Новый старый 1978-й. Книга пятая (СИ) - Храмцов Андрей - Страница 14

— Конечно. Пусть Димка организует всех своих уже десятого, так как девятого праздник и дёргать кого-то я не хочу. Да и часть ребят в концерте участвуют, так что в праздник пусть отдыхают или на парад сходят. Девятого, кстати, я, как член ЦК КПСС, должен присутствовать на этом параде. Верную боевую подругу, то есть тебя, я, конечно, беру с собой. Думаю, Леонид Ильич будет не против моего Солнышка и там найдётся одно лишнее место для моей любимой.

— Спасибо, любимый. Я очень хочу посмотреть военный парад с трибун, а не, как обычно, по телевизору.

— Далее мы едем в ВААП, потом к Краснову, потом на репетицию и потом на Старую площадь. Так что день предстоит насыщенный.

— Это хорошо. И правильно, что мы занялись сексом утром, к вечеру мы бы опять устали, а мне уже вчера чего-то такого хотелось. Я даже попыталась дождаться тебя, но заснула.

— Вот видишь, значит я правильно угадал сегодняшнее твоё желание. Ну а теперь одеваемся и в путь.

До нашего центра на Калужской нам ехать было от Черемушек три минуты, но мы туда приехали не первые. Я ещё издалека заметил наш дежурный «рафик» и стоящих человек двенадцать наших фанатов вместе с Димкой. Значит, он решил побольше с собой взять ребят и девчонок, чем мы договаривались. Ну и ладно. Раз смог отпросить с уроков столько, значит Людмила Николаевна ему разрешила. Видимо, многим также очень хотелось посмотреть на свой новый дом. А рядом с ними стояла машина Вольфсона. Я его вчера тоже вызвал для того, чтобы он как можно быстрее включался в работу. Да и письмо с данными о том, что видеопроектор теперь полностью наш на законных основания, он должен был мне сейчас передать. Я его собирался показать на репетиции Ольге Николаевне, чтобы разные охочие до чужого добра люди закатали назад свои жадные губы. Что-то опять похоже на некое подобие стиха в конце мысли у меня получилось. Может, правда, я становлюсь настоящим поэтом?

Мы все поздоровались друг с другом, а Солнышко сразу оказалась в центре внимания. Её обступили наши ребята и стали спрашивать, куда она пропала. Вот так, стоит только ей на несколько дней уйти в отпуск, как наши фанаты уже по ней соскучились, особенно девчонки. Радуются, как дети. Я то с ними всю неделю работаю, а они её с прошлой недели не видели. После бурных взаимных выражений чувств, мы направились на стройку. Там кипела работа. Сторож меня запомнил и пропустил нас без проблем, но вот подошедший прораб, тоже узнав меня и Солнышко, но по нашим с ней фотографиям, отвёл нас в строительный вагончик и заставил всех надеть каски. В вагончике сидела учётчица, которая, увидев нас, радостно засуетилась и стала раздавать каждому эти пластмассовые головные уборы. Из радиоприемника, который стоял у неё на столе, был слышен мой голос, который пел «Единственную». Немного комичная ситуация получилась. Видимо, эта учётчица, слушая мою песню, представляла себе меня, а тут появляюсь я собственной персоной.

После этого мы всей группой направились внутрь здания. Я вчера всех предупредил, чтобы взяли халаты и сменную обувь. Мы переобулись сразу, как только приехали, а халаты надели только что. Нас в таком прикиде было и не узнать. Один даже очень ретивый бригадир отделочников пытался возмущаться, что мы своим хождением туда-сюда мешаем ему работать. Но моё удостоверение члена ЦК быстро привело его в чувство. Весть о том, что на стройку приехали солисты группы «Демо» быстро облетела всю стройплощадку и все старались работать на совесть и с огоньком, что нам было очень даже на руку.

Мы пробыли здесь почти час. Я всё рассказал и показал, как заправский гид. Правильно, хозяин должен знать свой дом как свои пять пальцев. Димка и его ребята были в восторге от увиденного. Теперь им будет, где развернуться. Солнышко, как и меня, прежде всего интересовал зал для выступлений. Она осталась довольна увиденным, даже не смотря на то, что площадь зала была небольшая.

К нашему отъезду приехал и начальник участка. Видимо, прораб ему доложил и тот примчался, чтобы отчитаться перед начальством в моём лице. Наверняка бригадир разболтал, что на стройке присутствует член ЦК и начальник участка решил предстать перед нами лично. Ну я ему и нарезал задач. Главное, чтобы к четвергу, когда я, как глава приёмной комисси, буду принимать здание, везде была чистота. Возможно, на перерезание красной ленточки приедет телевидение.

Начальник участка проникся моментом и был очень рад, что около ста пятидесяти юных помощников и помощниц приедут в среду помогать ему наводить чистоту на объекте. Он сказал, что основные силы уже переброшены на новый участок, но он сегодня же пришлёт сюда дополнительно двадцать человек.

Ну что ж, увиденным и услышанным я остался доволен. Себя, в качестве новой для себя роли партийной шишки, показал и других посмотрел. Димке я тоже рассказал, что я теперь уже не комсомолец, а коммунист и дополнительно ещё и член ЦК. Димка был слегка потрясён услышанным. Когда мы прощались с начальником участка и прорабом, я специально перед ними снял рабочий халат и они увидели мои две Звезды. Да, вот так. Это к вам не простой человек с проверкой приехал. Ну теперь точно к четвергу моё здание будет сиять, как начищенный самовар. Ну очень мне хочется въехать в него уже в четверг.

Так, с Димкой и его бойцами мы ещё сегодня увидимся на репетиции. Они сейчас возвращаются в школу и продолжат уроки. Чувствую, что школа сегодня будет опять стоять на ушах и кипеть, как чайник на плите со свистком. Димка доложит Людмиле Николаевне, что её любимый ученик стал членом ЦК и эта новость взбаламутит всех, ну кроме началки. А что, благодаря мне, наша школа стала известна на всю страну, а теперь ещё и образцово-показательной станет. Я смогу выбить дополнительные фонды для строительства третьего корпуса, так как уже остро чувствуется нехватка новых помещений под классы. Вась-Вась уже озвучивал идею второй смены, а тут я предложу элегантное решение проблемы. За лето, как раз, строители успеют построить третий корпус и туда можно будет перевести с первого по четвёртые классы, изолировав, тем самым, малышню от «старшаков». Во как, я уже начал мыслить глобальными категориями. Ничего, дайте только срок. Не в смысле тюрьмы, а в смысле дополнительного времени для привыкания и раскрытия всех моих организаторских талантов.

Надо будет попозже позвонить завучу и предложить мою идею. Хотя два таких известия вместе точно сорвут сегодня весь учебный процесс в школе, поэтому я сделаю это в среду, после праздников. С Вольфсоном мы попрощались, так как он с Наташей поедет в ЦК ВЛКСМ набирать нам сотрудников и решать мелкие технические вопросы по поводу нашего пятничного концерта у них. Теперь он наш администратор и мой заместитель по молодежному центру в одном лице, и кадровый вопрос оставался пока на нём.

Печать я посмотрел, красивая получилась. Молодец, Зинаида Павловна. Быстро всё сделала. Я решил печать оставить на первое время у себя. Пусть пока согласовывают все вопросы со мной, а там посмотрим. Вольфсон моим выбором наших кабинетов остался доволен. На мою просьбу, чтобы весь женский персонал нашего центра состоял из молодых и симпатичных девушек, он только, улыбнувшись, хмыкнул, но ничего не сказал. Он уже знал, приблизительно, мой вкус в отношении женщин, поэтому будет сравнивать с Наташей и Солнышком. Других моих женщин он не видел и ничего о них не знает. И не надо ему о них знать. Я ему ещё вчера позвонил и сказал, что я теперь член ЦК КПСС и что наши возможности резко возросли. Этим моим новым статусом он был очень доволен, так как сразу понял, какие перспективы в связи с этим перед нами открываются.

Дальше мы разъехались по своим оговоренным делам. Нас ждал Ситников и куча моих песен, которые надо срочно зарегистрировать. Из машины я ему набрал и сказал, что везу много песен и чтобы он выделил троих сотрудников.

— Андрей, — сказал он, смеясь, — может специально для тебя отдел открыть, который только тобой и твоими песнями будет заниматься?

— Тогда уж ко мне в молодежный центр на Калужскую его лучше перевести, — ответил я. — Я отдельный большой кабинет под него выделить могу. Всё рядом с домом будет.