Крикеры (ЛП) - Ли Эдвард - Страница 66

— Что ж, позволь мне сказать тебе, Пол, если у них нет автоответчика у жемчужных ворот, это единственное сообщение, которое Игл никогда не получит.

Лицо Салливана исказилось.

— Что ты имеешь в виду?

— Игл мёртв. И ваш приятель Блэкджек тоже. Вчера ночью мы ездили к нему домой, и Блэкджек лежал там, похожий на что-то на полке для свежего мяса в Safeway. Потом какой-то мальчишка-крикер проделал дыру в груди Игла, достаточно большую, чтобы проехать через неё на вашем грёбаном грузовике.

— Крикер?

— Верно, Пол. Нам устроили засаду, нас ждали шестеро. И я уверен, что у тебя разбилось сердце, когда ты узнал, что я ушёл живым.

— Крикер, — тихо повторил Салливан.

— Один из парней Наттера. Я пристрелил их всех. Такая трагическая потеря для человечества. Но, думаю, никто из них не добрался бы до Гарварда, а?

Дерзость Салливана быстро иссякла.

Его плечи поникли. Фил теперь мог сказать, что парень волновался.

— Хорошо, ты хочешь, чтобы я говорил, и я буду говорить. Но ты должен вытащить меня из общей камеры и вернуть в одиночку, и ты должен отказаться от обвинений в распространении наркотиков.

«Ну вот мы и сдвинулись с мёртвой точки…»

— Я подумаю об этом, — поддразнил Фил. — Но ты должен рассказать мне что-нибудь прямо сейчас.

Большая неприятная голова Салливана кивнула.

— Хорошо. Мы работали над новой партией «ангельской пыли» в Локвуде. Новые ребята. Какой-то покровитель из Флориды и умный лаборант из федеральной лаборатории в Брэдфорде, штат Пенсильвания. Основной поставщик взвинтил цену, и местные деревенщины сошли с ума. Они бросаются на «ангельскую пыль», как дети на сладкую вату на грёбаном карнавале.

— Красноречивое сравнение, Пол, — заметил Фил. — Итак, вы связались с этими новыми парнями и решили захватить местный рынок, продавая наркотики по цене ниже, чем у основного поставщика?

— Да.

— В чём заключалась сделка?

— Нас было пятеро: я и Игл, а также Блэкджек, Джейк Родс и ещё один парень по имени Орндорф. Мы забирали продукт и отвозили его к распространителям, парочке придурков — Скотту Бою Тактону и какому-то толстому парню по имени Гут. Они были подменой.

— Подменой?

— Для других распространителей. Их было много, но все они исчезли. Как я уже говорил тебе на днях. Но Гут и Скотт Бой тоже исчезли, я не знаю, месяц назад, поэтому я и Игл сами доставляли продукт в точки распространения. Вот почему мы взяли тебя водителем, — пробормотал Салливан. — Это была самая глупая вещь, на которую я когда-либо соглашался. Обычно я чувствую запах копа за милю.

— Я перестал пользоваться дезодорантом — и стал пахнуть так же, как ты, — Фил вытащил блокнот и записал имена. — Молодец, Пол. Хороший мальчик. А теперь дай мне расположение своей лаборатории.

— Чёрт, мужик!

— Давай, Поли. Ты же не хочешь принимать душ в общей камере?

Салливан впился в него взглядом.

— Они будут знать, что это я натравил на них копов!

— Нет, Пол. Они подумают, что это Игл, Блэкджек или кто-то другой из вашей операции. Ведь ваши парни в лаборатории не знают, что с ними случилось. Я даже скажу, что это был кто-то из них, скажу, что это Блэкджек. Они поверят в это, потому что никто даже не знает, что Блэкджек мёртв, — Фил постучал ручкой.

Салливан ненадолго задумался. Фил хотел большую рыбу, хотел Наттера.

«Дай ему сделку, — решил он. — И получишь то, что действительно хочешь».

— Ты знаешь, что такое испытательный срок до суда, Пол? Это означает, что ты не будешь больше здесь просиживать свою жопу. Дай мне то, что я хочу, и если всё будет в порядке, я поговорю с прокуратурой штата. Я скажу им, что ты был хорошим гражданином, полностью сотрудничал с полицией, и ты получишь испытательный срок до суда. Ты уедешь отсюда через сорок восемь часов. Ты уедешь из города, ты уедешь из штата, и никто не узнает, куда ты делся. Всё, что тебе нужно делать, — это отмечаться в полиции раз в неделю, где бы ты ни находился. И знаешь, что ты мог бы сделать? Ты мог бы начать всё сначала, Пол, получить настоящую работу, настоящую жизнь, пожить как настоящий человек. Кто знает, может, тебе это даже понравится? Это должно быть лучше, чем сидеть в тюрьме, продавать «ангельскую пыль» и ходить под пулями каждую ночь, не зная, когда какой-нибудь парень может наставить на тебя прицел.

Тяжёлая челюсть Салливана отвисла. Он прикусил губу и задумался.

— Хорошая сделка, Пол, и либо ты рассказываешь всё, либо ты просидишь в этом каменном мотеле следующие пять-десять лет. Но не волнуйся — каждое Рождество я буду присылать тебе кекс.

Было весело давить на такого парня, как Салливан.

— Время идёт, — пошутил Фил. — Заставишь меня ждать, и мне, возможно, придётся встряхнуть какого-нибудь другого торговца «ангельской пылью» и получить от него то, что я хочу.

Салливан выругался себе под нос.

— Хорошо, чёрт. Кому я здесь ещё могу доверять…

Затем он дал Филу чёткие указания относительно работы лаборатории своего поставщика.

— Замечательно, Пол. В глубине души я знал, что ты хороший парень. Но я хочу ещё одного, и ты знаешь, что это такое.

Салливан недоверчиво посмотрел на него.

— Какого хрена ты говоришь? Я только что вручил тебе все координаты, ублюдок!

Фил лениво потряс своей записной книжкой.

— Ты же знаешь, Пол. Чего я хочу больше всего этого никчёмного дерьма, так это расположение лаборатории Наттера.

— Я ничего не знаю о Наттере, — сказал Салливан. — Только то, что уродливый крикер — сутенёр шлюх из «Сумасшедшего Салли».

— Ты тянешь меня за яйца, Пол. Вот я делаю тебе лучший подарок в твоей жизни, а ты снова меня обманываешь. Это ведь не способ выразить благодарность?

Салливан хлопнул скованными наручниками запястьями о стол.

— Это всё чушь собачья, блять! — кричал он. — Я знал, что это обман! Я просто бросил тебе всю операцию на колени, а теперь ты не собираешься мне помогать!

Фил не вздрогнул, хотя про себя должен был признать, что вспышка Салливана была немного пугающей. Салливан был крупным мужчиной.

«Знаешь, Фил, — подумал он про себя, — если он вырвется из этих наручников, ты попадёшь в мир боли. И здесь не видно журнальных столиков».

— Позволь мне сказать так, Пол. Это дерьмо здесь… — Фил поднял листок бумаги, затем скомкал его и бросил через плечо; он уже запомнил информацию на нём, но жест казался очень драматичным. — Для меня это ничего не значит. Мне наплевать даже на кучу таких лабораторий, как ваша — мне нужна лаборатория Наттера, и если ты не скажешь мне, где она, я позабочусь о том, чтобы ты никогда не смог воспользоваться правом досрочного освобождения.

Что, конечно, было вне его власти как офицера полиции, но Салливан этого не знал. Так почему бы не напустить ещё страха?

— Чёрт, Пол, я даже судье солгу. Я скажу ему, что видел, как ты убивал Блэкджека. Тогда ты сядешь лет на пятьдесят, не меньше.

Лицо Салливана покраснело; это был ужасающий и почти нечеловеческий облик. Мускулы на его предплечьях напряглись, обнажая вздутые тёмно-синие вены, а массивная грудь угрожала разорвать оранжевую тюремную рубашку.

— Ты не можешь так со мной обращаться, чёртов коп! У нас же сделка!

— Какая сделка? — сказал Фил и улыбнулся как кошка.

Да, действительно, было забавно давить на такого парня, как Салливан, но с такими людьми была одна проблема. Они были не совсем стабильными. И Фил обнаружил это на собственном горьком опыте, когда Салливан, несмотря на наручники, вскочил, опрокинул стол и ударил Фила в грудь.

«Оу, парень!»

Фил упал на спинку стула. Салливан был на нём, гремя своими наручниками, когда схватился за горло Фила.

«Никогда не связывайся с бешеными собаками, — вспомнил он слова своей тёти. — Потому что ты только разозлишь их, и они тебя будут преследовать».

Что ж, этот бешеный пёс определённо его преследовал; Фил дёрнулся под плотным мускулистым весом Салливана.

— Охрана! — крикнул он, но к тому времени Салливан уже плотно перехватил его горло, и звук, который вышел, был не более чем громким хрипом.