Твой путь (СИ) - Кононова Татьяна Андреевна - Страница 9

— Спасибо, — прошептала Ивенн. Дыхание сбилось, сердце ощутимо зачастило, и она глубоко вздохнула. Незнакомец всё ещё не отпускал её рук. Капюшон упал с его головы, и девушка смогла, наконец, разглядеть его лицо — тонкое, заострённое, как будто бы землистого цвета. В полутьме его глаза, светлые, голубые, словно вода в горном озере, вдруг показались двумя ясными звёздочками. Девушка даже забыла о том, что хотела сердиться на него за то, что он, вероятно, подглядел, как она купалась в водопаде.

— Кто ты? — тихо спросила она, ещё раз подняв на него взгляд. Она уже не боялась, скорее, была удивлена такой встречей, ведь об этом маленьком пятачке среди скал знала только она одна.

— Не помнит… — огорчённо прошептал юноша куда-то в сторону и снова взглянул на Ивенн. — Меня зовут Иттрик. Прости, пожалуйста, ежели напугал.

— Нет-нет, — растерялась девушка и слегка сжала его руку. — Нисколько. Ты… знаешь меня?

— Не уверен, — тихо ответил юноша. Ивенн и сама удивилась тому, насколько у него был необычный голос — тихий, прерывающийся, будто он постоянно чего-то боялся. — Скажи, тебя ведь Славкой звать?

Славка… Что-то отчаянно знакомое шевельнулось в глубине души, стоило ей услышать это имя. Девушка прислушалась к себе, даже глаза прикрыла, но — ничего. Пустота. И она, слегка улыбнувшись, отрицательно покачала головой.

— Ты меня, верно, с кем-то путаешь. Меня зовут Ивенн. Да и я тебя никогда ранее не видела.

— Видела! — воскликнул юноша, заглянув ей в лицо. — Ты, Хранительница Тьмы и Света, Славомира, Славка, неужто ты и вправду ничего и никого не помнишь?

Девушка слегка нахмурилась. Странный он всё-таки… Называет её чужим именем, требует — даже не требует, а умоляет, — чтобы она его вспомнила…

— Хранительница? О чём ты?

— Протяни руки, — велел Иттрик и сам вытянул её руки вперёд, ладонями вниз. — А теперь подумай о хорошем.

— О чём?

— Не знаю… Но обязательно о хорошем.

Ивенн напрягла руки и задумалась. О хорошем… Что же с нею происходило хорошего из того, что она помнит? В памяти невольно всплыл тёплый вечер, один из многих, когда они собрались все вместе, втроём. Йоханн работал на гончарном кругу — заканчивал брошенный глиняный кувшин, а Уна вместе с самой Ивенн взялись за рукоделие. Девушка только удивлялась тому, как у хозяйки быстро и ловко крутится веретено, как ровно и мягко ложится белоснежная куделька… Заметив это, Уна поменялась с нею местами и, сперва взяв её руки в свои, начала делать всё то же, что делала и сама, а после — отпустила. Ивенн вспомнила тот восторг, с которым взглянула на добрую женщину, когда начало получаться. Вспомнила теплоту рук Уны, пристальный и ласковый взгляд Йоханна… Иттрик с замиранием сердца ждал, что вот-вот из-под напряжённых ладоней девушки вырвутся яркие сполохи Света, однако этого не произошло. Что-то тёмное, дымчатое выскользнуло из-под широких рукавов, потянулось к воде и окутало маленькое озерцо. Ивенн испуганно отпрянула, но любопытство пересилило страх, и она осторожно подошла к самому краю.

Над гладкой и до прозрачности чистой поверхностью озера потянулся тёмный дымчатый покров, а потом он начал мутнеть и, наконец, превратился в нечто вроде зеркала. Однако в нём отразилась не сама Ивенн и даже не Иттрик, стоявший к нему ближе. Сначала появившейся картинки невозможно было разобрать, а потом девушка поняла, что это — полутёмная комната с высокими потолками, где за столом сидит человек в чёрной рубахе, задумчиво сжав виски ладонями и глядя куда-то перед собою. Подле него стоит кто-то ещё, то ли помощник, то ли друг, и внимательно смотрит туда же, куда и он, не спуская глаз. Когда Ивенн заглянула в зеркало, оба резко обернулись. Глаза человека в чёрном на какое-то мгновение посмотрели прямо в душу девушке, и вдруг изображение пропало, растаяло, словно в тумане.

— Что это? — поражённо выдохнула Ивенн. Иттрик задумчиво нахмурился.

— Не знаю… Я хотел напомнить тебе о том, как ты умеешь владеть Светом. Но то, что сейчас было… Это вовсе не Свет, это… это Тьма…

Иттрик грустно вздохнул, провёл по лицу обеими ладонями, запрокинув голову. Этого и следовало ожидать. Она здесь. Пришла по собственной воле — он успел заметить на её левой ладони маленький ровный шрам. И, конечно, ни о чём не помнит. Юноша прислонился спиной к высокой скале и закрыл глаза. И отчего, отчего он раньше не догадался? Разве теперь это всё чего-то стоит? Прежней Хранительницы больше нет. Это совсем другая девушка, у неё другая жизнь, и он здесь лишний… Впрочем, как и всё то, что она забыла — так зачем же ей тогда всё вспоминать? Из невесёлых, беспросветных мыслей его вырвало лёгкое прикосновение к руке и негромкий голосок:

— Кто бы ты ни был, тебе просто необходимо отдохнуть. Ты едва на ногах стоишь. И голоден, ведь так?

Ивенн улыбнулась и потянула его за руку. Казалось, ей было совершенно всё равно на случившееся. Светом ли она владеет, Тьмой… Как же к этому можно оставаться равнодушным? Иттрику ничего не оставалось, кроме как просто пойти за ней.

Вопреки ожиданиям, Ивенн не молчала угрюмо, глядя на тропинку, вьющуюся под ногами и пестреющую шалфеем и вереском. Лёгкая тень рассеянной улыбки блуждала по тонким, крепко сжатым губам её. Девушка показалась Иттрику даже красивее, чем была раньше; какие-то неуловимые изменения произошли с нею, он не мог объяснить, какие именно, их нельзя было заметить сразу, но они были. То ли в негромком, мелодичном, спокойном голосе, то ли в пристальном взгляде тёмных глаз, чуть прищуренных, то ли в изящных, непринуждённых движениях. Это была та девочка, что являлась ему во снах каждую ночь, она — и в то же время не совсем она.

— Куда мы идём? — наконец решился спросить Иттрик.

— Здесь неподалёку есть трактир, — с готовностью отозвалась Ивенн. — Я там… живу. Йоханн и Уна, хозяева, были так добры и дали мне приют на время.

— На время? — переспросил он. — Куда же ты пойдёшь… потом?

— Не знаю, — усмехнулась Ивенн и заправила за уши тёмно-русые прядки, разбросанные ветром. — Как судьба велит. Быть может, останусь и буду помогать им и дальше… Не знаю.

Они переглянулись. Иттрик смотрел на неё, не узнавая, так недоверчиво, с таким непониманием, что она даже невольно покраснела и засмеялась.

— Ну что ты? — её маленькая ладошка скользнула в его руку. — Пойдём!

* * *

Они не удивились, когда прямо посреди комнаты сверкнуло что-то тёмное и постепенно превратилось в широкое округлое зеркало. Только в нём, как и в том, что накануне образовалось на волнах, отразились не те, кто сидел напротив. Обернувшись и присмотревшись, Эйнар увидел водопад и небольшое горное озеро, окружённое острыми скалами и густыми зарослями. По ту сторону, на каменистом выступе, стояли двое — юноша в сером плаще и девчонка в тёмно-синем холщовом платье.

— Это она, милорд! — воскликнул Уилфред, когда девушка изумлённо заглянула в тёмный круг и тут же отпрянула, на какую-то долю секунды встретившись взглядом с правителем. — Руку даю на отсечение, она!

— Будь добр, оставь свою руку для себя, она тебе ещё пригодится, — нахмурился Эйнар и, едва зеркало рассеялось, поднялся и поправил широкий кожаный пояс. — Тьма проявилась впервые. Девочка напугана, видно, владению Тьмой её ещё никто не учил. Она нужна мне как можно скорее.

Эйнар нетерпеливо протянул руку. Как он ни старался себя сдерживать, Уилфред заметил, как нелегко ему даётся спокойствие, и протянул руку в ответ. Лорд Мансфилд прикоснулся к его запястью. Из-под его пальцев вырвались чёрные дымчатые нити, на мгновение окутали руку Уилфреда, оставили небольшой чёрный след в виде птицы, раскинувшей широкие крылья, и пропали. Эйнар стряхнул остатки Тьмы с ладоней.

— Что это, милорд? — Уилфред поднял руку повыше к глазам и рассмотрел необычную татуировку.

— Она поможет тебе найти Хранительницу, — ответил правитель. — Сдаётся мне, она сейчас находится в горах Флавиды или где-то в окрестностях.

Снова посмотрев на своего друга и первого помощника и встретившись с его удивлённым и недоумевающим взглядом, Эйнар невольно улыбнулся.