Товарищ Резак (СИ) - Горшенев Герман - Страница 31

Все они, мне улыбались, явно зная, что я внутри. Ещё раз, на всякий случай, перекрестился. Меня учили что Бога нет, но вот теперь я уже точно знаю, что есть, может даже не один.

Кот спрыгнул с катера на островок, а за ним вся команда, кроме сидящего за штурвалом парня с глупым лицом. Дьявол деловито пошел к ещё конвульсирующей тваре и добил в один удар странного ножа, размером с саблю. Затем чёрный гигант сделал разрез на голове чудовища и достал что-то небольшое, протянув это подошедшему псу. Пёс сосредоточенно нюхал. Котяря обошёл вокруг танка, а затем легко запрыгнул на броню. Постучал когтем по броне, так, чтобы чисто обозначить, как будто бы знал, что за ним наблюдаю.

— Эй, мазута, открывай люк, вылазь, все свои. Всё хорошо. Отвоевался.

Подошёл пес:

— Уважаемый Кот, ну как вам в этот экземпляр?

— Отличный! Отличный! Прямо видно что с конвейера, новенький. Что сказать? Видел только в реконструкции, у нас-то мир сами знаете.

— Если честно, уважаемый коллега и я это видел только практически в реконструкции, либо на постаментах, но там половина новодела, половина мелкие пакостники разворовали.

— Да, да, а этот прям настоящий, рабочий, очень будет интересно прокатиться. Всегда хотел, но как-то не было возможности.

Дьявол доковыряв головы ещё нескольких трупов и принёс что-то, стоящему около танка псу, который начал сосредоточенно нюхать. Я высунулся из люка. Тут все знали, что я внутри и смысла прятаться или выжидать не было. Они были прекрасно осведомлены о происходящем тут. Увидев меня, кот сделал удивлённую морду и внимательно посмотрел:

— О! Товарищ командир?

Я кивнул.

— Вы ещё не офицер? Хотя да, конечно, откуда вам знать? Вы пока не офицер, — продолжил котяра, а потом он ловко запрыгнул на крышу башни, и прохаживаясь вокруг люка стучал по броне когтями. — Товарищ Блохастый, что вы думаете?

Пёс прошёл пару кругов вокруг Зайки и внимательно смотрел и принюхивался. С чего они решили, что я должен быть офицер? Задавать вопросов не стал. Вопросов было слишком много.

— Только с конвейера, башня гайка, командирская башенка, редчайший экземпляр, у нас их всего сотни две сделали, — ответил пёс, внимательно осматривая машину.

Кот согласно кивал, а затем повернулся ко мне:

— Знаете ли, молодой человек, люблю запах новой машины. Они для меня как дети, а многие и являются моими детьми, — показал жестом приблизиться воинам, закованным в броню, — Надо помочь похоронить товарищей.

Бойцы ловко залезли в танк и вытащили тела моего экипажа. Рыть землю они не стали, а просто воткнули в землю палочки и прогремел несильный врыв, оставив просторную воронку. Моих товарищей положили и закопали. Сверху холмика положили награды. Подошёл кот:

— Хотите что нибудь сказать?

Я покачал головой.

— Верующие были?

Я пожал плечами.

Кот перекрестился и подал знак парням. Они с помощью диковинной самокрутящей отвёртки сделали крест, на который приделали красную звезду, написав на ней имена моих товарищей.

— Мы тут все и верующие, и неверующие. Пойдём командир, надо готовить танк к переправе, — кот взял меня за палец и потащил к машине.

Около Зайки стоял дьявол с прямоходячим псом, шкуру которого покрывали наросты. Пасть пса была просто огромна, а размеру клыков мог позавидовать матёрый волчара. Они с чёрным гигантом занимались весьма странным занятием. Пёс брал небольшие шарики, которые его собеседник выковырял из головы самых больших чудовищ и с видом, как будто у него в руках бокал лучшего многолетнего вина говорил: «Гнилая селёдка с абрикосом». Затем немного подумав, понюхал и сделав довольную морду обратился ко мне:

— Фортовый ты командир, это гнилая селёдка с жердёлой! — и многозначительно поднял к небу указательный палец лапы, а его товарищ оскалил довольную морду, обнажив несколько рядов не менее огромных клыков.

Затем они продолжили занятие. «Ещё одна коробка с печеньем и потные подмышки», — разочаровано сказал пёс, пряча в небольшую коробочку следующий шарик.

Котяра успел несколько раз облазить весь танк. Он пролез под гусеницами, побывал на сидении мехвода, радиста и успел сунуть нос в самые потаённые уголоки. Мне запретил трогать еду, а особенно воду и моторное масло, объяснив это архиважными планами. Меня покормили приличной едой, напоили соком из бумажной коробки и сунули в руки небольшую брошюрку, из которой мне следовало узнать об этом мире. Я давно понял, что меня куда-то занесло, но не думал, что так далеко.

Через несколько минут по воде пошла лёгкая рябь, а в дали появился силуэт крупного корабля. Через час он был совсем близко. Болото перед его носом бурлило, и тонны ила летели из внушительных труб в сторону. После него оставалась широкая полоска чистой воды, а судя по его размеру, ещё и глубокая. Кот сказал, что это земснаряд, а за ним идёт понтон.

Корабль отрыл проход через болото и прихватил часть берега, оставив ровный глубокий свал, затем отошёл, освободив место прямоугольному кораблю, похожему на баржу. На него мы и загнали Зайку, по опущенным металлическим сходням.

Корабль, роющий проходы в болотах, бросили около островка. Кот унёсся на вентиляторном катере, а я вместе с танком плыл по огромному озеру. Понтон двигался весьма бодро, толкаемый шестью пузатыми навесными моторами. Парни с самым разным оружием, от крупнокалиберных пулемётов до длинноствольных снайперских винтовок, больше похожих на противотанковые ружья, напряжённо всматривались в даль. Приставать с расспросами я не стал, видя серьёзные лица бойцов. Залез на машину, и сидя на башне с опущенными в люк ногам, читал врученную мне тоненькую книжку об этом странном и новом мире. Затем мы подошли к берегу. Я сел за рычаги и загнал Зайку по расчищенной дорожке на край большого скопления людей и животных.

Всё было похоже на одновременное срочное расположение дивизии, подготовку к эвакуации крупного города и Самаркандский базар, на который меня пару раз сводил товарищ, у которого я гостил неделю, после того как мы закончили учёбу и стали командирами красной армии. Он меня пригласил к себе в гости, и не хотел ничего слышать о том, что я не приеду. Тут всё было также. Ящики, цинки с патронами, вещи, оборудование, что-то в больших и маленьких, прозрачных мешках и сумках. Многое мне было не знакомо. Всё валялось грудами, таскалось на тележках, носилось отдельными мешками, ящиками и коробками. Множество людей и животных принимали участие в этом движении, перемещая груды имущества с одного места на другое. Цвета и формы мешков и коробок поражали.

Посреди этой суеты стояло несколько танков. Они были похожи на хищных акул. Обвешанные прямоугольниками, боевые чудовища имели длинные пушки, больше подходящие крейсеру. Ужасные и страшные машины. Моя Заячка была маленьким щенком, у которого только начали прорезаться зубы, по сравнению с этими матёрыми волчарами-убийцами.

Самым удивительным, посреди этой суеты, были несколько колёсных грузовиков. Невероятные гиганты возвышались над толпой, застыв горами металла. Огромные колеса больше человеческого роста, кабина в которую надо было залазить по длинной лестнице и огромный кузов, больше похожий на железнодорожный вагон. Толстенные плиты металла покрывали корпус этих гигантов. О таких грузовиках я даже не слышал. Они должны были ещё и ездить, и возить наполненный кузов. Таких машин не могло быть. Их не могло быть потому, что их не могло быть никогда, но они были, и прямо на моих глазах, ловкая машинка оранжевого цвета с сидевшим за рулём парнем, двумя длинными горизонтальными зубами-палками, ловко отправляла один за другим тяжеленые ящики, груды мешков, лежащих на сколоченных из досок квадратных платформах и коробки в брюхо ближайшего ко мне великана.

Рядом с грузовиком, в раскрытом ящике с электрическими деталями копался знакомый мне пёс. Меня за палец взяла пушистая лапа. Рядом со мной стоял Кот:

— А, вот вы где! Я вас искал, тут и потеряться не долго.

Я было открыл рот, но замер, а рука потянулась к оружию. К псу, занятому ковырянием в электрике, стелясь по земле, в полуприсяде, высоко задрав лопатки, и замирая, а потом делая несколько быстрых шагов, кралась огромная чёрная пантера. кот, видя моё напряжение, сделал мне будничный жест, что всё нормально. Пантера прыгнула.