Вишневый Рай (СИ) - Вольная Риша - Страница 22

«— A где же люди? — вновь заговорил Маленький принц. — В пустыне все-таки одиноко…

— Среди людей тоже одиноко, — заметила змея.»

Антуан де Сент-Экзюпери «Маленький принц».

И это правда!

На моём лице, видимо, отразились какие-то мысли, так как строптивая девица напротив прищурила глаза и строго высказала.

— Сокольский, уверена, что у тебя на уме нечто пошлое. Даже не мечтай!

— Ты ещё сама попросишь!

— Максимум поцеловать меня в зад.

— И это тоже!

— Ты придурок. Начинай драить палубу, Малыш!

Воткнув мне в живот найденные средства мщения так, что едва успел их перехватить, Амарена вернулась на диван. Я так понимаю, там будет наблюдательный пост.

Спешить мне было некуда, так что решил сначала немного раздеться. Поставил щётку и порошок на некое сооружение, напоминающее своим видом журнальный столик. Аккуратно снял пиджак, развесив его на спинку дивана, и принялся за рубашку.

За моими перемещениями непрестанно следили и нервничали.

— Сокольский, может, тебе ещё музыку в тему включить?! — тишина была прервана.

— Я, между прочим, неплохо танцую, — откликнулся я, снимая первую запонку.

— Ага! Видела! Танец заржавевшего робота с включениями элементов танца деревенского девятиклассника на первом в жизни свидании.

— Я тогда просто был не в форме. Обстоятельства мешали.

— В курсе, что плохому танцору и яйца мешают?! — почти нежно уточнила девушка.

Отвечать не стал, просто послал воздушный поцелуй. Спорить с Амато мы можем бесконечно, это я уже уяснил. Закатал рукава рубашки, нашёл старое пластмассовое ведро, чтобы набрать воды, и принялся за чистку пола.

Периодически оборачивался на стража порядка и, получая царский взмах руки на продолжение работы, возвращался к чистке.

По большому счёту мне даже нравилось. Монотонная работа успокаивает, физическая нагрузка снимает раздражение, даже есть время подумать. Думалось правда больше о сидящей позади меня девушке, а точнее, о планах по её приручению. Так просто Вишенка никогда не сдастся. Тут надо поработать!

В очередной раз повернулся к дивану, собираясь попросить развеять эту атмосферу тишины вперемешку со скребущими звуками зубной щетки.

Замер. Она спала. Мой строгий наблюдатель, приткнувшись в уголок дивана, совсем тихонько сопела.

У меня была мысль после завершения «уборки» открыть дверь и поехать домой. На улице уже почти ночь, а тут спать разве что на диване- крокодиле.

Накинул пиджак на девушку, и она ту же подтянула его до самого подбородка. Значит, мне не показалось, что Амарена во сне зябко поводит плечами. Было по-ночному прохладно, но, как по мне, вполне тепло и уютно.

Ушёл за перегородку, чтобы сделать пару телефонных звонков по работе. В отчётах парней с дома Майера и самого офиса ничего примечательного не было. Пока говорил, тоже начал зевать.

Тишина, позднее время и приглушенный свет от маленькой пыльной лампочки сделали свои дело. Направился обратно в комнату для обустройства моего тела на ночлег.

Вишенка спала, спрятав нос в пиджак. Устроившись в позе эмбриона на краю мебели, она уложила голову на высокий подлокотник.

Завтра у неё жёстко будет болеть шея, да и спина тоже. Я же буду крайним, и весь поток негатива достанется мне одному.

Хрена с два!

Осторожно, не приведи Господи, разбудить этого спящего почти ангела, сдвинул женское тело ближе к спинке дивана.

Разминирование бомбы и то дело более простое, но я с честью справился с непосильной задачей. Лег сам, на сколько хватило длины лежака, устроив сопящий комок поверх себя.

Амарена хмурилась и смешно, по-детски морщила нос во время укладки, но спала крепко. Она даже повозилась, устраиваясь поудобнее. Видимо, я, а точнее мое плечо и моя грудь, в роли подушки нравились ей гораздо больше, чем жёсткий диван.

Старался не думать о теплом дыхании девушки в районе моей шеи и ключиц, да и её тубероза навевала совсем не те мысли. Разглядывая макушку тёмных волос и расслабленное тело спящей, заметил на её спине тёмные очертания. Блузка немного оттопырилась сзади, что стало видно изображение чего-то. В комнате было темно, так что единственное, что смог разглядеть, что это тату в районе между лопатками. Нечто большое и витиеватое.

Даже интересно, зачем такая приличная девочка испачкала свою тело?!

Думал, что не усну и придётся лежать вот так до утра, но я ошибся. Угомонив возбуждение своих чресел, меня стало усыплять тепло тела и женское сопение.

Последней связной мыслью было, что утром по пробуждению дьяволенка я огребусь. Мои заслуги по устройству её более комфортного сна будут забыты, а меня отчитают за недомытый пол и своеволие в обращении с «невинным» телом.

Но это утром, а сейчас можно просто расслабиться и, как ни странно, просто и легко поспать.

— Сокольский, твою мать, что за хрень?!

Эхх, чёрт! Я был прав! Утро будет бурным!

Глава 8

Амарена.

Просыпаясь сегодня, чувствовала, что накосячила.

Во-первых, я спала поверх человека, так как тепло и четкое ритмичное сердцебиение спутать ни с чем нельзя. Во-вторых, это был явно мужчина, тут сработало внутреннее чутье. Но первые пункты меня не пугали, я ж не девственница-переросток и не синий чулок. Пугало, в-третьих, это был Сокольский, мать его за ногу!

Запах его парфюма я спутать уже ни с чем не могла! Да, и воспоминания о вчерашнем вечере возвращались достаточно быстро в просыпающийся мозг.

Каблук. Этаж. Закрытая дверь. Игра. Я уснула. Вот фиговая из меня вышла наблюдательница! Уснуть по середине отработки проигрыша.

Напрягало то, как я оказалась верхом на Малыше?! Это не входило в наши с ним планы, так какого хрена я пребываю в этой компрометирующей позе?! Явно, кто-то совсем страх потерял и теперь играет в жмурки со смертью!

Пробная попытка встать закончилась провалом. Тяжёлая мужская рука, лежавшая на мне, достаточно прочно фиксировала нижнюю часть тела, а руками я вообще ни до чего достать не могла. Куда не повернись везде или тело Ника или спинка дивана.

На эти барахтанья бабочки в сетях паука ответили похлопыванием по моей прекрасной заднице. Самоубийца!

Край терпения был достигнут и я взревела.

— Сокольский, твою мать, что за хрень?!

В ответ какой-то то ли выдох, то ли стон. Неужели от моего рёва этот гад не проснулся?!

— Амарена, ну чего так орать с утра пораньше?!

От его сонного и непривычно хриплого голоса я споткнулась на следующей обличительной фразе про домогания до беспомощных девушек.

Утро действительно было ещё очень ранним, солнечные лучи только еле еле показали свои первые полосы бледно-желтого цвета. И если задуматься, мне было комфортно и … хорошо. Как ни странно, не смотря на постоянные споры, ссоры и конфликты между нами, в данную минуту в душе было спокойно.

Наверное, именно поэтому я так легко отрубилась вечером. Если верить гипотезам психологов, то человек может уснуть только в атмосфере доверия. Это сродни животному инстинкту, который не даст расслабиться если рядом есть угроза.

— Это затишье перед бурей! Или ты снова уснула? — прозвучало сверху довольно нагло и бодро.

Месье надумал веселиться! Отлично! Сейчас встану, найду ту злосчастную зубную щётку и вставлю ему в … рот, чтоб не болтал.

Ногти я свои очень любила: холила их и лелеяла, так что длина и крепость этого женского оружия отвечала всем параметрам задуманного. Сколько есть силы с полной отдачей своим злым эмоциям я вонзила своих малышек левой руки в мужские рёбра, точнее между ними.

Это для такого тренированного тела было далеко не смертельно больно, но очень неприятно.

— Ох, вашу… — прошипел Сокольский и с лёгкостью Тарзана, прыгающего в фильме по лианам, сел вместе со мной.

Ура! Я снова в вертикальном положении!

— Амато, зараза, что за тонкий юмор?! Больно же!