Ясный Огонь (СИ) - Юленков Георгий "Коготь" - Страница 68

***

Итоги срыва германского наступления оказались весьма благоприятными для планирования контрнаступления. Активность Люфтваффе сильно снизилась. В двух образовавшихся на местах германских ударов котлах окружений, добивались несколько дезорганизованных полков вермахта. Потери Войска были умеренные, но резервы были. В штабе Третьего 'Подкарпастко-Люблинского' армейского корпуса, внезапно прибывшего Заместителя Командующего Сил Поветжных знали хорошо. Давно уже прекратились глупые насмешки над возрастом, отсутствием систематического военного образования и недостаточным сроком службы этого офицера. Два года планирования Моровским сложнейших операций, личное участие в боях, немалый счет побед и полученные ранения, все это исключало снисходительную иронию в адрес двадцатидвухлетнего подполковника. Генерал дивизии Рокоссовский принял гостя без задержки. Между офицерами с лета 1940 установились вполне дружеские отношения, поэтому общались без чинов.

-- Как долетели, пан Адам? И как там нынче дела в Варшаве у крылатых соседей?

-- Нормально, Константин Константинович. Как говорится, 'вшистко пожонку'. ПВО мы там наладили, и к отражению новых массированных налетов готовы. Только не будет в мае серьезных налетов. Ну, и попутно подготовлен к посадочному десантированию восьмитысячный корпус резерва. Это, не считая трех тысяч подготовленных парашютистов... Я, собственно, к вам по вопросу планируемого контрнаступления.

-- Угу. Вы на прошлом совещании отстаивали южное и западное направления ударов. Только никаких аргументов своей позиции почему-то не привели.

-- Каюсь не привел. Зато теперь могу их предъявить. Правда, довести все это я имею право только лично вам и еще нескольким польским офицерам. Об этом пока никто не должен знать, даже старшие офицеры штаба вашего корпуса.

-- Вот как? Настолько все серьезно?

-- Серьезнее не бывает.

На стол перед генералом легла тонкая папка невзрачного серого цвета. Во взгляде хозяина кабинета мелькнуло удивление, тут же сменившееся интересом.

-- Я могу это просмотреть, и вернуть вам завтра?

-- К сожалению, нет, пан генерал. Вы читайте, а я подожду у вашего адъютанта.

-- Ждите здесь, Адам, я вас не гоню,

-- Благодарю.

Ожидание продлилось минут двадцать. К концу чтения, лицо командарма сильно побледнело. Спустя минуту на гостя уже глядел, не довольно молодой генерал, а усталый пожилой человек. Складки кожи углубились, во взгляде недоверие боролось с гневом и омерзением.

-- Это все... это проверено?

-- Так точно. Сведения достоверные. Причем начали они эти... мерзости, еще в прошлом году. Чешских детей, вот, убили совсем недавно. Возможно, еще не успели спрятать все концы в воду. Так что время дорого.

-- И поэтому вы выступили против Кенигсбергской операции?

-- Да, именно поэтому. Захватив малозначимые Дзялдово и Хелмно, и ударив, в обход Кракова, на Освенцим, мы должны будем расширить эти районы и удерживать их хотя бы пару недель.

-- Доказательства этого должны попасть в газеты?

-- Не только в газеты. Будет снят кинофильм 'Национализм людоедов'. Вообще то он уже снимается, помните то что обнаружили в освобожденном Жешуве? И в других городах и местечках. А потом... потом почти сразу будет суд? Первый из таких судов...

-- Суд?

-- Да, суд над военными преступниками. Такие суды случаются лишь один раз в столетие.

-- Даже так...

-- В составе уже создаваемой следственной комиссии будут работать советские, польские, чешские, немецкие, английские, французские, американские, датские, голландские, греческие, болгарские, румынские, норвежские, канадские, саамско-карело-финские и даже турецкие и китайские эксперты.

-- И ради этого нам нужно положить в землю несколько полков хороших солдат? А потом с трудом заново строить нашу оборону...

-- Ради того, чтобы осудить сами явления: ультранационализм, фашизм и нацизм. Чтобы никто в будущем не посмел считать себя хозяином чужой жизни. Чтобы никто не смел законодательно избавлять народы от 'химеры-совести' и устраивать геноцид других народов. И оборону мы сдержим. А там, может и война закончится.

-- Вы оптимист, Адам. И где этот ваш суд случится?

-- Не ваш, а наш международный трибунал над нацистскими военными преступниками должен будет пройти на маленьком клочке земли отвоеванной нами у Восточной Пруссии. И все это время войска должны будут держать фронт. Умирать под пулями и снарядами, отбивать атаки и контратаковать. Ненадолго и недалеко отступать, чтобы снова вернуть себе утраченное. Стоять и ждать приказа. Потом, когда приказ придет, можно будет отойти, но только после опубликования приговора и приведения его в исполнение в отношении захваченных в плен исполнителей. Ну, а Гиммлера, Гитлера, Геббельса и других берлинских мерзавцев, вешать будем потом. Когда все-таки попадутся.

-- А что станется с вашей Польшей? Ведь Гитлер за это не оставит тут камня на камне...

-- Он и так попытается это сделать. А вот, сумеет или нет... Это зависит от многих факторов, но я пока загадывать не берусь. Не знаю я, Константин Константинович! Есть надежда, что войну Германии после этого объявят сразу несколько ныне нейтральных стран. И что в Германии иссякнет поддержка нацистов. Как мы это сделаем, простите, но рассказать вам не могу. Поэтому, нам с вами нужно сейчас сделать это дело, а потом просто продержаться до осени.

-- Угум. Просто продержаться...

-- Зато если справимся, то нападение на СССР вообще не состоится! Если же нет... Вот, в этом случае, готовьтесь воевать без отпусков еще года четыре. И хоронить тогда мы будем, не несколько тысяч исполнивших свой долг профессиональных солдат и офицеров, а миллионы, а то и десятки миллионов солдат, офицеров и мирных граждан.

На следующем совещании в штабе Войска, план весенне-летней кампании против вермахта, был в жарких дебатах с высшим военным руководством вчерне согласован. Операции мобильных: мотопехотных, конно-механизированных и десантных частей в направлении упомянутых Моровским населенных пунктов, в плане значились как 'отвлекающие от направления главного удара, действия ограниченных группировок'. Еще одним из сюрпризов стали публикации в газетах стран Альянса о 'Великом британском предательстве'. Приведенной в статьях текст переговоров британцев с врагом был краток, и пестрел пояснениями. На первых страницах крупным планом выделялись совместные фото офицера британской разведки Клода Дэнси с одним из руководителей РСХА Эрнстом Кальтенбрунаром в швейцарской Лозанне, и заместителя Гитлера в НСДАП Рудольфа Гесса с ненадолго вернувшимся в Британию для консультаций послом в США Вудом Эдуардом 1-м графом Галифаксом на окраине ирландского Лисберна. На следующий день США объявили британского посла 'персоной нон-грата' с запретом въезда на территорию своей страны. Черчилль велел МИ5 отправить лорда Галифакса под арест, и начать расследование. Самому ему пришлось долго и нудно объяснять журналистам, что бывший министр иностранных дел и бывший посол в США находился в оппозиции к правящему кабинету и никого, кроме себя в Британии не представлял. Эта ситуация сказалась и на поставках в Соединенное королевство вооружения и боевой техники. Так заказ на новые истребители 'Мустанг' проходящие испытания в фирме 'Норт-Америкен', был аннулирован, 'до разъяснения всех обстоятельств дела'. В такой обстановке заседающее в Люблине польское правительство, самостоятельно обратилось к послу СССР, с инициативой о встрече с руководством СССР для заключения договора о протекторате. Что это за договор в Москве еще толком не поняли, но проведение встречи назначили в бывшей столице Российской Империи, а ныне столице Мировой революции, Ленинграде.

***

В середине апреля командира особого батальона СС 'Дирлевангер' Оскара Дирлевангера вызвали в Краков к руководителю СС и полиции в генерал-губернаторстве обергруппенфюреру СС Фридриху Крюгеру. Отношения с этим местным начальством у 45-летнего гауптштурмфюрера еще в марте не сложились. Поэтому ничего приятно от встречи Оскар не ждал. Ему до безумия надоели эти мелкие придирки к его 'методам умиротворения поляков'. Подумаешь, его парни расстреляли пару польских мерзавцев или евреев, потешились с местными школьницами, или обчистили костел. Ну и что?! Они же не в Германии, а на завоеванных землях, где все принадлежит победителям! Так нет же, эта толстая свинья Крюгер, повадился писать на его батальон гнусные доносы! Да и кому!? Группенфюреру Бергеру начальнику Главного управления СС, которому батальон Оскара был подчинен на прямую (к Краковскому гестапо он был лишь прикомандирован). Подъехав к зданию гестапо Оскар осмотрелся. Пригороды уже могла обстреливать польская дальнобойная артиллерия, но фронт в этом месте еще держался. В кабинет к Крюгеру его запустили сразу по прибытии. Негромко щелкнув каблуками, он доложил о своем прибытии и тут же был озадачен новым приказом. Слушал этот начальственный бред Оскар со снисходительно улыбкой. Обеспечить безопасность трем бригадам кинооператоров, с одной из которых нужно лично посетить Хелмно, и помочь собрать качественный киноматериал. И всего-то? Ерунда, а не задание! Кстати, в последнее время всей этой показухи стало многовато. К нему в батальон тоже приезжали киношники и заставили показывать технологию зачистки бунтующего села. Пришлось выполнять все их прихоти. Демонстрируя расстрел евреев, и сжигание построек огнеметами. Приказ рейхсфюрера о сборе методических материалов огласили недавно. Новое повеление о содействии в съемке учебных кинофильмов поступило только что. Ничего не поделаешь, придется соответствовать. Кстати, кинооператоры неплохие ребята, подумал Оскар. Недавно выкупили у него весь архив фотографий голых польских девиц и фрау, который парни успели нащелкать на свои 'лейки' с начала этого года. Уезжая эти 'кинохудожники' проставились его батальону коньяком, с такими можно дружить. В общем, задание не казалось сложным. Хорошо, когда фронт гремит невдалеке, но батальон не бросают под пули, а гоняют на поиски шпионов и саботажников, или на этапирование колонн польских пленных в ближайшие лагеря. Правда начальство этих лагерей стало каким-то дерганным, но это мелочи. Ну чего они придираются?! Ну шлепнули по дороге в Освенцим десятка два особо дерзких унтерменшей. Так вам же меньше работы! И вообще, сразу после этих танцев с киношниками, надо бы смотаться в Краков отдохнуть в офицерском казино. С последних поездок по польским местечкам ему перепало немало дорогих женских побрякушек, так почему бы не пустить их в ход? Командировку он сам себе может выписать, даже не оглядываясь на Крюгера. Зачем оттягивать это дело, дожидаясь пока поляки расшибут город своими пушками?