Алый снег охотника Лю (СИ) - Прядильщик Артур Иванович - Страница 29

— Неслыханно! Это…

— Именно! — Перебил я. — Сие неслыханно и неприемлемо! Внук Светозарного не имеет права быть замазанным в грязи коррупции! Наш богоподобный дедушка в мудрости своей правит честно и справедливо. И такие, как смердящий Жуман Цзы, не смеет даже прикасаться к потомкам Его! А уж предлагать взятку… — Я с сожалением покачал головой. — Что подумают о нас, потомках Его, если действия наши будут идти в разрез с Его словами и заветами наших великих предков-драконов?

— Разум моего господина востр, как легендарный меч народного героя Уя Липана, что разрубал горы! Мои люди так же проведают нечистоплотного Жуман Цзы, дабы выяснить, кто и зачем надоумил его на подобную глупость по отношению к внуку Ослепительного! Сделано это будет с осторожностью и в тайне. Не исключено, что и сам подлец ничего не узнает о нашем интересе! Но рано или поздно Небо покарает его! — Сделала паузу и вкрадчиво добавила. — И никто даже не подумает связывать несчастья в доме некоего Жуман Цзы с добрым именем моего господина!

Да-а-а… Ма У хороша-а-а! Намек и подоплеку дела поняла влет! И теперь я буду знать, кто стоит за тем чиновником-шариком и кто возжелал заполучить принца Лонг Фана в послушные марионетки. Ну, при условии, что Ма У так же хороша в действиях, как в понимании намеков.

А теперь — самое главное. И самое неприятное. И выглядящее со стороны крайне некрасиво… правда, целиком находясь в рамках парадигмы поведения здешнего правящего класса. Тем более — моего нынешнего уровня.

— Эти люди, — Я небрежно ткнул пальцем в сторону по-прежнему изображавших оловянных солдатиков Ри. — Уже оправились от гостеприимства Службы Государева Ока? Я слышал, что подобное гостеприимство нравится далеко не всем.

При этом мерзко усмехнулся и весело подмигнул Шихонг.

— Так точно, господин! — Поторопилась Ма У, кинув предостерегающий взгляд на девушку. — Эти люди полностью здоровы и готовы выполнять ваши приказы!

— Прекрасно-прекрасно! — Обрадовался я. — Ну, вот ЭТИХ и отправь в Банбу. И пока они не найдут моих ящеров — пусть даже не думают возвращаться!

Ма У поклонилась и повернулась к Ри:

— Вы слышали приказ нашего господина! Ри Джу! Ты старший и отвечаешь за выполнение! Спрашивать буду с тебя! И упаси тебя боги не выполнить приказ нашего доброго господина! Ты понял?

— Ши! — Резко кивнул мой знакомый «волчара».

Конкретно он, в отличие от своих сослуживцев и, как оказалось, подчиненных, смотрел на происходящее спокойно. Во всяком случае, во взгляде на меня не было ни осуждения, ни пренебрежения, ни брезгливости, как, например, у «мастерицы ядов» Ри Сахон. Смотрел спокойно и внимательно. Либо лицом владеет хорошо, либо ему плевать на происходящее (что вряд ли, учитывая взаимоотношения между «братьями» и «сестрами» в семье Ри), либо… понял.

Кстати…

— Ри Сахон! — Позвал я.

— Мой господин? — Торопливо поклонилась та, пряча взгляд.

— Маленькая безобразница Ри Бсанья — твоя ученица?

— Да, господин! — Кивнула Сахон. — Мелкая гадина посмела доставить моему господину неудобства?

— Ну, что ты! — Я даже всплеснул руками. — Напротив! Пробуя напиток, приготовленный старательной малышкой, я почувствовал великолепный аромат твоего жасминового чая! И буквально ощутил твое волнительное мастерство и мягкость твоих ручек, что готовили когда-то для меня сей волшебный напиток!

И препохабнейше подмигнул, добившись невероятного — покраснения щечек «мастерицы ядов». И — заработав мгновенный нечитаемый взгляд «волчары» Ри Джу. От этого взгляда даже холодок по позвоночнику пробежал. Что там было — укоризна или предостережение? Я так и не понял.

— Я сказал ей, что обязательно скажу ее наставнице, какая у той растет старательная и прилежная ученица! Уверен, когда Заноза вырастет, то будет такой же красивой, как ее учитель… и такой же смертоносной.

— Благодарю… господин. — Пробормотала в пол уже заметно красная девушка. — Надеюсь, еще не раз порадую господина своим чаем.

Я согласно покивал. И не стал уточнять, как именно Ри Сахон собралась готовить этот чай — используя свои ОСНОВНЫЕ навыки, или ограничится обычной заваркой «без сюрпризов»?

— Они больше не нужны, Ма У! — Я равнодушно отвернулся от Ри. — Отпускай их.

— Вы все поняли? — Спросила Ма У.

— Ши! — Тихо и слаженно выдохнули все шестеро.

— Выполнять!

— Бессердечный! — Цу.

— Подлый! — Хао.

— Негодяй! — Микки.

Это сестры только что выяснили, что с Шихонг мы, оказывается, были любовниками. А что? Сестры прямо меня спросили, я прямо им ответил. Честно, прямо и спокойно. Как говорят о свершившемся и уже прошедшем.

— Хм… девочки… — Тихо проронила Хана.

Сестры мгновенно утихли, потому что в тоне Ханы не было ничего хорошего… для меня.

— Фан-Фан… — Голос Ханы был серьезен. Очень серьезен. — Я не оспариваю твоего решения больше не иметь отношения с этой девушкой… но… должна тебе сказать…

Несколько секунд над столом висела тишина. Все затаили дыхание. Да что там — даже я напрягся. То самое «нехорошее для меня» в интонациях Ханы стало весьма… многообещающим и угрожающим.

— Эта девушка. Шихонг, да? — Хана замолчала, и я был вынужден поторопить ее кивком. — Она непраздна, Фан. Месяц. Не меньше.

Я несколько секунд пытался переварить. Потом дошло. Вначале взбесился, но тут же включил мозги, и облегченно выдохнул:

— Невозможно. Примерно декаду назад у нее были «женские дни». Это совершенно и абсолютно точно. После этого у нас с ней ничего не было.

Но Хана покачала головой, покосилась на Ма У, навострившую ушки (для нее беременность Шихонг тоже оказалась новостью), но все-таки пояснила:

— Ты забываешь, кем являешься. Обычные законы не всегда к тебе применимы. В меньшей степени, чем такие, как Шу Ливей, но все же…

Да она с ума сошла такое говорить при сестрах!

— Хао, Цу, Микки… оставьте нас. — Приказал я.

— Но, бра… — Начала было Хао.

— Племян… — Начала чрезвычайно расстроенная Микки.

— Вон! — Мой голос внезапно сел и получилось что-то среднее между рыком и хрипом.

Подействовало, сестры торопливо вымелись из-за стола… правда, присутствия духа не потеряли и успели утащить вазу с печеньем и две плошечки с разными конфетами. Дверь в комнату Микки громко хлопнула. Обиделись.

— Ма У, поставь защиту от подслушивания.

Я старался говорить спокойно, но вряд ли получалось — горло свело, а в воздухе плясали знакомые черные искорки.

Звуки с улицы и из коридора (и шебуршание за дверью в комнату Микки) — как отрезало. Показалось на миг, что я оглох.

— Сделано, господин.

— Продолжай, Хана. — Тихо попросил я, пытаясь успокоиться.

— Хм… — Та внимательно смотрела на меня… разочаровано. — Теперь даже и не знаю, господин Лонг Фан, стоит ли…

Н-да. Кажется, приехали. С другой стороны, так, наверно, получится даже лучше. Не то, чтобы Бейдао Хана, дочь верховной жрицы медведей, нуждалась в таких же… мероприятиях, как мелкая чиновница Шихонг, но мне так точно будет спокойнее. Надеюсь. Да?

Наши отношения с Ханой могли закончиться прямо здесь и сейчас, если б голос не подала Ма У:

— Вы позволите, господин? Я объясню.

— Говори.

Не знаю, чем она руководствовалась, когда влезла в разборки между господином и Хозяйкой. Я подумал, что Ма У, в отличие от меня понявшая смысл непонятных слов Ханы, сейчас объяснит все нормальным человеческим языком, но та обратилась к медведице:

— Госпожа Бейдао. Есть несколько способов защитить нечто дорогое от кражи или порчи. Например, дорогое можно спрятать. Дорогое можно охранять. Но один из самых лучших способов — сделать так, чтобы все подумали, что это дорогое — вовсе не дорогое, а дешевое и совсем ненужное. Ненужное никому. И мой господин Лонг Фан прилагает все усилия для того, чтобы отвести внимание своих недоброжелателей от моей подчиненной Ри Шихонг. И плохие люди подумают: «Наверно, Лонг Фан охладел к этой невзрачной Шихонг, а то и с самого начала она была лишь мимолетным увлечением юного любвеобильного принца Лонг Фана. Ведь сейчас у принца Лонг Фана есть знатная красавица Хана Бейдао, чья красота затмевает прелести всех прочих женщин!» Мой господин очень мудр и предусмотрителен не по годам! Вот она — кровь настоящих драконов! — И тут же быстро добавила. — И, конечно же, техники разума великих медведей!