Буранный год (СИ) - Юленков Георгий "Коготь" - Страница 38

   Василия за тот выход для порядка выругали в штабе. Но не сильно куражились, все же, ни людей, ни оружия, он не потерял. Учеба батальона продолжалась. Отрабатывали удары лыжными частями на специально построенные тренировочные "хутора" и "деревни". Видели тренировки частей ОСНАЗ и сами с ними частенько в снегу 'вальсировали'. А потом война, наконец, вылезла из подполья. Василию пришел приказ, временно оставив батальон на заместителя, прибыть в штаб к главному разведчику корпуса. В разведотделе благожелательно приняли его доклад о текущей боевой учебе батальона, и тут же озадачили сбором разведданных в ближних финских тылах.

  -- Значит так, капитан, твое хорошее знание финского языка, лыжная подготовка и разведопыт в самый раз тут будут. На той стороне тебя сразу пара дел ждет. Местная агентура должна передать нам захваченного финского офицера. Ты им отдашь две радиостанции, медикаменты, продовольствие и взрывчатку. Причем, все это богатство аккуратно спрячешь и следы запутаешь, чтобы ни одна финская борзая не распутала, и не нашла. А наши чтобы все получили. Твой комдив говорил, что по лыжным рейдам и по запутыванию следов ты спец большой. Не шутил он часом?

  -- Следы путать хорошо умею, товарищ подполковник. Поляки не жаловались. Да и здесь жизнь заставила, научился северным премудростям. Справлюсь.

  -- Тогда, добре, комбат.

  -- Мне как, своих в рейд брать, или?

  -- Своих, ты пока на месте оставь. Туда вас с неба положат, поэтому я тебе других дам. Парни бывалые, даже кой-чего и подсказать смогут. Ты же сам, небось, автожиров и в глаза не видывал?

  --- Так точно, про автожиры только читал. Зато парашютные прыжки с У-2 освоил на отлично.

  --- Ну, значит, точно справишься. Езжай ка, давай, с сопровождающим на базу ОСНАЗ, знакомься со своими будущими напарниками в этом рейде.

  --- Есть ехать знакомиться, товарищ полковник!

   Мотоцикл с коляской довез Маргелова до расположенного на заснеженной поляне медсанбата. Капитан зашел в белую палатку с крестом и, прищурившись, огляделся. Сидящие военные подскочили со своих мест, при виде вошедшего начальства. Керосиновая лампа давала не слишком много света. На деревянных нарах лежали свернутые матрасы, а между ними были аккуратно выложены на газету четыре финских пистолета-пулемета с вставленными круглыми дисковыми магазинами и запасными в подсумках на портупее. С другой стороны лежала разложенная по комплектам финская военная форма. На печке-буржуйке стоял котелок, и благоухал одуряюще вкусным после мороза и мотоциклетной поездки мясным ароматом.

  --- Ну, здравствуйте товарищи!

  --- Здравия желаем, тащ капитан!

  --- Зтрафияя шелаем, тфариищ комантиир.

  --- Давайте, товарищи, знакомиться. Капитан Маргелов. Командир разведывательного лыжного батальона.

  --- Старшина Гнатюк. Прикомандирован из 212-й бригады десанта.

  --- Сержант Ильинский - снайпер. Прикомандирован из 214-й бригады десанта.

  --- Лейтенаант Сиулво. Прикомантироован из батальо-она ОСНАЗ.

  --- Ну, значит, будем знакомы.

  --- Рады знакомству, товарищ капитан.

   Маргелов вгляделся в лица. Парни и впрямь были спокойные. Никто не лебезил и зря суеты не наводил. И в ответ глядели спокойно и уважением. Такие должны дело знать, а надежность сейчас была на первом месте...

  --- Взаимно рад. Товарищи, подходящий для задания опыт, какой у кого имеется?

  --- Так точно, имеется, товарищ капитан! Мы с Вик... э-э с товарищем старшиной Гнатюком в Монголии вместе были. На Центральном плацдарме с ТБ-3 парашютным десантом высаживались, понтонный мост захватывали...

  --- Там же и в рейд по тылам ходили. Да и Северный плацдарм тоже вместе сутки держали, тащ капитан.

  --- Вот оно как?! Стало быть, боевые друзья! Под чьим командованием служили на плацдарме?

  --- На Центральном плацдарме у командира десантной бригады майора Затевахина были. А Северным плацдармом майор Кольчугин командовал. Взводным к нам поставил лейтенанта Колуна из авиации погранвойск. Вот с ним за день почти десяток танков намолотили, и один даже захватили и в атаке использовали.

  --- Да и пеших с конными самураев накрошили знатно.

  --- Орлы! Весь опыт озвучен, или есть что добавить?

   Старший из орденоносцев, чуть поиграв желваками, покосился на друга и степенно продолжил.

  --- Что ж, можно и добавить. Лешку... в смысле сержанта Ильинского. В октябре в рейд за Львов выбрасывали. Ну, а мне еще под Люблином немного довелось между немцами и поляками окапываться. Трое суток там держались. Даже пару немецких панцеров сожгли. Потом уже нашим конникам позицию сдали...

  --- Гм. Неплохо. Ну, а ты, лейтенант?

  --- До училиища, в покраниичных войсках слушиил. Себеешшский покраанотряд. Здесь в Кареелии уушше была одна высаадка с автожиира. От свясноого расветчика паакет приниимал. Финский ясы-ык мне ро-оттной.

  --- Подходяще. Значит, выходит, у нас тут все с нужным опытом. Это радует. Сам я, товарищи, тоже в Польше отметился, здесь от снайперов чуток поползал, да и на границах еще раньше немного постоял. Было дело. Так что, получается, что все мы тут кругом соратники. Гм. Что-то там меня в твоих, Гнатюк, ответах меня удивило сильно? О, вспомнил! А, как это ты, старшина, под Люблином-то оказался?! Зона же германская вроде?! Кстати, и сам-то ты по немцам зачем палил?

  --- Да вот, пришлось, тащ капитан, на плечи панские погоны примерить. В Польшу-то меня временно к добровольцам в бригаду товарища Сверчевского записали. Благо польский, почти как второй родной знал. А вот, финскому языку нас в 212-й некому было обучить. Да и до этого как-то... не сталкивались.

  --- Хм. Вообще отлично у нас выходит, товарищи. А насчет языка будь спокоен старшина. Раз уж мы с лейтенантом финским владеем, значит проскочим. Но десяток обычных фраз и ответов на ходовые вопросы сегодня будете у меня заучивать. Поможешь ребятам с освоением, лейтенант?

  --- Ко-онечно, о че-ом раскоовор.

   Пятого и шестого попутчика им показали уже на аэродроме (эти должны были остаться во вражьем тылу). В финской военной форме все шестеро смотрелись плакатными вражинами. Аэродромная охрана косилась. Короткий инструктаж, и заняли места в кабинах уже загруженных аппаратов. Сердце улетело куда-то вниз, а голова неосознанно прижалась к борту, подальше от крутящейся над головой страшноватой 'мясорубки'. Но вскоре интерес пересилил, и даже пытался высовываться из кабины. Под прикрытием бомбежки и обстрела, стрекот автожиров был едва слышен. Летели-то всего ничего, но бока намяли прилично. Вылезли из тесных задних кабин, в которых пришлось скрючиться по двое, словно невольникам на судне работорговцев. Помахали руками, размяли ноги. Отвязали притороченные снаружи к фюзеляжу винтокрылого аппарата лыжи с палками, и выгрузили укрытые в нишах между кабин мешки с радиостанциями и с прочими 'подарками'. Пилоты жестами показали пригнуться и отойти подальше, после чего три автожира тут же пошли на взлет. А гул бомбежки и артналета тяжелых орудий все не утихал, едва подсвечивая восточную часть ночного неба. В этот раз осечки не случилось. Пропустив мимо несколько финских дозоров, удачно изобразили на дороге такой же дозор, перед мучающимся с мотором молодым местным 'гореводителем', которого строго отчитали, и пригрозили доложить по начальству о его головотяпстве. А сами, изощренно путая следы, дотащили нарты с грузом до указанного на карте схрона, и потом уже беспрепятственно дошли до места встречи на охотничьей заимке, где получили с рук на руки 'жирного гуся'. Одну ночь провели в лесу без костра, на сложенном в удобной ложбинке еловом лежбище. Намерзлись, отогреваясь вскипяченным на спиртовой таблетке чаем. Финна поили осторожно, чтобы успеть заткнуть ему глотку, если тот вдруг заорет. Следующим днем без помех нашли ориентиры, и вышли к площадке эвакуации. Вторую ночь пришлось снова просидеть в лесу без костра, было зябко и тревожно. Но темным зимним утром вовремя успели запалить костры, и вскоре услышали тихий стрекот подлетающих рукотворных стрекоз. Получасом позже, загруженные винтокрылые аппараты шустро поднялись с вражьей земли, и взяли курс домой. На этом те приключения завершились. С товарищами по рейду тепло простились, приняв на грудь 'по пять капель' коньяка. А сам Маргелов, на приданной штабной машине с парой здоровых 'комендачей', отправился в штаб, сдавать добычу, и писать представления на всех временных подчиненных. И, видимо, привезенный финн оказался ценным языком. Вскоре посыпались благодарности командования, а про сорванный из-за снайпера поиск южнее железнодорожной станции Аллакурти уже никто Маргелову больше не напоминал.