Первый (СИ) - Киреев Кирилл - Страница 26

Половина селения была в огне, тёмные силуэты хищников сновали тут и там, ещё больше пугая островитян, они, прижавшись друг к дружке и ощетинившись копьями, тряслись в страхе и не могли ничего с собой поделать. К Форсту подбежал пард, оглядывая его заинтересованным взглядом, он, было уже, приготовился принять бой, как пард потеряв к нему интерес, побежал к людям. Парень с начала не понял, что происходит, но за тем осознал: это видение. Вот почему мутировавшие парды не обращают на него внимания, его здесь нет, но, тогда как они его видят, если его здесь нет? И как видит он? Это что получается, для того чтобы видеть глаза не нужны? А присутствие не обязательно?

Пока Форст раздумывал своё случайное открытие, смольный блэк развязал свои руки, и, выдернув из крыши жердь, принялся насаживать на неё нападающих. К удивлению северянина, у него это выходило не плохо, пара пробитых глазниц и шей, и вот он один деревяшкой уже убил больше тварей, чем та толпа с копьями. Видимо, он является воином. Воином…

Форст проснулся, явно осознавая, что это не сон. Он повернул голову к югу. В светлеющем небе был чёткий дымный след с другого конца острова, он проспал почти всю ночь, и теперь его тянуло туда. Туда, где был в опасности его собрат по оружию. Форст, спрыгнув вниз, добрался до утёса. Поднявшись по свисающим корням, он побежал в сторону дыма быстрее ветра.

Блэк уже потерял больше половины жерди, и остался с маленьким огрызком, которым он хотел перебить ещё парочку хищников перед смертью, но тут рядом с ним в крышу вонзился клинок. Прямой с сужением, таким на море мало кто пользуется, но подарки богов не обсуждают. Блэк выхватил меч и с утроенной силой обрушился на прыгающих со всех сторон пардов, отрубая им лапы и головы. Оружием он владел столь справно, что Форст чуть было, не пропустил атаку, засмотревшись на чернокожего раба.

Пропустив мимо себя парда, парень рубанул с плеча и помчался дальше. Зачарованный меч разрубил парда надвое, будто топор — молодую берёзку. Хаотично передвигаясь и нанося косые удары, Форст уже наматывал пятый круг вокруг хижин, за ним гнались уже с десяток тварей, но, когда они уже почти догнали, тот забегал в ближайшую хижину, и рубил всех, кто лезет за ним, повторяя раз за разом этот трюк, он выкосил уже больше половины уродцев. Смольный блэк, увидев непонятного белого, в одиночку расправляющегося с хищниками, что-то заорал и, спрыгнув вниз, принялся ещё яростней биться с осадившими его тварями, хотя казалось, что ускориться ещё больше уже невозможно. Его руки были исполосованы, на груди была глубокая рваная рана от когтистой лапы, но его атаки ничуть не убавили в силе. Как у того хватает сил сражаться, Форст не понимал, как и не понимал, что у него этих самых сил, тоже очень много. В прошлый раз дюжина таких вот мутантов загнала его на скалу, тот еле-еле унёс ноги. В этот же раз, он убил уже десятка четыре или пять диких кошек, и ничуть не устал при этом.

Толпа блэков, у большой хижины посмелела, и даже убила пару тварей, которые потеряли всю свою решительность и преимущество в сумерках. Рассветные лучи солнца уже почти пробились, и пардов было хорошо видно, а ещё лучше было видно белого и чёрного ублюдков, дерущихся с дикими пардами бок о бок. Толпа осмелела на столько, что пара мужчин бросила свои копья в мечников, и промахнулись. Форст прирезав ещё одну тварь, сделал кувырок и на выходе рубанул горизонтально, подрезая лапы ещё двум, вскочив, он отсёк им головы и задел ещё одну. Блэк что-то заорал, и отпрыгнул в сторону, Форст же, заметив копьё и не успевая уклониться, отводит его полёт в сторону от себя мечем, рядом вонзается в песок ещё одно. Парень недолго думая выхватывает его и запускает в обидчика, а за тем второе. Два блэка с пробитой грудью падают замертво, остальная же толпа в нерешительности замерла поодаль, раздумывая о нападении.

Смольный блэк что-то затараторил, тыча пальцем в обнаглевших поселенцев, без устали повторяя одну и ту же фразу. «Уплывут, уплывут!» — еле доходило до Форста, и тот понял, что имелось в виду. Блэки не были поселенцами, они приплыли сюда на корабле, который стоит на якоре в море, что их вынудило взойти на остров? Кончилась вода, провизия? Он не знал, зато догадывался, что другим путём с наполненного хищниками острова не выбраться. Форст предпринял попытку переговоров, хотя залитый с головы до ног кровью и, убивший их соплеменников, он менее всего походил на дипломата.

— Эй! Вы меня понимаете? — Попытался наладить контакт парень. Но ответом было молчание.

— Я северянин, я хочу мира, вы меня понимаете? — Снова было начал Форст, но брошенное кем-то копьё дало знать об окончании мирных переговоров. Хотя, какие там переговоры. Глупо было надеяться на любой исход, кроме нападения. Пара крепких блэков, резко выбежали из толпы с копьями, громко улюлюкая что-то непонятное, и размахивая оружием.

— Ах так? Ну, тогда, учтите — не я это начал!

Форст, подсел под размашистый удар копья и бросил в лицо нападавшему горсть песка, одновременно с этим лишая руки второго блэка, а за тем и первого, так и не успевшего ничего понять. Следом из толпы вырвались практически все мужчины. Время растянулось до невозможности, фигуры двигались размазано, будто в воде, Форст успевал блокировать все атаки, а где считал нужным уклоняться. Спустя минуту на белого человека накинулись даже женщины с тесаками и ножами, некоторые залетали в сечу с укреплёнными косынками на груди или спине детьми. Тот момент показался Форсту самым плохим в его жизни. Он лишил жизни практически всех, кто был на берегу, но выбирать в тот момент не приходилось, либо ты — либо тебя. Смольный блэк тоже ворвался в схватку, когда толпа насела на Форста со всех сторон. Орудуя копьём, словно мельница, он подсекал конечности и вонзал остриё в горло своим братьям по крови. Братьям ли?

Этот вёрткий копейщик отличался от остальных блэков, будто Форст от эльфов. Чёрный, словно дёготь, плечистый, жилистый, с лицом статуи, ростом с Форста. Мощная нижняя челюсть и малые скулы вкупе с «квадратной» головой выдавали в нём примесь белокожих, а светлые ладони и глаза цвета стали лишь подтверждали эту догадку. Чистокровные блэки были полностью темны от макушки до пят, что ещё сильнее подчёркивало различия между ними.

Когда всё закончилось, Форст понуро побрёл к морю, дабы смыть с себя и оружия кровь. Как только он опустился в воду, вокруг заиграли и запрыгали маленькие рыбёшки, жадно хватая капли живительной жидкости и кусочки плоти. Парень хотел было посидеть в воде ещё, но большой треугольный плавник, приближающийся со стороны моря, внёс в его план изменения. Становится обедом в этот план не входило. Смольный блэк — единственный оставшийся на берегу — тоже вышел из моря, но в отличии от Форста, получившего минимум царапин и порезов, раны блэка изрядно кровоточили. Тот, видимо, был не в состоянии осознать своё положение, так как даже не пытался остановить кровь, этим занялся северянин.

Заглянув в пару хижин и располосовав на бинты найденные тряпки, он снова пошёл к морю и хорошо их прополоскал в солёной воде — хоть какое-то средство против заразы. Блэк сначала упирался против помощи, но потом поддался уговору Форста. Навряд ли они понимали язык друг друга, но сражавшимся бок о бок не нужны слова, для общения. Блэк был перевязан почти полностью, в ход пошла даже одежда с трупов, те не сильно возражали.

Найдя медный котелок, парень наловил туда крабов и поставил на огонь. Нужно сжечь трупы, пока они не начали смердеть, блэк хотел было помочь, но свалился без сознания, пришлось его снова оттаскивать под навес, выглядел он, уж, очень скверно. Форст не знал, как ему помочь, истории о разных лекарях и магах, отращивающих новые руки и ноги беднягам, всегда будоражили его ум, но как это сделать он не знал. Плохой из меня маг — подумал Форст. Могу лишь костёр зажечь силой мысли… мысли… мысли? Внезапно парня озарило. Мысли! Нужно всего лишь подумать! Как я зажигаю костёр? Говорю: гори, представляю огонь и вот оно, пламя. Может так же и раны заживляются? Попытка не пытка, терять то уже нечего, блэк не доживёт и до вечера.