Твой путь (СИ) - Кононова Татьяна Андреевна - Страница 39

Вдруг позади, среди воинов, послышались звуки борьбы, ругательства, задыхающийся хрип. Эйнар едва успел закончить, почти сразу же вскочил, стряхнул Тьму с ладоней и обернулся. Уилфред и Ольф удерживали какого-то бродягу в грязных лохмотьях. Лицо его было затянуто давно не бритой щетиной, уже превратившейся в копну чёрных спутанных волос, глаза неясного цвета безумно сверкали из-под косматых нависших бровей, губы дёргались, как при лихорадке, в уголке их показалась пена. Если бы двое сильных воинов не скрутили его, он бы бросился на правителя: подле сапога с загнутым носом на снегу поблёскивало лезвие с костяной рукояткой.

— Так, — протянул лорд Эйнар, неспешно развернувшись и подойдя ко всем троим с лёгкой недоброй улыбкой. — А вот и виновник торжества отыскался.

Лицо бродяги исказило злобой. Он плюнул правителю под ноги. Ольф и Уилфред с силой толкнули его на землю, и он упал на колени, как подкошенный. Эйнар поднял с земли нож, прижал лезвие к подбородку незнакомца, приподнял его голову.

— Сам расскажешь, что здесь произошло, или ещё раз Тьму испробовать хочешь?

— Твари вы, — коротко и зло выплюнул тот. — И ты… ты — один из них. Строишь из себя защитника. А сам-то!.. — он помолчал немного, тяжело дыша, и, оглядев столпившихся вокруг воинов, добавил громче: — Не слушайте его! Он не наш! Не человек!

Ольф ударил пленника сапогом в спину, и он со сдавленным вздохом сунулся вперёд. Эйнар брезгливо отступил на шаг.

— Следи за языком, — холодно процедил он. — Приказы здесь отдаю я. Последний раз спрашиваю: сам расскажешь, что здесь было?

Бродяга зарычал, рванулся вперёд, нечеловеческим усилием вырвался от державших его и кинулся на Эйнара. Однако тот невозмутимо перехватил его запястья, слегка толкнул назад и швырнул на землю, а сам встал на одно колено, не отпуская его.

— Держите, — коротко приказал лорд Мансфилд. Уилфред и Альвис, тот самый парень с волосами цвета пшеницы, которого подпускал к себе конь правителя, прижали пленника к земле с обеих сторон. Эйнар прикрыл глаза, сжал виски бродяги. Тьма молнией выстрелила из-под его ладоней, ударила прямо в лицо пленнику. Тот вдруг дико закричал, взвыл, дёрнулся в железных тисках сильных рук, начал вьюном извиваться в снегу, поднимая белоснежную пыль. Ивенн испуганно охнула, зажала себе рот ладонями, но не смогла отвести глаз от этого зрелища. Через некоторое время ужасный крик сорвался на визг, отчего окружающие невольно поморщились, а потом перешёл в едва слышные, сдавленные стоны и вовсе затих. На земле, прямо перед ним, сгустилось облако Тьмы, соединилось в ровную гладкую поверхность. Ивенн не без страха узнала зеркало, которое показало ей правителя и Уилфреда впервые.

22. Проводник

В зеркале Тьмы отразились не люди, стоявшие вокруг, как и следовало ожидать. Сначала там замелькали какие-то тени, потом появилась деревенька, ещё не обгоревшая, занесённая тонким слоем снега. У колодца, расположенного в самом центре, мелькнула огненно-чёрная сфера, начала расширяться, увеличиваться и, наконец, выплюнула огромную тёмную тень, принявшую человеческие очертания. Картинки сменяли друг друга так быстро, что сам правитель и все остальные едва успевали рассмотреть их. В хороводе пляшущих теней нельзя было ничего опознать точно: это был огромный клубок Тьмы, в котором изредка проявлялись то крылья, то длинные скрюченные пальцы, то сверкающие красные глаза.

Чёрная неоформленная тень подплыла к бродяге. Из-под складок плаща появилась высохшая костлявая рука с неестественно длинными пальцами, бродяга протянул руку в ответ. Ладони соединились, на неистово-белый снег закапала кровь, багровые пятна застыли на ледяной корке. Обладатель нечеловеческих рук сделал движение, будто дёрнул за невидимые верёвочки, и бродяга, низко склонив голову, подошёл, дёрнулся, как тряпичная кукла, остановился, приложил ладони к пылающей и бешено вращающейся сфере. Та понемногу остановилась, раздалась в стороны, из неё потянулись уже знакомые чёрные лепестки. Человек рухнул на спину, тени потянулись через него. Когда первая из них коснулась крыльца одного дома, его тут же охватило зарево пожара. В следующий миг огонь полыхал уже вовсю, деревенька будто ожила, люди метались, как растревоженные муравьи, а тени принимали самые разнообразные очертания, становились похожими на собак с драконьими хребтами, на огромных летучих мышей с человеческими руками, змей с широкими капюшонами. Они набрасывались на жителей деревеньки, поджигали всё, что попадалось им на пути, оставляли на снегу чёрные полосы копоти, сажи и крови.

Из одной избы, у которой уже горела кровля, выбежал человек в зелёной свитке — очевидно, хозяин. Чёрная тень в капюшоне, замершая перед открытым проходом, указала в его сторону, и бродяга, хранитель Тьмы, выхватил из-за пояса нож, метнулся к нему, но не успел: его отбросило назад мощным потоком Света. Серебристые нити тянулись из рук вышедшего на крыльцо человека, останавливая Тьму, разбрасывая в разные стороны жуткие её порождения. Свет коснулся и самой большой тени, оплёл её, словно паутиной, и толкнул в проход. Пылающая сфера запечаталась и растворилась в воздухе. Тени сплелись в неистовой пляске, как снежинки в бурю, и пропали.

Зеркало растаяло. Эйнар медленно поднялся, пошатнулся, словно не чувствуя земли под ногами. Уилфред тут же вскочил, встал так, чтобы он мог в случае чего опереться на его плечо. Правитель был бледен, на висках и лбу, прорезанном суровой складкой, выступили капельки испарины.

— Воды, — тихо сказал он. Кто-то подал ему флягу. Тишина стояла такая, что, казалось, слышно, как искрится тонкий слой снега под блёклыми лучами зимнего солнца.

— Он мёртв? — наконец осмелился спросить кто-то из отряда.

— Нет, но теперь точно стал безумцем, — ответил правитель. — Он мне больше не нужен.

С этими словами он отошёл от человека, скорчившегося в очередной судороге, и внимание его переключилось на пострадавшего поселянина. Тот уже почти пришёл в себя, взгляд его стал осмысленнее, движения — живее, легче.

— Альвис, у тебя самый быстрый конь, гони в Йорен вперёд нас, тут недалеко. Скажи, чтобы срочно прислали кого-нибудь сопроводить его, — он махнул в сторону лежавшего на земле мужчины, — в деревню. Ему нужен лекарь и покой, он будет жить. Ольф, останься, пригляди за ним. Остальные — со мной.

С этими словами он вернулся к своему коню, легко взобрался в седло. Все, кроме Ольфа, начали проверять подпруги, длину стремян. Альвис уже умчался, едва получив приказ.

Следующими после Ситхи лорд Эйнар хотел проверить Сулу и Йорен, поселения, располагавшиеся в нескольких милях от тех краёв. Некоторое время оставшиеся девять человек ехали молча, поражённые увиденным и услышанным. Ивенн долго не могла совладать с собой: перед внутренним взглядом всё стояли злые, колючие глаза оборванного бродяги, жуткие раны на теле хозяина избы, нанесённые Тьмой, а в памяти всё ещё оставался удушливый сладковатый запах, стоявший в тесной задней клети. И полуживые тени, потерявшие всякие очертания…

— Милорд! — она заставила свою Кайлу идти чуть быстрее и нагнала правителя. Лорд Эйнар молча обернулся. — Объясните…

— Всё очень просто, малыш, — вздохнул он. — Где-то здесь, в Ситхе, приоткрылись врата Нави. Один… одно существо сделало это с помощью человека, хранителя Тьмы. Проще говоря, тот, которого я заставил говорить, стал проводником тёмных сил, открыл врата с нашей стороны, вероятно, ему что-то пообещали. Тьме не удалось пробраться дальше, потому что нашёлся хранитель Света, тот, которого спасла ты. Он закрыл их.

— Я? — девушка недоверчиво улыбнулась.

— Если бы ты не сказала, что в доме остался кто-то живой, мы бы не пошли проверять, — отозвался лорд Эйнар.

— А что вы сделали с проводником? И что за существо, о котором вы говорите?

— Дух Нави, — коротко ответил правитель. — Свартрейн. Вряд ли ты о нём что-то знаешь.