Терминатор 1965 (СИ) - Осадчий Алексей - Страница 83

И сейчас, прихватил на правое предплечье и в сторону от оркестрика отводит, не иначе по душам поговорить собрался.

А тут уже интересно. Чувак явно косит под подвыпившего, хотя с координацией всё в порядке, если и пошатывается, так то театр местечковый, на придурков рассчитанный.

–  Хорошо, Константин, более не кину взора на вашу даму.

–  У, да ты ссыкло? Пойдём выйдем, ссыкло, по мужски поговорим.

Однако, однако. Игорь Никитин явно непохож на чмо какое хилое, – высок, статен, широкоплеч. По темноте даже компании хулиганов не цепляют, спокойно прохожу мимо развязной, зачастую шпанистой молодёжи и ничего. А тут такой наезд. И ведь знает, сучонок, кто я, что я…

Лёгким тычком в солнечное сплетение отключил нахала на полторы-две минуты, аккуратно усадил на диванчик в коридорчике, пускай воздух глотает, дыхание восстанавливает. Быстро прошёл к гражданке Майоровой.

–  Анечка, что за хрень. Кто он такой твой новый хахаль? Или, не такой уж и новый?

–  Мы с Костей вместе учились.

–  Эва как, значится, парнишка закончил иняз. Какие языки то изучал наглец?

–  Европейские. Английский и французский. Где он? Ты что-то с ним сделал?

–  Где работает твой Костик? В ГэБэ?

–  Не знаю. То есть, скорее всего, там.

–  Давно его не видела? Вчера-сегодня поди объявился?

–  В-в-вчера. Ты что с ним сделал, идиот?

–  Ничего не сделал, на диване отдыхает, утомился.

–  Дурак! Костю от КГБ в Спорткомитет направили, чтоб присматривал, согласовывал поездки в капстраны. У него отец ещё в НКВД генералом был.

Эх, прошай, Мексика! Но что сделано, то сделано.

Вернулся к дзержинцу, на удивление быстро восстановившему дыхалку, незаметно от откружающих влепил оппоненту в «солнышко» второй раз. Пока Константин Павлович Степанюк, капитан КГБ (по ксиве, из внутреннего кармана пиджака извлечёной, судя) отплёвывался, аки рыба на суше ртом дыша, прикинул варианты дальнейшего развития карьеры в Госкомспорте. Пока ничего страшного я не совершил – бил то не офицера госбезопасности а хама и буяна, перебравшего на свадьбе, все видели не вполне адекватное поведение Костика, не раскусили, дескать чекист на задании, посчитали обычным пьянчугой. А как при буйствующем хулигане удостоверение обнаружил, так сразу: «разрешите доложить, товарищ капитан»…

Может и прокатит, смотря какой степени говнистости окажется гражданин-начальник Степанюк. Ну да времена не сталинские, как-нибудь отобьёмся. Реально, конечно, закодировать чекиста, он и помнить ни хрена не будет. Но после случая с Цвигуном не могу заставить себя уродовать психику и мозги людям. Сам триста лет без малого в рабстве у искусственного интеллекта провёл, помню боль страшенную, когда пытаешься, пусть даже и мысленно, противостоять разумной машинерии. А тут сам начинаешь аки безжалостный Скайнет работать. Нет! Только в самом крайнем случае, когда совсем припрёт.

–  Очухался, капитан? Держи удостоверение и ответь, на кой ляд комедию ломал, пьяного ревнивца изображал? Провокация? А смысл? Настучал бы тебе по роже, хорошее начало карьеры в Спорткомитете.

–  Анька рассказала? Дурында.

–  Не она, ты дурень, что бабам ценную информацию выкладываешь.

–  Кто же знал, что так обернётся. Я мастер спорта по самбо и по боксу перворазрядник, но как бьешь, не увидел. Покажешь?

–  Мы ж Спорткомитет всего СССР, держим марку! Покажу, как не показать.

–  Тебя цеплял, потому что надо к среде объективку составить – выпускать Никитина Игоря Владимировича одна тыща девятьсот сорок второго года рождения за границу или приземлить в Отечестве.

–  И что?

–  И то! Надо посмотреть насколько «клиент» адекватен в нестандартных ситуациях: вспыльчив, зависим от алкоголя, умеет выпутываться из конфликтов. Свадьба идеальный вариант.

–  Ну да, ну да, какая же свадьба без драки.

–  Примерно так.

–  Не буду спрашивать – выдержал экзамен или нет, похрен абсолютно на загранкомандировки. Кобзон вон с Высоцким пускай едут спортсменов подбадривать, мне и на Родине хорошо.

–  Патриот, – криво ухмыльнулся раскрытый чекист, – ну-ну.

–  Мальчики, я вас потеряла, – Анна Сергеевна во всём великолепии предстала перед двумя претендентами на её прелести, – как вы, всё нормально?

–  Всё замечательно, Аннушка, ступай за стол. Мы с братом молочным немного потолкуем и подойдём.

–  С кем? – Аня через секунду поняла метафору (дуры на престижный иняз в столичном вузе не поступают) вспыхнула маковым цветом и ретировалась, сексуально покачивая бёдрами.

–  Шутник, – зло констатировал Константин, – тут вопрос не только в загранке, могут и попросить из Спорткомитета, поедешь в родное дальнее Подмосковье коровам хвосты крутить.

–  Так серьёзно?

–  А как хотел? Скажи Гречко спасибо, что не повязали за стишки антисоветские, под наблюдением оставили. Но если пойдут в Чехословакию наши, будь готов, что отправят в санаторий ведомственный, наш или армейский, на пару-тройку недель. Чтоб писал исключительно правильные вещи и под присмотром.

–  Да это как раз понятно. Другое никак в толк не возьму. На кой ты, Джеймс Бонд недоделанный, начал знакомство с коллективом, в котором возглавишь первый отдел, с пьяных кривляний на корпоративе?

–  Где-где? – капитан аж подобрался, – что за словечко такое?

–  Ты чего Костя, шпионов по методичке ищешь? Среди тех, кто иностранными словами свободно оперирует, водку пьёт маленькими глотками и тому подобное? Я с Цвигуном немного общался, в курсе ваших дел.

–  Для тебя Цвигун не плюс, а огромный минус, – ого, а самолюбив начальник первого отдела Госкомспорта капитан Степанюк, ой самолюбив, – будь готов, что вышлют из Москвы.

–  За Можай? На сто первый километр?

–  Ты знаешь, Никитин. Сам не корчь Джеймса Бонда. По ниточке ходишь. А я среди тех, кто может её и чик-чик.

–  Понял, капитан. Не бухти, пошли к столу, а то пани Майорова вся истерзалась…

Наше мирное возвращение, без мордобития, отметили не только Анечка, но и иные гости, в том числе и Павлов. Сергей Павлович точно в курсе, кто шпиёнов в его конторе искать назначен. На публику работая, дружно опрокинули с Константином по стопке за молодых, заработали ножами-вилками.

Барышни, ожидавшие драки между двумя Анькиными хахалями, разочарованно цедили винишко. Да, про вино «Лана» спросили раз пять, но поскольку в компетенции Никитина, изрядно погусарившего во Франции никто не сомневался, приняли на веру байки о дивном вине, выделываемом виноградарями Италии и Франции.

Сука, что теперь делать. Вряд ли операция «Дунай» будет остановлена из-за моих, точнее евтушенковских строчек. Следовательно, какое-то время придётся прохлаждаться в компании крепких неулыбчивых ребят на закрытой «даче». Хорошо ещё, если не на «даче показаний». Предпосылок к смягчению политики Советского Союза в отношении пражских заговорщиков не наблюдается. Сейчас второе августа, нет, уже полчаса как третье, меньше трёх недель остаётся до «времени Ч». Рискнуть, пробиться к Гречко и «кодирнуть» маршала. Но после случая с Цвигуном вычислят на раз-два, хроноаборигены, они не пальцем деланные.

Капитан Степанюк исполнив задачу «прощупать» гражданина Никитина, интерес к пьяно-разгульному мероприятию утерял и через четверть часа откланялся, немного пошушукавшись с Павловым. Вот же сука, халявщик. На мои 15 рублей пил-ел, мою женщину лапал и сбежал, как там, у Звездинского, про жадных похотливых комиссаров ведущих по кабинетам наших девочек.

Однако ж Анну Сергеевну до дома придётся мне «трелевать», ибо набралась весьма и весьма весёлая переводчица. Эх, «переводим мы любовь с итальянского», приобнял Анюту за талию, набросил пиджак на плечи даме, пошли, провожаемые завистливыми взглядами женской половины коллектива. Как же: «Повезло Аньке, с одним любовником пришла, со вторым ушла, а дома ещё муж: ждёт». Наверняка так думают милые советские женщины, вслед нам глядючи.

Ночи августовские в Москве прохладные, спутница куталась в пиджак, такси поймать не получалось.