другого! Поговаривали, что вас похитили. Но мне понравилось, как вы утерли нос этим айсам напоследок, — он использовал презрительное название айосанрийцев.

— Гансо!

— Простите, ваше всемогущество. Принцесса Айосанрийская глубоко оскорбилась вашим поступком и заперлась в выделенных покоях вместе со своим отцом.

— Стражу у покоев поставили?

— А как же! — расплылся в улыбке секретарь.

— Вот и ладненько. Вот и хорошо. Сообщи им, что невеста может забирать свои розовые халлы и отправляться на все четыре стороны в поисках нового жениха.

— А обряд? — растерялся Гансо.

— Он не был закончен, значит не имеет силы.

— Прекрасно! Вы же знаете, ваше всемогущество, я изначально был против этого союза. Только… Как же теперь наши отношения с Айосанрией? Война?

— На войну с Фриденвелтом они не отважатся, — бросил я, усмехнувшись. — Но отношения обострятся.

— Для них же хуже, — серьезно кивнул Гансо и сообщил: — Я осмелился направить разведчиков… — он многозначительно приподнял бровь.

— Молодец, — похвалил я слугу.

Внезапно ощутил, как сильно устал. Непростой вечер мне выдался. Зарядка целого ожерелья, борьба с призывательницей, переход. Чувствую истощение, надо бы хорошенько выспаться.

— Гансо, распорядись, чтобы меня не беспокоили. Не будить, пока сам не проснусь, если только нам войну не объявят или не случится что-то равное по важности. Донесения, наших агентов оставь на столе в кабинете.

— Будет сделано! — щелкнул каблуками мой секретарь удалился, предварительно задернув портьеры.

С облегчением упал на кровать и раскинул руки, глядя в блаженную темноту. Ароматная магия Раадрима коварна. Там я чувствовал себя всемогущим, а вернувшись, ощутил упадок сил. Словно там дышал полной грудью, а сейчас очутился среди ядовитого болотного марева. Похоже, нужно время, чтобы заново привыкнуть к родной магии. И лучше всего восстанавливаться во сне.

Закрыв глаза, неожиданно вернулся мыслями к молоденькой призывательнице, оставленной спящей на диване в старом особняке. Она словно задела во мне струну, о существовании которой я и не подозревал. Разбередила забытые ощущения, разворошила потухший костер, и подбросила в него сухих сучьев.

Но нельзя забывать, что она сделала. Покусилась на мою свободу, не важно по незнанию или намеренно. Решив, что займусь последствиями ритуала завтра, когда восстановлюсь, я все же уснул. Разбудили меня шорох ткани, тихое дыхание и едва заметный запах духов.

Что за безумец рискнул нарушить покой моей спальни?

Матрас прогнулся под невеликой тяжестью женского тела.

Я уже понял, что меня решила посетить Ваэлла Айосанрийская, но продолжал старательно делать вид, что сплю. Интересно же, зачем она здесь? Пришла, чтобы соблазнить или прикончить за нанесенную обиду?

Сейчас и узнаем.

Ощутив легкое дыхание на своем лице, почувствовал кожей движение воздуха и с легкостью перехватил руку с зажатым в ней кинжалом. Старинная вещица с круглым, мутным от старости халлом в навершии рукояти. От него так и разило древней магией.

Ожидая объяснений, взглянул в глаза несостоявшейся убийце.

— Какого болотного демона ты тут делаешь, Ваэлла? Собралась заколоть меня этим?! — я презрительно покосился на магическую зубочистку, зажатую в ее кулачке.

Даже как-то унизительно. Могла бы прихватить что-нибудь поэффективнее. Топор там или кувалду. Ну или папочкин меч на худой конец.

Вместо ответа бывшая невеста хитро вывернула руку и умудрилась-таки оцарапать мне кожу на запястье. Выступила малюсенькая капелька крови, и глаза невестушки победно блеснули.

— Алто! Аггаас! Амбгэго! — выкрикнула она такие знакомые слова.

Мгновение. Другое. Ничего ровным счетом не происходило.

— И? — я вопросительно изогнул бровь.

Принцесса растерялась и неуверенно повторила фразу единения судеб, которую я совсем недавно слышал в другом мире от другой девушки. И там она хотя бы сработала, как полагается.

— Тепегь ты пгинадлежишь мне, Агги, со всем Фгиденвелтом! — рыжеволосая красавица гордо задрала подбородок.

Впрочем, говорила она без особой уверенности.

— Угу. И с потрохами. И со всем тем, что в них находится, — криво усмехнулся я, отпустив не самую светскую шутку.

— Что? — недоуменно захлопала ресницами принцесса.

Вздохнув, двумя пальцами взялся за тонкое лезвие, без труда выдернув кинжальчик из девичьих пальцев. Отшвырнул куда-то в угол.

Проводив полет оружия взглядом, Ваэлла возмутилась:

— Это же семейный агтефакт года Мигта! С ним нельзя так обгащаться!

Оназло сузила глаза, уставившись на меня. Хоть в спальне и царила темень, это не слишком-то мешало нам обоим. Уверен, принцесса Айоснарийская видит в темноте не хуже фелиса. Ламеянские корни дают о себе знать. Да и кровушкой поди не брезгует, судя по зло оскаленным клычкам. Того и гляди в глотку вопьется.

— Позволь поинтересоваться, и что же семейный артефакт рода Мирта делает в моем дворце? Не помню, чтобы дозволял приносить сюда столь опасные вещи.

Принцесса не нашлась, что ответить и сменила тему, вернувшись к изначальному разговору:

— Теперь ты мой и только мой, Агги! Повегь, все это только гади нас. Я не позволю тебе отвеггнуть меня и нагушить мои планы!

Кажется, она и сама не осознала, что чуть ранее упомянула о Фриденвелте, который они с папашей пожелали прибрать к рукам под предлогом нашей свадьбы. А меня, значит, побоку? Привязать и не брать в расчет? Вертеть мной, точно бык хвостом?

Хитро!

Захватчики под предводительством мятежника Эакима Гарлифа, не жалея, проливали кровь, пытаясь удержать отнятую у моего нерадивого отца землю. Мне пришлось рано повзрослеть, чтобы обрести крылья и показать, кто здесь истинный правитель. Это была война. Это было почти честно. И тут пожаловали хитроумные айосанрийцы, с коварными замыслами. Угу.

— Вэлли, — вкрадчиво заговорил я. — А ты знала, что заклятие единения судеб действует в обе стороны?

— В обе? — глаза девушки удивленно распахнулись.

Похоже, это для нее стало новостью.

Вместо ответа, резко повернулся. Так, чтобы беззащитная принцесса оказалась подмята под меня. Ваэлла удивленно пискнула, оказавшись в невыгодном и весьма щекотливом положении. И, похоже, слегка запаниковала.

— Нет! Ты не посмеешь!

Наклонился к самому ее уху:

— И кто же мне помешает? Ты сама пришла в спальню мужчины. Должна осознавать последствия.

— Неотесанный мужлан!

— Твоя правда. Я такой и есть. На болотах как-то было не до манер. Все по-простому делали. К дереву прислонил, подол на голову и…

Девушка забилась подо мной, пытаясь вырваться, но кричать не рискнула. Это навело меня на мысль.

— Твой отец знает, чем ты сейчас занимаешься, Вэлли? Учти, жениться я на тебе уже не смогу, что бы между нами сейчас не произошло.

— Как это? — принцесса даже перестала сопротивляться.

Легкое, и даже чем-то приятное покалывание напомнило, шутки шутками, а ритуал девчонке Ирис удался.

— Дал обещание другой, — пожал я плечами, искренне веселясь.

Глаза Ваэллы гневно вспыхнули, когда и она заметила активную брачную татуировку на моей груди. Вспыхнули в прямом смысле — засветились во мраке двумя красными факелами.

Брр! После стольких лет среди болот я привык на подобное реагировать определенным образом. Так, чтобы обладатель светящихся из темноты глаз больше не встал. Вот спросонья отреагируешь по привычке, и получится, жену ненароком укокошил…