Новый старый 1978-й. Книга пятая (СИ) - Храмцов Андрей - Страница 5

А вот с Андреем, наоборот, очень хотелось. Какая-то сладкая истома охватывала меня при мыслях о нём. Я представляла, как мы с ним на белоснежной кровати будем любить друг друга и у меня всё внизу становилось влажным. Мне с самого начала казалось странным, что его голос, когда я его впервые услышала, показался голосом мужчины моего возраста. Но внешность была как у юноши лет восемнадцати, а на самом деле ему было только пятнадцать. Но сердцу не прикажешь. Эта загадка ещё больше влекла меня к нему.

На работе думать о нём мне было некогда, а вот дома я давала волю своим фантазиям. В этих моих девичьих грезах мы всегда с ним были вместе. Потом я узнала, что готовится выход его первой пластинки. Однажды увидела интервью Андрея по телевизору и поехала в субботу к магазину «Мелодия» за час до открытия, но там уже была небольшая очередь. Я потом поняла, что правильно сделала, что приехала намного раньше. Если бы приехала прямо к открытию, я бы осталась ни с чем. Как я позже узнала, все пластинки были раскуплены буквально за два часа. В интервью он сказал, что они всей группой приедут к десяти часам утра и будут подписывать свой диск всем, кто его купит. И я с нетерпением ждала его появления.

И вот подъехал «рафик» и из него вышел ОН. Его сопровождали несколько человек в красивой одежде с названием его группы и солистка с их клавишником. Солистку звали Светлана Соколова и про неё Андрей пел одну из моих любимых песен. Да, вот он, мой желанный и любимый. Мне, минут через пятнадцать, удалось попасть внутрь магазина и купить там их диск и чуть ли не бегом выбежать из помещения. Я так боялась, что он уедет, поэтому торопилась. Но они стояли в плотном кольце поклонников, звучали из магнитофона их песни, а их сопровождающие в одинаковых куртках и бейсболках старались не подпускать никого близко к ним. Я протиснулась вперёд и протянула свой диск Андрею. И он случайно коснулся меня пальцами, когда брал его у меня из руки. Это было похоже на электрический разряд или удар молнии. Правда, я ничего такого никогда не испытывала, но много читала о таком в книгах. Как же я хотела в этот момент его обнять и поцеловать. Но он меня даже не заметил. Он пробежал взглядом по моему лицу, дежурно мне улыбнулся и взял следующую пластинку, которую ему протянул уже кто-то другой. Я на это не обиделась, потому, что понимала, что он был один, а нас много. Автографы других участников группы «Демо» мне были не нужны, поэтому я дальше просто стояла и смотрела на своего кумира, ловя каждый его жест и взгляд. А потом он уехал и я осталась стоять с его пластинкой в руках и ощущением его касания на кончиках моих пальцев.

Мне дома даже не хотелось мыть эту руку и я долго сидела в комнате и, поставив купленный диск на проигрыватель, смотрела на руку, вытянув ее к свету, падавшему из окна, и слушала его потрясающий голос. Хорошо, что песен Светланы было мало на пластинке, в основном пел он. Песни были уже все знакомые, я их часто слушала по радио и выучила их все наизусть. Но по радио их надо было каждый раз ждать, когда их объявят в эфире, а теперь я могла в любой момент услышать, как он поёт. Даже ночью, но я этого не делала, потому, что не хотела будить маму. Вот было бы здорово, если бы, как только я поставлю пластинку, появлялся бы ОН. Но он появлялся только в моих мечтах и снах.

Я пыталась попасть на его редкие концерты, но это было нереально. А потом я узнала, что группа уехала в Англию на гастроли. А ещё через день одна из моих знакомых на работе мне рассказала, что он живёт со своей солисткой Светланой и у них, вроде как, любовь. Оставшуюся часть рабочего дня я проработала на автомате, ничего не замечая вокруг, а когда пришла домой, то разревелась. Мама видела все мои переживания до этого и знала, из-за кого они. Она однажды, в сердцах, грозя кулаком на фотографию с обложки его пластинки, попыталась отругать его за то, как он может подобное делать с её дочерью, но я запретила такое говорить при мне об Андрее. Я объяснила маме, что он вообще ничего не знает обо мне и за что тогда его ругать. Я сказала маме, что очень сильно его люблю и сделаю всё, чтобы быть с ним рядом.

— Девочка моя, — сказала мама, обняв меня, как в детстве, когда я была маленькой. — Видимо, он очень хороший человек, раз ты его выбрала.

— Он, правда, очень хороший, — ответила я, немного успокаиваясь. — Ты же сама слышала, как он поёт.

— Да, голос у него замечательный. И симпатичный он, только уж очень молодой.

— Через три года он станет совершеннолетним и я буду ждать его все эти три года. Ждать и надеяться. Не может такого быть, чтобы мы с ним не встретились.

Потом я всю неделю ещё усердней работала и ждала возвращения любимой группы из Англии. И вот настал тот день и вечером в программе «Время» я увидела в репортаже его, моего Андрея, счастливого и улыбающегося, в зале прилёта аэропорта «Шереметьево». Он рассказывал о своих успешных гастролях и показывал свои награды, а я радовалась, как будто это меня ими наградили. А потом в передаче «Международная панорама» показали три клипа их группы. О, я была в полном восторге. Все три я смотрела не дыша. Всю ночь мне снился рыцарь на белом коне и когда он снимал шлем, то оказывалось, что это Андрей. Он прискакал за мной и увез к себе в замок. Дальше было неразборчиво, но я понимала, что у нас с ним всё хорошо.

Через несколько дней я узнала, что тридцатого мая будет концерт в «России» и купила у перекупщиков с рук билет по двойной цене. Ради Андрея мне было не жалко потратить такие деньги. О, это был не концерт, а какое-то фантастическое представление, на которое приехал сам Брежнев. И там я впервые увидела Андрея с Золотой Звездой на пиджаке. Обалдеть, когда он успел? А потом, при всех присутствующих в зале, Леонид Ильич наградил его Ленинской премией. Зал аплодировал стоя и Брежневу, и Андрею. Затем в антракте шептались, что Кравцов — внук Брежнева. Но я этому не верила. Да, было видно, что они хорошо знают друг друга и Леонид Ильич тепло к нему относится, но Андрей никак не мог быть его внуком.

А самое потрясающее случилось после награждения. Андрей, во время исполнения песни, соскочил со сцены и подбежал к Брежневу с микрофоном в руке. Я видела, как дернулась охрана, но Андрей жестом руки успокоил её. А потом они вдвоём с Брежневым исполнили припев этой песни. Зал просто потонул в овациях. Такого никто не ожидал. Все, кто купил билеты по завышенной цене, ничуть не жалели об этом. Меня потом на работе подружки дотошно расспрашивали о концерте и завидовали мне. Да я сама себе завидовала, что смогла достать билет. Место, правда, было далековато о сцены, но я взяла в гардеробе бинокль и мне было всё хорошо видно. Зато потом я без очереди получила своё единственное, поэтому очень дорогое мне, пальто.

Домой я летела, как на крыльях и маме потом взахлёб рассказывала о концерте и о том, что вытворял на нем Андрей. Мама, видя моё радостное лицо, была тоже рада за меня.

— Дай Бог, — часто повторяла она, — чтобы у тебя всё с ним получилось.

И вот Первого Мая я неожиданно увидела Андрея по телевизору, стоящим на трибуне Мавзолея. А потом услышала его голос, который раздавался над Красной площадью. Вот это да. Кто же он такой? Это точно не простой школьник. Таких школьников, а тем более Героев Советского Союза, у нас в стране в мирное время ещё не было. Мы вместе с мамой смотрели телевизор и она тоже узнала Андрея.

— Да, доченька, — сказала мама, покачав головой, — непростого жениха ты себе выбрала. Он уже и с Мавзолея нам машет, скоро вообще страной станет руководить. Помяни моё слово.

А потом ко мне на работу пришёл мужчина и сказал, что Борис Николаевич поручил мне заниматься их центром.

— Каким центром? — спросила я его, не поняв, о чем он говорит.

И он мне сказал, что зовут его Александр Самуилович и он является администратором группы «Демо». И тут меня второй раз за последние две недели ударила молния.

— Вы администратор «Демо»? — спросила я с вытаращенными глазами и такие же были глаза ещё у трёх моих соседок по кабинету.