Вишневый Рай (СИ) - Вольная Риша - Страница 16

Мирослава вместе с боссом снова укатила в командировку, так что порцию поддержки напополам со смехом во всё горло получала по телефону.

— Ой, я не могу! Марена, ну, ты у меня та ещё гадина! Мужик её хотел и приставал — послала, теперь, когда отвалил, снова миллион претензий к несчастному!

— Ты его поди ещё пожалей, прижми к большой груди и помолись за судьбу этого самого несчастного! — в ответ парировала я, пока сама, пытаясь не угробить ноги, а точнее, высокие шпильки, скакала по стройке.

— Да я бы с удовольствием, но вставать между тобой и твоим Малышом опасная затея, да и физически не могу…босс домой не отпустит. Этот засранец очень боится остаться без юридической поддержки. Скоро меня с собой даже в мужской туалет таскать будет.

От представления Миры в названном месте начала улыбаться во весь рот. Она в роли матёрого юриста и сбившиеся в кучку у мраморной стены с писсуарами мужики со спущенными штанами и сжавшимися до размера изюминки членами. Так увлеклась, что чуть не лишила жизни новую пару обуви.

— Вашу ж… — ругнулась себе под нос, обходя одинокий кирпич посреди импровизированной дорожки.

— Девочка моя, а тебя где носит в обеденный перерыв?! Пыхтишь так и ругаешься, — тут же последовал допрос с пристрастием.

Любопытство подруги даже через телефонную трубку вытекало, главное на нём не поскользнуться.

— На работе я! На стройке… одни дебилки не предупредили, что придётся после встречи сразу ехать на объект, а другие дебилы зачем-то разбрасывают кирпичи и прочие строительные материалы по всему периметру, будто это конфитюр для тортика.

Что до первых, то этих завистливых сучек я уже вычислила, так что свою порцию моего гнева они получат. Непременно. Насчёт вторых, ничего не поделать… своими мозгом не поделишься!

— Я так понимаю, ты вышагиваешь по этим руинам во всём параде?! — сочувственно простонала девушка.

— О да! Мои любимые белые брюки за месячную зарплату уборщицы моего подъезда и твои любимые босоножки от «Gucci», которые мне мама подарила.

Стон боли донёсся из трубки. Мирослава меня понимала, так как тоже любила побаловать себя брендовой парой каблучков.

— Вот же сволочизм!

— И не говори.

На этой ноте со скорбящей моему горю подругой пришлось попрощаться, так как я приковыляла на нужное мне место. Беда с нарядом отвлекла девушку от начальной темы нашей беседы, Сокольском, но что-то мне подсказывало о скором продолжении этого разговора.

Как говорится, помяни чёрта!

Малыш собственной персоной стоял рядом с новым заказчиком и ещё тремя представителями сегодняшней деловой встречи, включая зама Майера. Судя по лицам этих бизнесменов, они наблюдают за мной в течение всего этого марафона с препятствиями.

— Классный наряд, Амато! Сейчас для полного комплекта выдам каску, желтую, — прокомментировал Никита, когда я уверенным шагом проходила мимо него.

Сволочь! Может, это он подстроил!? Так сказать, маленькое начало большого плана. Выждал время, якобы месть — это блюдо, которые подаётся холодным.

Отвечать ничего не стала, а гордо продефилировала мимо в здание. Мужчины гуськом последовали следом, о чём-то перешептываясь.

Пофиг! Меня сегодня невозможно вывести из себя! Не поддамся на провокацию всяких озабоченных личностей. Надо потом ещё выяснить у офисных куриц, кто их надоумил подшутить надо мною. Ранее я с ними особо не конфликтовала, так что этот неожиданный прикол вызывает недоумение.

Дальше встреча прошла относительно благополучно. Хотя, если честно, я ожидала подвоха и продолжения розыгрыша.

Господа бизнесмены с усердием расспрашивали зама Кирилла Анатольевича и Сокольского об условиях сделки и просили показать наглядно плюсы и минусы нашего сотрудничества, а я переводила, стараясь сохранять профессиональную улыбку. Хотя не обращать внимания на мужские снисходящие взгляды, когда я периодически запиналась и два раза чуть не свалилась с лестницы, было сложно. А ещё немного обидно!

В этом не было моей вины, а в уровне профессионализма я им нисколько не уступала. Жуткий полиглот с пяти лет, мне всегда нравились языки с их необычными особенностями произношения. Освоить новый язык для меня как открыть очередную волшебную шкатулку со сложным замком.

По окончани переговоров мышцы лица начало сводить судорогой от постоянного напряжения, но я не сдавалась. Не на ту напали! С моей высокой самооценкой всякие придурки не смогут выбить меня из седла уверенности.

Мы уже спускались на выход, когда произошла катастрофа по всем направлениям.

***

Я почти умерла! И родилась заново!!! Бля…я просто женщина-кошка!

Только получилась не кошка, а женщина-сокол! Так как, если бы не длинные руки и молниеносная реакция Сокольского, лететь бы мне двадцать один пролёт недоделанной лестницы. Или двадцать пять?!

Туфли меня подвели! Ну, или я их… тут сложно судить! Факт в том, что каблук ломается, моя правая нога подворачивается, и я пытаюсь освоить первый урок левитации собственного тела.

Нихрена не вышло! Надо было записываться на курсы заранее, а не вестись на экстрим-обучение. Лохотрон!

— Твою мать, Амарена!

Маты, впервые услышанные от Ника, да ещё так интимно в моё ухо, пробежали дорожкой дополнительного волнения по «вздыбленной» коже всего тела.

Где-то рядом раздались мужские сдержанные возгласы нашей труппы путешественников по строительному объекту. Видеть я их не могла, так как все скромные сантиметры моего модельного роста были просто намертво впечатаны в героическое тело моего спасителя Никитки.

От привкуса смерти на собственном языке меня подташнивало, хотелось просто потерять сознание.

Это в принципе не мешало больному мозгу оценить степень мускулистости, запах парфюма и тепла кожи в вороте расстёгнутой на пару пуговиц рубашки, куда уткнулся мой нос и другие части моего лица.

Я давно заметила, что Малыш всегда расстёгивает рубашки, как только предоставляется такая возможность. Душат они его что ли?!

— Господи, о чём ты только думала, когда так вырядилась на стройку? Сумасшедшая женщина! — также на ушко прошептали мне грозное признание.

Говорить я всё ещё не могла, но извилины с лихвой компенсировали этот дефект, генерируя мысли в два раза быстрее.

Кроме того, что мне стало понятно о невиновности Сокольского в розыгрыше офисных куриц. Уж слишком искренне звучало это отчитывание, и явно мужчина хотел добавить туда эпитетов в адрес моего ума и т. д. Так мне ещё казалось, что я чувствую, как дрожат его руки и даже немного голос.

И здесь пройди тест с одним правильным ответом.

Это от страха за меня?

От желания меня придушить?

От негодования, что за безопасность на объекте отвечает он, и за мою смерть первая голова на плахе правосудия полетит его?

Выбрать ответ не успела. К нам подскочил Кирилл Анатольевич с тупым, на мой взгляд, вопросом.

— Амарена Дарионовна, вы живы?

Естественно я жива! Раз стою на смотровой площадке, а не валяюсь в луже крови на первом этаже.

— Она в порядке. Испугалась и, скорее всего, потянула голеностоп, но это мелочи.

За меня ответил Ник, так как разговорчивая я была только у себя в голове. На деле не могла и пары слов выдавить.

Как только Малыш упомянул про мою многострадальную ногу, я действительно ощутила боль в правой ноге, которая сразу усилилась, когда я попыталась перенести на неё часть веса. Из-за отсутствия каблука передвигаться было ещё проблематичнее.

— Амарена, не надо напрягать ногу. Прекрати пытаться скакать, — снова зажужжал Сокольский. — Кирилл Анатольевич, вы с коллегами возвращайтесь сами, а мы сначала осмотрим травму девушки.

Я уже покинула островок безмятежного покоя на мужской груди и наблюдала, как процессия двинула на спуск, активно обсуждая, что в первую очередь надо сделать выполнение строительных работ безопасными. Ну, хоть один плюс от моего «почти падения» — основную лестницу оборудуют временными перилами.