Большой мир (СИ) - Беляков Дмитрий Олегович - Страница 7

Видимо, я слишком заметно скривился от очередного незнакомого слова, что Сорас сжалился надо мной и, не дожидаясь вопроса, пояснил:

— Шиадан — это высшие маги. Те, кто стоит рядом с правителями.

— Ясно. Но если это не исправить маги…  эйк’таш, может быть, ты сможешь научить меня заново? — наглости моей не было предела.

Криво ухмыльнувшись, Сорас сказал:

— Хах. Этому нельзя научить Каин. Для этого нужно золото!

Я переспросил тупо:

— Золото?

— Ох, ну и повредило же тебя мальчик, — жалостливо потрепал он меня по плечу.

На какое-то время мы стихли, так как Сорас увидел рогача. Подобравшись немного ближе, он снова передал мне лук и кивнул.

Я натянул тетиву и, задержав дыхание, отпустил стрелу. Та со свистом пульнула вперед и, пролетев плюс-минус сотню шагов, пробила тонкую шкурку рогача.

— Вот так, парень, — удовлетворенно кивнул Сорас.

Я почувствовал себя непомерно мерзко, выдумывая истории про потерю знаний о магии и притворяясь в целом. Во мне была почти стопроцентная уверенность, что этот человек не отвернулся бы, узнай, что я, мягко говоря, не местный. Но все равно не мог открыто все рассказать.

— На сегодня хватит, — закинув третьего рогача в мешок, задумчиво сказал целитель. — Пора возвращаться.

И я не был против.

— Сорас, что на счет эйк’таш?

Целитель скривился:

— Ай, Каин, прекрати издеваться над древним словом! Говори лучше это, как его «маг’хи». Твой акцент ужасен.

Я весело улыбнулся:

— Что поделать, старик, что поделать…

— Я не старик! — прищурился он.

— Нет, не старик, но реагируешь как старик! Ума не приложу, откуда у тебя такая юная дочь, — театрально задумался я.

Сорас фыркнул и снисходительно сказал:

— Эх, мальчик, видимо память тебя подвела со всех сторон. Но я не стану рассказывать, как появляются дети!

— Ну, спасибо, — вяло улыбнулся я, чуть не споткнувшись о камень.

Целитель посерьезнел:

— А на счет эйк’таш разберемся. Думаю, дочка будет рада поводу рассказать что-нибудь.

Глава 6

— Хм-м, — приложила палец к подбородку Леа. — С чего бы начать…

— Ну, для начала, расскажи, как работает магия.

Я и Леа сидели на скамье у двери и потягивали травяной чай. Как и ожидалось, девочка была предельно рада просветить меня и после обеда сразу же потащила на улицу.

— Как работает…  Странно, я никогда не задумывалась, как она работает, — глядя в небо, сказала Леа. — Ты просто думаешь про структуру, и она активируется.

— Структуру? — мои брови подскочили.

Леа кивнула:

— Ага. Так эльфы изначально называли заклинания.

— Но твой отец сказал, что для этого нужно золото.

— Золото нужно не на структуры, глупый, а на плету, — заважничала она, подняв палец. — А для сотворения, нужна к’ташу.

— К’ташу, — повторил я.

Леа улыбнулась и продолжила:

— К’ташу — это тесто для структур, материал для сотворения. Без к’ташу — нет магии.

Я решил, что так они называют ману, которая, помимо игр и книг, в мифах какого-то народа, насколько я помню, означала то ли удачу, то ли благосклонность божеств.

— Чтобы получить структуру, нужно купить плету, — обыденно сказала Леа.

— Что такое «плету»?

— Плету…  Хм, это как моя письменная скрижаль, только тонкая и мягкая.

Значит, будет свитком.

— Принято. И что же происходит дальше? — спросил я.

Сделав последний глоток, Леа поставила чашку рядом с собой и вытянула вперед руку.

— Дальше ты читаешь свиток и понимаешь структуру. Потом думаешь о ней, структура формируется, и ты можешь сделать, что пожелаешь.

Над ладонью девочки мгновенно проявился полупрозрачный шар размером с футбольный мяч. Она покрутила его и швырнула в сторону леса. Через шагов десять я перестал его видеть, и лишь когда он добрался до деревьев, заметил еле видимое колыхание листьев.

— И что же, кроме свитков структуры никак не выучить? — разочарованно спросил я.

Леа вздохнула и грустно сказала:

— Нет, Каин. Это опасно.

— Опасно?

— Мы разве не учили с тобой слово «опасность»? — удивилась она.

Я запыхтел.

— Я не об этом, — терпеливо начал объяснять, — почему опасно?

— Если пытаться создавать структуры без свитка, ты можешь погибнуть. Мало того, погибнуть могут все, кто окружает тебя в этот момент, — сказала она поучительно. — Очень многие сгорели от отдачи, пытаясь сделать это сами.

— Но как тогда создаются свитки? — резонно спросил я.

Леа поерзала на скамье и недовольно сказала:

— Их создают Шиадан, архимаги. Для других на это знание наложен запрет.

После слов о запрете, я предвкушал пару половников дегтя в мире, где магией можно восстановить вырванное сердце.

— И для чего наложено это ограничение? — машинально спросил я, почесав бороду.

— Это долгая история, — послышался бас Сораса от входной двери.

Я повернулся к нему:

— А если вкратце?

Сорас поправил жилет и присел на корточки.

— В кранце? Ладно. Тысячу лет назад могущественные маги, соревнуясь в силе, уничтожали целые города. Даже планеты были под угрозой. Собравшись вместе, разумные смогли избавить наш мир от этих безумцев. Впоследствии в обжитых уголках сок’ариа, куда простираются руки таодан, установили закон о предании забвению искусства создания структур. С тех пор никто кроме Шиадан не владеет сотворением без свитков, — безэмоционально проговорил целитель на одном дыхании.

— Что значит сок’ариа?

— Великая пустота, которую ты видишь на ночном небе, — моментально ответила Леа, будто готовилась к моему вопросу.

Они имеют в виду космос? Вселенную?

Я постарался не ронять челюсть и сейчас еле сдерживался, чтобы не начать расспрашивать об этом. Это было бы слишком. Я и так слишком много свалил на амнезию.

— Достаточно кратко? — ухмыльнулся Сорас.

— Ага, — ответил я как можно спокойнее, но внутри все гудело. — И где же покупать эти свитки? Они дорогие?

— Структуры то? Малые не очень, а на всё, что выше малых, простым смертным придется горбатиться полжизни.

— Понятно…  — протянул я, думая совсем не о свитках, а про обжитую вселенную.

— Кстати, Каин, — ожила Леа, — мне вот интересно, какими структурами ты владеешь. Ты еще ни разу не показывал свои умения.

Я натянуто улыбнулся и постарался ответить как можно безопаснее:

— Я уже говорил Сорасу, что не помню магию. К сожалению, это относится ко всему, что с ней связанно. Поэтому, болтушка, твоему языку сегодня будет работа.

Посмотрев на довольно улыбающуюся Леа, я подумал о том, что скрывается за ее жутким шрамом. Почему Сорас не вылечил его магией? Я не хотел поднимать неприятные темы ради своего интереса, поэтому мне оставалось только гадать или ждать откровений.

— Тогда давай после стрельбы я расскажу тебе все кааак можно подробнее. Всё, что знаю. Но с условием: если ты меня перебьешь! — предложила чертовка.

Сорас хрюкнул, забавляясь заведомо нечестной сделкой.

— Но Леа, я ведь лук пару недель в руках держу, а ты с детства! Как я тебя перебью? — абсолютно честно возмутился я.

Я действительно сомневался, что это случится в ближайшие годы. Тем не менее, девочка все равно всё расскажет, ей лишь бы поболтать.

— Ну, если проиграешь, тогда с тебя одно желание! — подняла она палец.

Сорас заступился за меня:

— Если? Леа, не мучай парня, он ведь не помнит ничего.

— Ну и что! Зато будет мотивация стараться получше, чем обычно! — хихикнула девчушка.

На том и порешили…

Я завалился на кровать и, закинув ногу на ногу, думал о планетах и вселенной. Земная технология была достаточно развита, чтобы видеть, но не посещать. Мысли наполнились кучей безумных фантазий и теорий, но всех их перекрывал один вопрос: если этот магический мир вышел за пределы этой планеты, то почему мы сидим в избе посреди леса?

Этот дом абсолютно обычный без каких-либо намеков на технологию. К тому же, фраза «обжитая вселенная» подразумевает перелеты на сотни световых лет. Это корабли, сверхсветовая скорость, какие-нибудь «кротовые норы» или ретрансляторы.