Не дразни дракона (СИ) - Гаврилова Анна Сергеевна - Страница 39

— И спросить не нуждается ли леди в каких-нибудь дополнительных… эм… удобствах, — запинаясь добавил тот, кто втравил меня в этот кошмар.

Тут, конечно, захотелось съязвить — сообщить, что «удобств» действительно недостаточно, ведь унитаз в покоях всего один, но я цепляться не стала. Вместо этого подтолкнула намекающе:

— И?

— Заверить в своей симпатии, разумеется, — торопливо добавил Теймиз, промокая лоб платочком. — А ещё извиниться за не очень радушный приём и некоторые неподобающие высказывания.

Всё, выдержка закончилась!

— Такие, как обсуждение моих недостаточно выдающихся форм?

Я смеялась и даже не скрывала, уж слишком очевидными были намерения семейства. Понаблюдали, подумали и решили, что со мною лучше дружить? Очень приятно! Кстати, мне нравится их вывод. Дружба, пусть даже по расчёту, лучше войны.

А ещё я понимала, чего именно они сейчас ждут, и…

— Всё в порядке. Я не держу на вас зла и мстить не стану.

Пауза, чтобы все насладились моментом, а потом продолжение:

— Но, если мне понадобится помощь, я хочу рассчитывать на вас.

Теймиз слегка побледнел, сразу сообразив, что тем, против кого придётся дружить может оказаться сам Владыка, зато Уштария не сомневалась ни секунды.

— Конечно-конечно! Милая Лина, мы полностью к вашим услугам! И всецело на вашей стороне!

Тут она покосилась на сына, и тот кивнул, словно подтверждая или даже разрешая. Конечно, это насторожило, и я опять проявила прямолинейность:

— Почему вы спрашиваете у Криштоша?

— Так у него же дар предвидения, — чуть смутившись объяснила драконица. — Ещё не активный, но, судя по всему, слишком сильный, чтобы его не замечать.

Да, про талант юноши я уже слышала. Помнится, ему почудились неприятности и именно поэтому он постарался выбрать самую «неказистую» из всех представленных на лугу девиц.

Вспомнив о том выборе и полёте в драконьих когтях, я хищно клацнула зубами, а Криштош словно мысли прочёл:

— Извини…те, — выдавил он, сглатывая и отступая.

Я строго погрозила пальцем, но сжалилась. Сказала, обращаясь уже к Уштарии:

— Позавтракаете со мной?

Хозяйка замка расплылась в очередной счастливой улыбке и воскликнула:

— Оу! С удовольствием!

После этого мужчины облегчённо сбежали, а Чичита умчалась решать вопрос с едой.

Примерно через полчаса мы с Уштарией уже сидели на знакомой террасе, и наслаждались жизнью. Нам подали три вида зелёных салатов, нежирный сыр, постное мясо и поджаренный на сковородке хлеб.

А ещё кофе, который сильно отличался от того, что употребляли в Вектарии. Наш был жиже и без специй, а тут удивительное разнообразие привкусов.

Кофе мне понравился, я даже погрузилась в это удовольствие с головой, правда ненадолго. Ну а после того, как первый голод был утолён, задала сильно интересовавший меня вопрос:

— Тари… — именно так попросила называть себя Уштария, — скажи, у Криштоша было какое-то новое предчувствие?

Хозяйка кивнула. Следом прозвучало осторожное:

— С момента твоего появления, Криштоша постоянно посещают различные ощущения.

Двусмысленное заявление! К счастью, пошлых ушей среди нас нет.

— И? — подтолкнула я.

— Его талант ещё спит, — напомнила Уштария, — то есть говорить о полноценном предсказании нельзя… — Драконица сделала уклончивый жест, мол я не я, и за слова не отвечаю. — Да и не в предчувствии дело! Лина, пойми, мы же и без всяких предчувствий…

— Тари, не надо оправдываться, — перебила я. — Просто объясни.

Маска туповатого радушия на миг исчезла, я увидела рядом с собой умную и сосредоточенную леди.

— Ничего конкретного. Криштош говорит, что ощущает твоё великое будущее, и что оно тесно связано с драконами. И да, что враждовать с тобой нельзя.

Последнее не удивило, а первое… Очень интересно. Великое будущее, связанное с драконами? Неужели я подамся в международную дипломатию и таки прищучу оборзевших ящеров? Или наоборот — останусь здесь и стану, например, советником по человеческим делам? Правозащитником? Возьму драконов за… хм, гребень, и заставлю учитывать интересы людей?

Были и другие варианты — от простой торговли, до организации воздушных грузоперевозок. На самом деле множество способов обрести то самое «великое будущее», но все они упирались в одну и ту же стену — в мой брак.

Если отец всё-таки заставит выйти за Биорика, то никакой карьеры мне не светит. Но Тари чётко сказала, что Криштош чувствует величие, а раз так…

— Слушай, а Криштош может выяснить что-нибудь про мою личную жизнь и замужество?

— Ну я же говорила, — покачала головой Уштария, — талант ещё не проснулся. Криштош пока не умеет предсказывать, тем более вот так, о чём-то конкретном.

— Ну а вдруг? Попытаться же можно?

Хозяйка замка задумалась, а пока она размышляла, я допила кофе и дозрела до разговора, ради которого и предложила позавтракать вместе.

— Тари, а можешь объяснить кое-что насчёт пламени?

— Какого?

— Того, которое должно вот-вот пробудиться у Владыки.

Собеседница вскинула брови, и столько намёка было в этом жесте… Будь Дарнаэш обычным мужчиной, я бы решила, что меня заподозрили в любовном интересе. Но он дракон, а я — человеческая принцесса, и между нами пропасть. Так на что намекать?

В общем, я отмахнулась от ненормальной реакции и спросила:

— Это пламя, как понимаю, и есть любовь?

Улыбка, озарявшая лицо собеседницы, вдруг стала мечтательной.

— Не любовь, — сказала она со вздохом, — это гораздо больше. Я ведь немного знакома с вашей, с человеческой, культурой, и примерно понимаю, что вы вкладываете в это понятие. Так вот, драконье пламя — это другое. Это и любовь, и страсть, и желание постоянно находиться рядом, и потребность оберегать, и верность, и…

— Ладно, поняла, — перебила я сердито.

Просто снова вспомнился Биорик — в нашем браке даже половины из перечисленного не предвидится. Пусть в силу происхождения я не очень романтична, но кому не хочется вот такого? Большого и светлого? Такого, чтобы ух?

— Я поняла, — сказала со всей вежливостью. — Ты другое объясни — это пламя только у мужчин пробуждается?

— Да, — Уштария кивнула. — Пламенем владеют мужчины. Хотя иногда, ну очень редко, пламя может пробудиться у леди. Ты что-нибудь слышала про Дар Власти?

Вопрос заставил выпрямиться. Я-то слышала, а вот Уштария… Это намёк? Или она в самом деле не знает? Неужели слух про ситуацию с «подружками» не просочился? И даже Чичита хозяйке не донесла?

В общем, я отрицательно качнула головой, и Тари взялась объяснять:

— Дар — это такой особый талант, который позволяет Владыке… хм… легче добиться понимания от подданных. Так вот, этот дар — невероятная редкость и тоже является прерогативой мужчин. Он не передаётся леди, но случаи всё-таки бывали. С пламенем та же ситуация.

Я тряхнула головой, пытаясь осмыслить всё это.

Дар Власти — редкость, пламя у леди — тоже редкость, так что если… Впрочем, не важно. Какая мне разница? Речь вообще не о том!

— Погоди, — я нетерпеливо махнула рукой. — Значит, пламя просыпается у мужчин. Получается, именно они влюбляются? А леди принимают их выбор? Но сами леди никакой любви при этом не испытывают?

Уштария весело рассмеялась.

— Всё не так. Совсем не так. Пламя не пробуждается без причин, оно реагирует на симпатию, которую испытывает к дракону леди, на её внутреннее согласие стать его парой, на её темперамент. Это как небольшой уголёк — он разгорается, разгорается, разгорается… А когда пламя вспыхивает, огонь передаётся леди, захлёстывает и её.

Я нахмурилась и, поразмыслив, озвучила свои выводы:

— То есть в итоге леди попадает в ловушку? Она симпатизировала дракону, зажгла его пламя и это пламя поглотило и её?

Тари радостно кивнула, а я надулась — как-то несправедливо. У нас бы подобное назвали приворотом.

— Получается, даже пококетничать нельзя? А если она не собиралась его любить? Если ей это вообще не нужно?