Сахара (СИ) - Щербакова Надежда - Страница 3

"Никакого движения, странно, с учетом самого разгара дня" — подумала она двинувшись дальше.

Мужчина мерно переступал с ноги на ногу, слегка покачиваясь. Ксюша украдкой вытерла обильно выступающий на лбу пот, сглотнув вязкую слюну. Ее снова начинал одолевать жар.

"Вот и все. Свяжусь с родными, выклянчаю у селян каких-нибудь антибиотиков, и можно считать приключения минувших суток успешно завершенными!" — радовалась она, прибавляя шаг.

Скорее всего эта дорога не была основной для подъезда к деревне, и успела за лето весьма зарасти травой, что несколько осложняло путь.

Стайка мелкого гнуса взметнулась из высокой травы. Ксюша сделала пару быстрых шагов замахав руками. Но противные букашки так и норовили попасть в нос, рот глаза и уши. Одной удалось проскочить мимо рук, миновать стекла очков угодив прямо в глаз. Ксюша резко остановилась, отчаянно потерев глаз.

— Здравствуйте! — твердо произнесла она, помахав рукой.

Мужчина как-то неуклюже стал оборачиваться на ее голос, при этом часто семеня ногами. Длинный, светло-коричневый дождевой плащ полностью скрывал фигуру, обнажая лишь пятки черных сапог.

Ксюша озадаченно смотрела на его телодвижения, не спеша подходить ближе.

— Извините, не подскажите… — слова застряли в горле, когда она увидела лицо незнакомца.

Безжизненная желтовато-белая кожа, будто пергаментная, впалые глаза с ненормально расширенными зрачками, казалось, там вообще не было радужки, и кроваво-бурые разводы вокруг рта, на щеках… Такое точно с кетчупом не перепутаешь. Клетчатая рубашка, руки все было измазано высохшей кровью. Мужик двинулся к ней на встречу мелко переставляя ноги. Ксюша опустила взгляд… Штаны селянина были спущены и оставались на месте только благодаря высоким сапогам.

Девушка застыла на месте. На ее лице расцвела дебиловатая улыбка. Она никак не могла поверить собственным глазам. Увиденное просто не укладывалось в голове, полностью разрушая привычную картину мира.

Мужчина, ничуть не стесняясь своей наготы, попытался ускорить шаг. Он издал ели слышный булькающий звук, из-за которого на шее, прямо под челюстью открылась глубокая рана. Вязкая темная жидкость совершенно не походила на кровь. Она пузырясь стекала по шее, теряясь под воротником.

— Нет, нет… Этого не может быть… — шептала Ксюша, отступая, — так не бывает!

Мертвец споткнулся, упав.

На Ксюшу будто ведро холодной воды вылили. Она резко развернулась, бросившись что есть силы проч.

Ни холмистая местность, ни боль в правом боку, не могли заставить ее остановиться.

Уже осталась позади злосчастные поле. Короткая лесополоса сначала поглотила, неожиданно ставшую асфальтной, дорогу и так же стремительно отступила, явив взору новые скошенные поля. А Ксюша все еще порывалась переходить на бег.

В какой-то момент дорога стала большой трехполосной автострадой, а спустя триста метров фундаментальный труд человеческих рук неожиданно оборвался, словно рабочие решили, что дальше машины разберутся с природой как-нибудь сами и резко свернули прокладывание трассы. Вот тут ровная серо-черная поверхность, а дальше две колеи и трава по колено.

Ноги девушки подкосились, сознание поплыло, и она рухнула в заросли ковыли. Все тело била мелкая судорога. Тошнота подступила к горлу.

"Это конец" — подумала Ксюша, закрывая глаза. Жидкая темнота не приносила долгожданного покоя. Подскочившая температура резко сменилась диким ознобом. Сердце заходилось бешенным кроликом. Виски заломило от боли. Легкий шепот травы ворвался в сознание скрежетом тысяч металлических прутьев. Мир начал кружиться.

Девушка наклонилась вперед, стараясь унять рвотные позывы, но в итоге ее всё же вырвало.

Желчная горечь во-рту. Земля продолжает медленно покачиваться перед глазами… Ксюша встала на четвереньки, сделав пару неуверенный шагов и снова повалилась на бок.

На бледно-голубом небе безразлично ползли усталые серые облака. Ветер равнодушно гнул жесткую ковыль. Одинокое солнце блеклым, неживым пятном клонилось к горизонту. Весь мир будто вымер. Жесткая трава умудрилась местами проколоть одежду, исцарапав нежную кожу.

"Вот и все…" — девушка скрестила руки на груди приготовившись к худшему.

Здоровенный жук нагло приземлился на правую щеку.

Секунда…

— А-а-а-а!!!

Если и было что-то в недавней, спокойной жизни чего Ксюша боялась до одури так это насекомые. Девушка с отчаянным ревом вскочила на ноги пытаясь согнать с лица непрошенного гостя.

Споткнувшись об очередную кочку, она кубарем полетела в ближайшую канаву. Руки заскользили по глинистой жиже, не в силах остановиться. Синяя фирменная джинсовка, а за ней и успевшие несколько позеленеть джинсы, приобрели маскировочные бурые пятна.

— Твою же… За ногу! — тихо возмутилась девушка.

"Одежда безнадежно испачкана, на голове вместо аккуратного хвостика воронье гнездо. Состояние хуже не придумаешь. Самое то для зомби-апокалипсиса, мертвецы за свою примут." — вытирая о джинсы грязные руки, хмыкала она.

Ниже по склону виднелся одиноко стоящий дом. Призывно поблескивала в лучах заходящего солнца металлическая крыша. Оставаться в чистом поле, когда начнет темнеть было откровенно страшно, но и приближаться к поселениям без какого-либо оружия — настоящая глупость. Этот дом казался идеальным вариантом, знать бы еще есть ли у него хозяева и не обратились ли они?

Обходя строение по большой дуге. Ксюша, наткнулась на небольшой скошенный участок. Трава ровными рядами стелилась под ногами. Пахло ромашкой и клевером.

"Если жители этого дома не отличаются привычками от бабушки, где-то тут должен быть припрятан инвентарь для сенокоса," — девушка осторожно переворачивала сухую траву.

— Есть!

На краю поляны, под охапкой свежей соломы, лежали деревянные грабли и вилы с короткой ручкой.

"Чтобы стог складывать не пойдут, разве что копну… Главное мне под рост!"

С тыльной стороны дом, с прилегающим к нему садом ограждал добротный забор. Девушка двинулась в поисках калитки. Спустя сто метров обозначилась заросшая бурьяном тропинка. Такое запустенье обнадеживало. Ксюша слегка успокоилась, рассчитывая, что дом не жилой. Калитка обнаружилась практически вплотную примыкающей к дому, а в паре метров от нее стоял хозяин постройки… Точнее хозяйка, щуплая, маленькая старушка, в голубой косынке в цветочек, стояла слегка раскачиваясь. Непрестанно смотря на дорогу. Девушка опрометью метнулась в кусты одичавшей малины.

Малины!!!

Ксюша как могла сдерживала себя, стараясь не шуметь, но проклятые кусты в момент изодрали голую кожу и проткнули не такую уж тонкую ткань куртки.

"Может бабушка живая? Может, тот мужик глюк на фоне стресса и подскочившей температуры?"

Старушка медленно повернулась в ее сторону. Ссохшаяся, морщинистая кожа кое-где полопалась, как не бывает у живых людей. Ввалившиеся, темные глаза бессмысленно блуждали по зеленой растительности.

"Нет, живые так выглядеть не могут по определению" — и тут Ксюша вспомнила, что кое-что не учла… Зубцы крепко зажатых в руке вил, торчали из кустов как неоновая вывеска, приглашающая к обеду! Сама-то она догадалась пригнуться… А вот, вилы…

"Ох, вилы…" — мелькнула мысль.

Умертвие медленной, шаркающей походкой направилось в сторону Ксюши.

"Так, если я собираюсь выжить в этом мире, мне рано или поздно придется это сделать. И лучше оттачивать свои навыки на вот таких вот слабых и неповоротливых… Безобидных бабушках! Нет, нет я не смогу! Она же практически как моя горячо любимая баба Веста, и платье у нее почти такое же, ситцевое в мелкий, белый цветочек. Нет, я не смогу…"

Тем временем зомби почти поравнялся с тем местом, где засела девушка и будто озадачено рассматривал кусты. Вилы, привлекшие внимание чудовища, бесследно пропали.

"Я должна, я просто обязана," — про себя уговаривала, Ксюша, собственное тело, которое сковало чувство жалости и страха, — "только так можно выжить. Этот мир жесток, и чтобы в нем выжить, тоже нужно стать жестче! Главное не концентрироваться на внешнем сходстве этого существа с человеком. Оно больше не кем-то горячо любимая бабушка. Да! Сконцентрируюсь на дыхании. Глубокий вдох, выдох. Глубокий вдох, выдох".